А в памяти такая скрыта мощь

Считаные месяцы остаются до того дня, когда мы отметим 75-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне. «Рыбинская неделя» продолжает рассказывать о тех людях, которые внесли вклад в наше мирное небо. Сегодня мы предоставим слово нашей читательнице Александре Масоновой, которая решила поделиться историей своей семьи.

Главным праздником в году в доме нашей бабушки Нины, сколько я себя помню, был День Победы. Сама она родилась через несколько лет после окончания войны, и почти все те красноармейцы, которым повезло вернуться домой, были еще живы. В этот день наша семья собирается за столом у бабушки, и она всегда вспоминает рассказы родственников «про ту проклятую войну».

Один из недавних бабушкиных рассказов особенно меня тронул. Я хотела бы им поделиться. Наверное, больше для того, чтобы самой никогда не забыть его. Пишу и слышу где-то внутри тихий голос бабушки Нины:

— Обычно ни одно празднование Дня Победы не обходилось без дяди Ваниных воспоминаний о друзьях-товарищах, о боях и о том, как он вез «пакет победы» из штаба полка в свой батальон. А потом мой папка непременно запевал грустно: «Вот умру я, умру, похоронят меня, и родные не узнают, где могилка моя… на мою на могилку уж никто не придет, только раннею весною соловей пропоет…»

Это он пел о своем старшем брате Николае, который ушел из дома не на войну, а был призван на действительную службу в октябре 1939-го и не вернулся больше в свою любимую Пошехонскую деревушку никогда. Потому что война ворвалась в его жизнь в июне 1941-го и отняла ее у него.

Домой принесли маленькую бумажку розоватого цвета со страшными словами «пропал без вести». В этот момент маленькая и абсолютно безобидная собака Белка бросилась на почтальонку Тоню и вцепилась ей в ногу, прокусив до крови. И как только собаки могли чувствовать всю глубину горя и отчаяния, которые несет в себе этот клочок бумажки?

В извещении было написано «пропал без вести в июне 1941-го при защите от врага Литовской Советской республики». Со временем его мама, бабушка Маня, смирилась, что сына больше нет, но никак не могла смириться с неизвестностью. Она никогда не связывала фразу «пропал без вести» с возможным пленом. Ей почему-то всегда казалось, что его убили в бою, он лежит где-то в чаще литовских лесов, никто не знает где, и его косточки давно растащили дикие звери.

Однажды, увидев в газете «Сельская жизнь» адрес Подольского архива Министерства обороны, родственники написали повторный запрос в надежде выяснить судьбу Метелкина Николая Федоровича, узнать, есть ли у него могила и где, но получили в ответ те же скупые сведения, что стояли в том извещении — мол, пропал без вести. Таким образом, ни бабушке, ни нашим родителям не удалось ничего узнать о трагической судьбе сына и брата и побывать на его могилке. Теперь они все давно встретились там, на небесах.

Шли годы. Прошло уже больше семи десятилетий со Дня Победы. А мы по-прежнему ничего не знали о судьбе дяди.

И вот, наконец, летом 2017-го мы натолкнулись на след на сайте «Память народа». С помощью сотрудников мемориала концлагеря Цайтхайн нам удалось восстановить трагическую судьбу красноармейца Николая Метелкина, потому как при регистрации военнопленного по прибытии его в лагерь в карточку педантичные немцы вписывали всю возможную информацию. Так, например, мы узнали, что дядя по призыву попал в 268-й стрелковый полк, который  формировался с лета 1939 года в Калининском военном округе.

Затем в 1940 году полк был направлен в Латвию в составе одной из дивизий Калининского военного округа и был расквартирован в Риге. Оттуда Николай прислал домой фотографию, которая бережно хранится в семье до сих пор. Это единственное фото, потому как раньше в деревушке, затерянной в лесах на севере Пошехонского района, отродясь никаких фотографов не видывали, соответственно, не имелось ни одной его фотографии до призыва в Красную Армию.

С мая 1941 года полк был перебазирован на приграничный с Польшей край обороны — в Литву, в район города Таурай, для строительства на новой границе оборонных сооружений первой линии. Там наш дядя Николай и был взят в плен 25 июня 1941 года. На третий день после начала войны.

Таким образом, Николаю Метелкину досталась судьба очутиться в составе пленников лета 1941 года, из которых почти никому не удалось дожить до светлого дня освобождения концентрационного «лагеря смерти» Цайтхайн, что в 50 километрах от Дрездена.

Он умер 19 января 1943 года во время страшной эпидемии туберкулеза в лазарете, в котором даже не пытались лечить эту болезнь. Просто превратили концлагерь в так называемый «госпиталь», изолировав заболевших в отдельных бараках, где они и умирали постепенно по 15-20 человек в день. Ввиду практически нечеловеческих условий жизни и совершенно недостаточных возможностей медицинской терапии шансы на выздоровление у них были лишь минимальными. Николаю этот шанс не выпал.

23 апреля части Красной Армии освободили лагеря для военнопленных Цайтхайн и Мюльберг. Многие из бывших узников Цайтхайна еще через многие месяцы умерли от последствий плена.

23 апреля 2018 года моя бабушка приняла участие в торжествах по случаю очередной годовщины освобождения концентрационного лагеря Цайтхайн войсками Красной Армии.

Она сказала, что этот День Памяти навсегда останется в её памяти: до конца жизни. Она смогла исполнить наказ ее родителей и бабушки найти и поклониться могиле их сына и брата, нашему дяде Николаю. А также почтить память всех 30 000 жертв войны, лежащих в далекой, красивой, но такой чужой земле Саксонии.

Затем на торжественном митинге ей предоставили слово для приветствия от имени всех родственников, погибших в «лагере смерти» Цайтхайн. После окончания речи зал просто взорвался аплодисментами, потому что эти слова шли прямо из её сердца, настолько искренне и проникновенно они звучали.

Если в вашей семье есть история героя или награды, присылайте нам рассказ о них. Давайте сохраним память о той войне. Ждем историй по адресу: rybnedelya@gmail.com