Неблагозвучная владимирская топонимика

Некрасиво получилось...

О благозвучности названий населенных пунктов или водных объектов наши предки, кажется, и не думали. Непонятные без перевода (да и кто сейчас возьмется за точность толкования!) финно-угорские названия (Кидекша, Колокша и проч.) - примета очень глубокой старины. А вот если взять времена поближе...

В писцовых книгах позднего Средневековья зафиксировано достаточное количество топонимической «срамословной» лексики. И не верить этим исключительно официальным документам нет оснований, поскольку все тексты были связаны с налогообложением, и в «правильности» при перечислении населенных пунктов были взаимно заинтересованы власти, собственники владений, крестьяне.

Согласно исследованиям ученых мужей, экспрессивная и обсценная часть в общем массиве топонимов Северо-Восточной Руси составляет примерно 0,25 %. Немного, но и отмахнуться от факта не получится.

Любопытно, но большая часть изученных «срамословий» (и притом наиболее чувствительных) нынешней Владимирской области и соседних регионов принадлежит поселениям, образованным в границах монастырских вотчин. При этом «срамословная» лексика практически не распространялась на крупные поселения. Село и сельцо - центр имений знати, здесь или поблизости располагались церкви. Соответственно и названия сел выбирались или по именам первых владельцев, или по освящению храмовых престолов.

Крестьянское население обживало по преимуществу тянувшиеся к таким центрам деревни, починки, пустоши, селища. Простонародная профанная лексика и отразилась в основном в привычных для трудового люда населенных пунктах. Не все образцы подобной топонимики, зафиксированные, например, в «Актах социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV - начала XVI вв.», можно привести на газетных страницах. Из почти невинного: селище Бздунишка, существовавшее в Суздальском уезде Стародубского края в конце XVI века, и канувшее в Лету, видимо, вместе с князьями Стародубами.

Сменить имя

В царские времена (или, если угодно - в некрасовские) проблема неблагозвучных названий мало кого волновала.

Первая волна переименований накрыла страну после революции. Многие старинные поселения приобрели пролетарский оттенок. В той же Суздальской земле старинное Семеновское-Барское, бывшее в XVII веке вотчиной боярина Стрешнева, стало Семеновским-Красным.

Еще один рывок в сторону благозвучности владимирская топонимика совершила в относительно недавние времена - во второй половине XX века, в 1966 году.

Согласно Указу Президиума Верховного Совета РСФСР «О переименовании некоторых населенных пунктов Владимирской области», деревня Жаденка (Камешковский район) была переименована в Нерлинку. Сварухи (Вязниковский район) стали Ясными Зорями. Ковровское Кривоногово переименовали в Шмелево, судогодское Сопелькино - в Цветково, кольчугинское Блудово - в Березовую Рощу.

Исчезли с карты деревни Огрызково (теперь - д. Рассвет, Гороховецкий район), Объедово (д. Приволье, Камешковский район), Рылово (д. Скворцово, Гусь-Хрустальный район), Неелово (д. Каменка, Александровский район) и Мироедово (д. Кленовка, Александровский район).

Пропали Мочалки (д. Заполье, Ковровский район), Перники (с. Заречное, Собинский район), Лачуги (д. Красный Луч, Петушинский район).

В Вязниковском районе Горелые Рылухи переименовали в Зеленые Пруды, а Большие Рылухи в Дружную.

Не стало Бедихи (Зеленый Дол, Гороховецкий район) и Кобелихи (д. Красное Заречье, Юрьев-Польский район). Злыднево нарекли Грачевкой (Ковровский район), Пьянцино - Ручейками (Юрьев-Польский район).

Погибельцево сменило имя на Холодово (Суздальский район). Правда, этому населенному пункту смена имени не помогла - не значатся в списках деревень Владимирской области сейчас ни Погибельцево, ни Холодово... Да и многие из приведенного списка деревеньки приказали долго жить или население в них малочисленно и непостоянно (дачники).

Дискомфорт от малой родины?

Психологи утверждают, что такому зигзагу истории есть объяснение: люди стесняются своей малой родины и не стремятся ее сберечь.

Академик РАЕН Евгений Шапошников, специалист по психологической и социальной медицине, уверен, что эмоционально-поведенческий статус человека напрямую связан с названием места, в котором этот человек проживает. Жители сел и деревень с неблагозвучными или «срамными» названиями будут подсознательно испытывать чувство глубокого дискомфорта. Особенно проявляется это в подростковом возрасте, считает психолог.

Так может быть, переименовать все «дискомфортные» деревни, села, речки и ручьи? Во Владимирской области такие еще остались.

Читайте также: «Там сторона глухая и народ так наивен…»