Он помогал людям, не жалея ни сил, ни здоровья Усман Газиков не растерял лучшие качества в тяжёлые дни депортации

Людей разбросали отдельными группами на огромных территориальных пространствах, поставили их в такие условия, в которых требовались высочайшая сила духа и сплоченность не только для сохранения народа, но и просто для физического выживания. Ингуши не исчезли и не сошли с исторической арены после трагедии 1944 года, прежде всего благодаря жизнестойкости, унаследованной от своих отцов и дедов.

Память о людях, которые в это суровое и полное испытаний время не растеряли свои лучшие человеческие качества, жива и будет жить. Таким человеком был Усман Исаевич Газиков 1886 года рождения, уроженец села Долаково. Он сплачивал людей в самые трагические моменты жизни на чужбине, призывал их к единству и взаимовыручке. Трудно было выживать в то страшное время, но Усман никогда не терял чувства самообладания и приходил на помощь тому, кто в ней нуждался. Могучий рост, присутствие духа, своеобразное чувство юмора — все это заражало окружающих людей оптимизмом и неистребимой верой в то, что они когда-нибудь обязательно вернутся на родной Кавказ.

О трагическом дне 23 февраля 1944 года вспоминает сын Усмана Исаевича — Микаил Усманович Газиков, ветеран труда, который проработал более 40 лет в сельском хозяйстве на разных должностях, который имеет правительственные награды, включая орден Трудового Красного Знамени: «Наступило ранее утро 23 февраля. В этот страшный, зимний, холодный день шёл белый снег хлопьями. Солдаты и офицеры, которых ингуши кормили и поили, отдавая им лучший кусок, под видом того, что якобы готовятся к боям в горной местности, окружали дома и дворы. Поднятые с постели люди не знали, что делать, за что взяться. Дети не понимали, что происходит и плакали. На сборы давалось 10-15 минут. Грубые окрики солдат, плач детей и женщин, мычание коров, лай собак — всё слилось воедино».

К сожалению, Усман Исаевич Газиков умер в 1955 году, не дожив до светлого дня возвращения в родные края. Переживания и болезни, которые он тщательно скрывал от окружающих, подорвали его здоровье. Он никогда не жаловался на судьбу и делал все, чтобы родные ему люди не умерли от голода и холода. Ведь в первые дни ссылки случалось, что умирали целыми семьями, потому что было очень холодное и голодное время. Людей вывозили практически на голый снег. Нередко спецпереселенцы копошились в мусоре, чтобы найти картофельные очистки и съесть. 40% процентов ингушского народа не вернулось из той депортации.

Были в ссылке семьи, у которых ситуация складывалась совсем уж плохо. И такие люди, как Усман Газиков, делились с ними последним. Об этом говорили жители села Кантышево Ахмед Теркакиев, Умарбек Куркиев, Лахан Евкуров. Много теплых слов в адрес Усмана Газикова говорил Илез Арсанов.

Хава Эльтиевна Куркиева из сельского поселения Кантышево вспоминала: «Я осталась одна без мужа в ссылке. Я и мои сыновья Умарбек Усманович Куркиев, Башир Усманович Куркиев, Магомет-Гирей Усманович Куркиев пережили очень тяжёлые времена, как и все ингуши. Трудно было растить детей без мужа. Я осталась одна со своими заботами и чаяниями. Мне на помощь приходили добрые и порядочные люди, в том числе Усман Исаевич Газиков и его жена Рахмат Даурбекова. Они спасли меня и моих детей от голода и холода, помогали мне всем, чем могли. Усман был добрым и порядочным человеком, он помогал не только нам, но и многим ингушам и чеченцам, находившимся в чрезвычайном положении. До сих пор меня душат слёзы, болит сердце, когда я вспоминаю, как умирали люди от голода. Это не передать словами».

Вот свидетельство жителя сельского поселения Кантышево Лахана Абукаровича Евкурова: «Я был выслан в Северо-Казахстанскую область, Ленинский район. Рядом с нами в соседнем селе Иваново-Павловка проживала семья Усмана Исаевича Газикова. Шла Великая Отечественная война. Тяжело было не только переселенцам, но и местным жителям. Техники не было, урожайность была низкая. Пахоту поднимали на быках. Усман из других сёл привозил людей, у которых не было родителей. Он раздавал им хлеб, спасая от голода. Можно было насчитать с десяток семей, которые выжили и не погибли благодаря этому. Усман бескорыстно помогал людям, попавшим в беду, он был богобоязненным человеком».

Усман Исаевич Газиков тяжело болел, сказались тяжёлые годы. Он помогал людям, не жалея ни сил, ни здоровья. В честности и порядочности Усмана никто не сомневался, независимо от национальности. Он умел сплачивать людей в эти самые трагические годы на чужбине. Он всегда призывал к взаимовыручке. Его никогда не покидала вера, что ингуши вернутся на Кавказ. Адам Чумаков вспоминал со слов отца, Ахмета Алиевича Чумакова: «Помню, зимой 1955 года (в то время мы переезжали в Алма-Ату) отец проведал переехавшего из Северного Казахстана Усмана Исаевича Газикова. Отец говорил, что Усман сказал тогда: «Ахмет, я надеялся пожить в Алма-Ате, хотя бы один год, купить автомобиль «Победа» и ездить на нём в гости к знакомым и незнакомым людям, чтобы побольше узнать об их жизни и сложившейся судьбе, рассказать о себе. Но, видно, не судьба, никто не покинул этот мир, сделав все дела. Раз умирать, умрём, оставаясь мужчинами. Очень хотелось вернуться на родину, на Кавказ, но судьба такая...»

Сыновей Усмана Газикова — Микаила, Ахмеда, Муссу, Израила, Дауда — очень хорошо знают в Долаково и далеко за его пределами за принципиальность, трудолюбие и неиссякаемый оптимизм. Они достойные продолжатели своего отца.

Депортация... Страшный смысл этого слова может постигнуть лишь тот, кто на себе испытал его. Кто полной чашей испил всю горечь несправедливых обвинений, клеветы, унижений, кто испытал боль потерь родных и близких, погибших от голода, холода, болезней в невыносимых условиях жизни. Страшные годы, когда народ, словно дерево, вырванное с корнями, был брошен в суровую и незнакомую почву.