Где рождались горячие строчки?

Представители исчезнувшей профессии — линотиписты рассказали, как делали нашу газету на «доисторических» машинах

Столетний юбилей «Советской Сибири» — хороший повод вспомнить о тех временах, когда в ходу были громоздкие агрегаты, вредные для здоровья металлические сплавы, трудоемкие технологии, с помощью которых наша газета пять раз в неделю выходила в свет.

В просторных помещениях родной для нас типографии «Советская Сибирь» размещалось около полутора десятков линотипов — строкоотливных наборных аппаратов, которые сегодня можно увидеть только в музеях. Специалисты по набору были нарасхват, дежурили ночи напролет, но зато узнавали новости самыми первыми. Ветераны печатного дела вспоминают молодость с ностальгией.

В 70-е годы наборный цех располагался на третьем этаже нового здания, построенного на улице Немировича-Данченко в Новосибирске. Типография переехала сюда с улицы Советской, 6. В ее цехах печатались не только «Советская Сибирь», но и к этому времени «Вечерний Новосибирск», районные газеты, институтские и заводские многотиражки.

Каждый палец знал свое место
Любовь Тогушова трудилась линотипистом в наборном цехе с 1978 года. Как и сегодня, все начиналось с клавиатуры, вспоминает она.

— Нам выдавали машинописный оригинал текста, а мы делали набор, — поясняет наша собеседница. — Автоматически настраивали шрифты, используя четыре магазина — в зависимости от того, крупный должен быть текст или мелкий. Набирали «слепым» методом, не глядя на клавиатуру. Так нас учили. Бывало, глаза смотрят на лист, а руки делают… Хотя сам иногда думаешь о другом, все получается правильно. Каждый пальчик знает свое место. Если порой на клавиатуру поглядишь, не знаешь даже, куда нажать. Привыкли все делать на автомате.

Газетные строки формировались из металлических буквенных матриц и пробельных клиньев. Линотипист нажимал на клавишу, и нужная литера выпадала на ленту транспортера. В итоге из матриц получались металлические строки-пластины.

Зинаида Ивановна Кащенко за линотипом

Линотиписты работали в две смены. Первая смена — с семи утра до четырех вечера, вторая — с четырех до полпервого ночи.

— Порой обходились без обеда. Бывало, и ночами дежурили,  до шести часов утра оставались. Сидели, пока следующая смена не приходила, — говорит линотипист Зинаида Кащенко.

— Работали и по праздникам, — добавляет ее коллега Фаина Иванова. — Допустим, идут люди на демонстрацию, а у нас дежурит бригада. Еще демонстрации нет, а в набор дается часть текста. Ведь план был уже известен, материал набирали заранее, а в день верстки вносили поправки. Я сама сколько раз за мастера оставалась и просила девчонок, уговаривала: давайте останемся до утра. Кто-то соглашался, а кто-то говорил: нет, муж будет ругаться.

Впрочем, сверхурочные часы хорошо оплачивались, и желающие поработать дополнительно, как правило, находились. Будучи областной газетой, «Советская Сибирь» обязана была публиковать официальные документы, и это накладывало свой отпечаток на весь трудовой процесс. По словам Зинаиды Кащенко, график был довольно жесткий: сдавать полосы надо было до десяти-одиннадцати часов вечера, а некоторых документов приходилось долго ждать.

«Разливая огонь словометный»
Выражение «горячие строки» в те годы можно было понимать буквально, ведь литеры отливали под высокой температурой. Строки, набранные линотипистами, заполнялись сплавом. Температура в котлах достигала 280 градусов выше нуля. После выхода тиража строчки опять расплавлялись в «чушки» — бруски, которыми заправляли линотип.

Чтобы представить себе этот процесс, можно вспомнить фразу Маяковского: «Разливая огонь словометный, пойдет пулеметом хлестать линотип…»

Все эти огненные манипуляции совершались в помещении цеха, где располагался линотипный участок. Хотя вентиляция работала, от паров металла никуда было не деться. В состав сплава (так называемый гарт) входили олово и свинец, и работать с ним было вредно для здоровья. Линотиписты выходили на пенсию в пятьдесят лет.

Чуть не запел перед кобылой
Оттиски поступали в корректорский цех, на проверку. Корректоры также дежурили в две смены и вычитывали тексты не на один раз: сначала в оттисках, гранках, а затем — в сверстанном виде. Если выявляли ошибки, приходилось переливать всю строку.

— Бывало, что и не одну строку, а десяток, с учетом переносов, — подчеркивает Фаина Иванова. — Это не как сейчас, при работе с компьютерной техникой, — раз и исправил. Для линотиписта очень важно было быть грамотным, хорошо знать русский язык.

Отдел корректуры

Некоторые ошибки были до того забавными, что в редакции долго помнили и цитировали ляпы коллег. Самая распространенная оплошность — неблагозвучные переносы. Например, нужно было очень осторожно переносить такие слова, как «бригада», «команда», «под­страхуй».

— Одного корректора у нас, по-моему, даже уволили, — вспоминает Зинаида Кащенко. — Видно, она до того устала тексты читать, что вместо слова «председатель» пропустила в печать слово «предатель». Речь шла о конкретном человеке, и сделать такую ошибку было ужасно! Случались и курьезы. Однажды читателям «Советской Сибири» чуть не сообщили о том, что Поль Робсон пел перед... кобылой. А там должно было стоять совсем другое слово — перед колыбелью! К счастью, ошибку заметили, и в печать это не пошло. Но смеялись, конечно, долго.

Пришлось переучиваться
В начале 90-х годов наборный цех исчез, и линотипистов усадили за ЭВМ.

— Лично мне на компьютеры очень жалко было переходить! — вздыхает Фаина Иванова. — На компьютере даже первоклассник, который научился читать и писать, может набрать текст, и это уже не так интересно. Конечно, работать стало проще, быстрее, но линотипы вспоминаю с ностальгией.

Многие ветераны печатного дела и сегодня хранят старые выпуски газет — и у себя дома, и на дачах. Ведь это всегда приятно — раскрыть старый номер и вспомнить рабочие будни, своих коллег, атмосферу времени.

СПРАВКА
Линотип (от лат. linea — «линия» и греч. τύπος — «отпечаток») — строкоотливной наборный аппарат, изобретенный в 1884 году американским инженером Отмаром Мергенталером. Предназначен для отливки строк текста из типографского сплава. Состоял из клавиатуры, касс с наборами линотипных матриц, верстатки, в которой формировалась строка, и отливного аппарата. После нажатия оператором рычага набранная строка автоматически перемещалась в отливной аппарат, где выполнялась отливка. Жидкий металл поступал из емкости, где постоянно поддерживалась определенная температура. Линотип широко использовался в полиграфии до появления технологии фотонабора и компьютерной верстки. (По материалам «Википедии»)