Военкоры навеки в строю

Имена журналистов «Советской Сибири», павших на фронтах Великой Отечественной войны, живут в памяти потомков

Отправляя репортера на линию огня, командование обязательно выдавало ему оружие, ведь никогда нельзя было предвидеть, чем обернется командировка, как будут развиваться события.

В одном строю с солдатами военкоры отбивали атаки врага, шагали фронтовыми дорогами, форсировали реки, партизанили в лесах, делились «душевными боеприпасами» с однополчанами. А в минуты отдыха и тишины вооружались перьями и блокнотами, чтобы готовить репортажи о боях и победах. Именно так в годы войны трудились журналисты «Советской Сибири», оставаясь верными своей профессии даже в самых тяжелых обстоятельствах.

О том, как жили и работали фронтовые репортеры, рассказывают не только очевидцы, но и документы. В 1942 году было издано «Положение о работе военных корреспондентов на фронте», где сказано, какие обязанности и задачи выполняет журналист. Он должен «всем своим поведением на фронте показывать образец дисциплины, смелости и неутомимости в работе, стойко и мужественно переносить все трудности и лишения фронтовой жизни, быть готовым в любую минуту к участию в бою, если этого потребует сложившаяся обстановка».

Имена журналистов-сибиряков, не вернувшихся с войны, увековечены на мемориальной доске, установленной издательским домом «Советская Сибирь». Им посвящены статьи, о них вспоминают родные и близкие.

Народные хроники
Среди читателей «Советской Сибири» всегда было много отзывчивых, неравнодушных людей, готовых искать сведения о павших бойцах — о тех, чьи имена не должны быть забыты. Читатели газеты ведут кропотливые поиски в семейных архивах, библиотеках и электронных базах данных, высвечивая все новые детали жизни журналистов военной поры. Кому-то павший военкор был родственником, кому-то — односельчанином, соседом, другом семьи. Люди приносят в редакцию старые фотографии, пожелтевшие письма, наградные листы. Судьбу многих погибших и пропавших без вести удалось узнать десятилетия спустя.

Так, недавно стали известны новые подробности фронтовой биографии собственного корреспондента «Советской Сибири» Александра Сучилкина, который ушел на фронт в первые дни войны и не вернулся. Сегодня мы знаем, что политрук роты Александр Сучилкин погиб смертью храбрых в 1941 году под Ельней — там шли ожесточенные бои. Воин-сибиряк похоронен в Смоленской области, в братской могиле. Архивные источники позволили не только уточнить место его погребения, но и события последних дней жизни. Поиском информации занималась односельчанка журналиста — Любовь Душкина, автор нескольких статей о земляках-фронтовиках.

Еще один раритет — фотоальбом с потемневшими от времени уголками страниц. В нем собраны рисунки, выполненные в 1942 году под Сталинградом. Их автор — Павел Богомолов, художник-иллюстратор, до войны работавший в издательстве «Советская Сибирь». Владимир Павлович Богомолов, сын художника, рассказал корреспонденту нашей газеты, что отец уходил на фронт дважды. Был мобилизован 21 ноября 1941 года, в 1942-м получил ранение в боях под Сталинградом и попал в госпиталь. После обморожения остался без пальцев ног. Ненадолго вернулся домой в Новосибирск и привез два альбома — зарисовки и акварели, сделанные на полях сражений, урывками между боями и марш-бросками. Последнее письмо художник-фронтовик написал в сентябре 1943 года: он передавал привет друзьям и обнимал родных. Никто не знал тогда, что это прощание...

Новосибирец Борис Жулябин — родственник сразу нескольких журналистов. Его отец — капитан запаса, бывший военкор Александр Жулябин. «Меня назначили помощником командира взвода, а вначале я был рядовым, потом командиром отделения, — рассказывал Александр о своей фронтовой жизни. — Пишу в газету о наших славных парнях. Они это заслужили в боях. Мои корреспонденции опубликованы в дивизионной и армейской газетах. На днях наградили медалью «За отвагу». Так что по этому факту можно судить о моих взаимоотношениях с гитлеровцами…»

А некоторые коллеги Александра Жулябина не успели прислать с фронта ни строчки. Так, одним из первых журналистов «Советской Сибири», вставших на защиту Родины, был Николай Шешенин. Он работал в сельскохозяйственном отделе газеты, публиковал свои рассказы и пьесы в журнале «Сибирские огни». Коллеги запомнили его как талантливого литератора, надежного товарища. В начале войны его отряд был заброшен в тыл врага. Политрук Шешенин показал себя как волевой командир и воспитатель молодых солдат. О его смелых рейдах по фашистским тылам ходили легенды. Осенью 1941 года отряд Николая Шешенина встретил вражескую колонну, которая превосходила силы советских бойцов. Политрук первым бросился в неравный бой, поднимая солдат в атаку и показывая пример мужества. Противник был отброшен, но Николай Шешенин пал в бою смертью храбрых.

