Далекое, но незабытое

Когда москвичка Лидия Андреевна Зазвонова впервые приехала в Пет и увидела церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, она поразилась ее красоте и архитектуре, не свойственной российской глубинке. На дворе был 1993 год, и святыня стояла заброшенной, с проросшими на куполах и крыше деревьями и трещинами в стенах.

Историческая справка

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы построена в 1912 году по проекту гражданского архитектора Александра Георгиевича Молокина. Он родом из Вильнюса, окончил с отличием Петербургский институт гражданских инженеров и получил серебряную медаль за дипломную работу, которой как раз и был проект Введенской церкви.

Как только въезжаешь в село, видишь храм

Судя по архивным документам, на собрании епархии приняли решение в селе Пят (так оно называлось в то время) построить рядом со старой деревянной новую каменную церковь на средства прихожан.

Правда, есть легенда, что храм возведен к 300-летию Дома Романовых на средства купца Портнова. Якобы он попросил благословения у батюшки на совершение крупной сделки и пообещал, что, если все получится, часть денег вложить в новую церковь. Слово свое купец сдержал.

Между тем в 1911 году Александр Георгиевич Молокин приехал работать в Тамбов. А Пят тогда относился к Елатомскому уезду Тамбовской губернии. Возможно, архитектору удалось удивить купца необычными формами храма и получить подряд на проектирование.

 

То, что Введенский храм действительно детище Молокина, подтверждают найденные в Тамбовской областном архиве документы. Сохранился полный набор изначальных проектных чертежей с пояснительной запиской, написанной рукой автора.

Кстати, Введенская церковь – единственная в практике Александра Георгиевича Молокина. Архитектор больше известен не в российских городах, а в Харькове, где по его проектам построено много общественных зданий.

Былое величие

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы выполнена в неорусском стиле. Сегодня в России этот храм, пожалуй, единственный в своем роде и является памятником архитектуры регионального значения.

  

Введенская церковь построена по передовой для начала XX века технологии – с использованием железобетона. А еще в храме было калориферное отопление: горячий воздух, получаемый в подземных калориферах (печах) и разводимый с помощью подпольных горизонтальных каналов к коротким вертикальным каналам, распространялся по всему помещению. Благодаря этому в просторной церкви было тепло даже в лютую стужу.

По рассказам старожилов, свет на оконные витражи падал так, что в любую погоду казалось, что на улице солнечно. А в центре зала висело огромное паникадило, украшенное хрусталем. Как-то местные детишки решили раскачать паникадило. Долго потом вспоминали проказники, как на них просыпался хрустальный «дождь».

Сейчас в храме осталась только одна фреска, а изначально было несколько. Их писали художники, жившие в соседних деревнях. «Говорят, что это были настоящие произведения искусства, – поясняет Лидия Андреевна Зазвонова. – На сохранившейся фреске изображен преподобный Ефрем Сирин. Он жил в IV веке. В быту был надменный, неприступный, потом стал монахом, написал много книг. Главная его идея – все надо делать через любовь. Это касается и отношений между людьми, и отношения к работе».

Фреска с изображением преподобного Ефрема Сирина

Ефрем Сирин проповедовал, что все надо делать через любовь

Богослужения во Введенской церкви велись, согласно одним источникам, до 1928 года, согласно другим, – до 1930 года. Потом были годы запустения. А с середины 60-х до середины 90-х годов прошлого века здесь располагались колхозный склад и мельница. Соответственно, от былого величия внутри храма практически ничего не осталась, да и внешне многое пришло в упадок.

С миру по нитке – начало возрождения

В 1996 году святыню стали восстанавливать по инициативе местной жительницы Нины Ивановны Федоровой. К сожалению, завершить начатое ей помешала болезнь. Благое дело продолжают Лидия Андреевна Зазвонова, Мария Ивановна Сушина и Марина Цолина. Помогают им односельчане, волонтеры и просто неравнодушные люди.

Лидия Андреевна Зазвонова

Мария Ивановна Сушина

«Вначале надо мной многие посмеивались, говорили: мол, москвичке делать нечего, денег ей девать некуда, – вспоминает Лидия Андреевна. – Когда звала на субботник, некоторые отвечали, что не верят в Бога. А я думаю, что верить или нет – личное дело каждого человека, но сохранить памятник архитектуры, который нам оставили предки, мы обязаны».

Сколько мешков мусора, грязи и бутылок вытащили из подвала церкви, теперь и не счесть. «До сих пор разгребаем авгиевы конюшни», – вздыхает Лидия Андреевна. Ежедневно она вместе со своей соседкой Марией Ивановной Сушиной приходит в храм как на работу. И дел всегда хватает.

«Когда в очередной раз приехала посмотреть на эту церковь, познакомилась с Лидией Андреевной. Мы начали общаться и думать, что можно сделать, чтобы восстановить храм, откуда взять средства на реставрацию», – вспоминает коренная москвичка Марина Цолина.

По ее словам, обращались в поисках поддержки в различные благотворительные фонды. Однако из этого ничего не вышло. Крупным меценатам относительно небольшой храм в сельской глуши неинтересен, они финансируют куда более масштабные проекты. А благотворительные фонды поменьше просто не имеют ресурсов, чтобы помочь всем просителям.

«Тогда обратились на краудфандинговую платформу «Начинание». Собираем с миру по нитке на реконструкцию храма, – делится Марина Цолина. – На платформе «Начинание» рассказываем о том, что планируем сделать и сколько будут стоить эти работы. После того, как через определенное время собрана нужная сумма, приступаем к ремонту, а потом предоставляем полный отчет».

Откликаются в основном обычные люди, гораздо реже – предприятия и организации. Тем не менее благодаря помощи неравнодушных с 2015 года проведена внушительная работа. Прежде всего сделан проект. Его стоимость – 715 тысяч рублей. По закону без этого документа нельзя было преступать к ремонту храма, ведь он является памятником архитектуры.

«На средства, собранные через «Начинание», настелили полы в алтаре, заалтарной комнате, на хорах», – рассказывает Лидия Андреевна. Она говорит, что еще за несколько лет сделали центральный купол, восстановили карниз, установили новые стропила, половину крыши закрыли металлом. А где нельзя еще сделать крышу (потому что вначале надо ремонтировать колокольню), положили рубероид. Установили водостоки и двери, провели электричество.

Храм постепенно преображается

Для проведения реконструкции нанимают рабочих. Многое берут на себя волонтеры молодежного добровольческого объединения «Реставросъ». Вот уже несколько лет подряд они приезжают в Пет.

Лидия Андреевна за то время, что занимается восстановлением храма, многое для себя открыла. Прежде чем что-то сделать, она изучает свойства тех или иных строительных материалов, узнает, какие технологии бывают в строительстве.

***

Иерей Николай Гаджиев в 1999 году впервые после длительного перерыва провел богослужение во Введенском храме в Пете. Тогда пришло совсем немного местных жителей. Потом отца Николая отправили в соседний район, а в Пет приехал другой батюшка. «У него были маленькие дети, а у нас в селе нет ни школы, ни медпункта, да и прихода практически нет, вот батюшка и не задержался здесь», – говорит Мария Ивановна Сушина.

Через некоторое время иерея Николая Гаджиева вернули в Пителинский район. Теперь он – настоятель храма Димитрия Солунского в Нестерове, а Введенский храм у него приписной. В Пете батюшка практически еженедельно проводит службы. Местные жители этому, конечно, рады.

Недавно во Введенской церкви появилась небольшая звонница. «Звонаря пока нет», – говорит Лидия Андреевна и начинает звон, как сама признается, по наитию. Получается у нее ловко.