При таких же обстоятельствах погиб еще один журналист «Советской Сибири» — Борис Новиков. Друзья-однополчане похоронили его с воинскими почестями 18 января 1944 года в отбитом у врага селе Разумницы. Двадцать лет спустя внука назвали именем деда, который отдал свою жизнь за счастье семьи, за ее будущее, за Родину.

Поиски продолжаются
О некоторых фронтовиках, членах большой совсибировской семьи, сохранилось совсем немного сведений, которые были собраны буквально по крупицам. Однако есть примеры, когда журналисты-ветераны оставляли после себя целые книги воспоминаний.

Так, Николай Зыков был призван в армию семнадцатилетним юношей в январе 1943 года. Его боевое крещение состоялось на Западном фронте. На подступах к Смоленску был тяжело ранен, четыре месяца лечился в госпиталях, затем сражался в составе 339-го гвардейского самоходно-артиллерийского полка на Карельском и Первом Дальневосточном фронтах. После войны четверть века работал в «Советской Сибири», возглавляя «боевой» отдел информации. Война сказалась и на литературной судьбе Николая Зыкова. Он выпустил книгу «Немеркнущий свет подвига: Великая Отечественная война 1941–1945 годов».

Еще одно яркое имя — Уалент Плеханов. «Краткое описание личного боевого подвига» этого журналиста-совсибировца сохранилось в наградном листе на представление к медали «За боевые заслуги» от 26 февраля 1943 года: «В период наступательных боев ответредактор газеты «Вперед!» 334-й стрелковой дивизии Плеханов неоднократно находился в боях вместе с подразделениями полка. В боях под деревнями Бор, Шуваево, Нелидово Плеханов непосредственно брал на себя командование отдельными группами автоматчиков и уничтожал разрозненные группы немецких захватчиков. Свою старательность и все свое умение Плеханов вкладывает в работу над газетой, которая пользуется авторитетом в среде красноармейцев и командиров. В период наступательных боев, часто на передовой, под огнем противника, Плеханов собирает материалы для газеты…»

А сколько их, героев войны, о которых сохранились гораздо более скупые сведения! О Константине Чапурине, гвардии старшем лейтенанте, известно, что до войны он работал в отделе партийной жизни «Советской Сибири». Был талантливым, вдумчивым журналистом, прекрасным товарищем. Ушел на фронт добровольцем в первые дни войны. Погиб в конце августа 1942 года в боях под Сталинградом.

Сергей Евглевский, заведующий сельскохозяйственным отделом газеты, в июне 1941 года должен был поехать на Всесоюзную сельхозвыставку в Москву. Подробности его гибели неизвестны, однако сотрудники были твердо уверены: свой долг журналист Евглевский выполнил достойно и честно.

Григорий Косицкий остался в памяти товарищей веселым и отзывчивым парнем. Именно таким его запомнили, когда провожали на фронт. Почта перестала приносить домой его письма летом 1942 года…

Восстанавливать подробности жизни и смерти многих героев еще предстоит.

С штендерами в руках
Издательский дом «Советская Сибирь» формирует свой «Бессмертный полк», и каждый год 9 Мая он вливается в общегородскую колонну. В первом ряду — портреты коллег-журналистов, которые ушли из редакции «Советской Сибири» на войну, чтобы бить врага до Победы.

По традиции со штендерами в руках в колонне шествуют юные журналисты — студенты Новосибирского государственного педагогического университета, а потом делятся впечатлениями.

«Пройдя впервые в составе памятного полка, я поняла, для чего создано это движение. Ты шествуешь по главной улице не за себя, а словно бы от лица того, чей портрет в твоих руках. Все идущие — лишь «заместители» тех, кто не в силах пройти в этот день сам, но готов незримо сопровождать колонну», — считает участница шествия Полина Батыршина.

«Холодный ветер, тучи, временами пролетал снег, а народ шел и шел, чтобы почтить память своих родных, — свидетельствует студент Дмитрий Ковешников. — Хоть мы все и замерзли, но атмосфера, царившая в этот час, того стоила: ветераны, которые смотрели и плакали, люди с радостными лицами, сама колонна, растянувшаяся на километр. Все это создавало атмосферу единения... И это замечательно!»