ВСМЗ: от «свалки истории» к возрождению

22 экспозиции ликвидированы, многие экспонаты утрачены безвозвратно. Разогнан коллектив профессионалов. Упразднена научная деятельность. И все это варварство прикрывалось модерновым словечком «реновация».

Но она не сдавалась – наша удивительная, несгибаемая Алиса. Противостоять разрушению того, что она сделала за 50 лет служения на посту генерального директора Владимиро-Суздальского музея-заповедника, Алису Ивановну Аксенову побуждало и звание Героя Труда России, к которому её представил президент Российской Федерации В. В. Путин, и новая  награда – почетный знак Министерства культуры, который ей вручили в канун Дня России 9 июня.

Она тогда вышла на сцену и не побоялась внести диссонанс в праздничные речи и доклады – заговорила о музее. И заявила, что будет продолжать борьбу за его возрождение.

Увы, прежнее руководство администрации не хотело ее слушать – ей говорили, что вынуждены терпеть присутствие в музее «агронома-атомщика» И. Конышева из-за его связей в Минкульте, а в конечном счете - ради финансирования подготовки к 1000-летию Суздаля. Аксенова пыталась донести до С. Ю. Орловой, что люди не простят безучастного отношения к музею, распечатывала из Интернета комментарии со стороны рассерженных владимирцев, писала о протестах против закрытия детского образовательного центра музея – соответствующее обращение тогда подписали почти 1000 общественников, учителей, родителей школьников и родителей бывших школьников, некогда водивших в ВСМЗ своих детей. Но…

Чувствуя свою безнаказанность, «команда Воланда» (так прозвали И. Конышева и его замов члены Общества друзей музея), открыто глумилась над попытками гражданского общества остановить варварскую «реновацию».

Так, на одном из популярных сайтов под гневными тирадами владимирцев появился комментарий Андрея Белова, выступавшего от лица руководства ВСМЗ (цитируется с сохранением авторской пунктуации): «Финита ля комедия. Музейная партизанщина на выход. Светлана Юрьевна наконец определилась с кем она, и кто с ней. Как я и предрекал, против Конышева она рыпаться не будет. Все ваши недовольства просто замолчат. Ваш фронт пал, и ваши 28 панфиловцев погибли зря. Повспоминаете их недельку и будете тихо и без соплей ходить на работу, и делать то,  что вам прикажут, без обсуждений и, желательно, без размышлений. Мы лучше знаем, что нужно музею, что нужно Владимиру, что нужно области».

Каково, а? Политолог Роман Евстифеев, размышляя над создавшейся ситуацией, очень верно подметил: «Музей - один из тех институтов, который формирует и национальную, и региональную идентичности». И главное  сегодня  – «это выстраивание диалога в цепочке граждане – эксперты – лица, принимающие решения». Лица, принимающие решения, в диалоге участвовать не хотели по указанным выше причинам, а обращаться к экспертам г-н Конышев, видимо, и вовсе не собирался.

- Когда нам представляли И. Конышева на посту нового директора ВСМЗ, он ведь сам признал, что это один из лучших музеев, а среди региональных музеев -  возможно, и самый лучший, - вспоминает Алиса Ивановна. – Но – увы, почти сразу заявил, что «все плохо»,  и дал открыто понять, что презирает нас, ни с кем и ни с чем не будет считаться, потому что мы для него – убогая провинция.

Владимирцы и суздальцы не простили такого отношения. Трагедия ВСМЗ и попустительство региональной власти стали одним из жирных минусов, который поставили С. Ю. Орловой при голосовании во втором туре.

Да, мы считаем ВСМЗ неотъемлемым элементом своей региональной идентичности, и наш музей уже давно перестал быть провинциальным. Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко восхищалась его лоском, потому что  многое  в нашем музее было сделано по образу и подобию Санкт-Петербурга времен его столичного статуса. Люстры, банкетки, зеркала – каждая вещь имела свою историю, даже шторы! Плюс гобелены талантливейших художников и, наконец,  дворцовый зал в целом, где гостей встречали полонезом Чайковского. Где теперь все это? Пало жертвой весьма специфического понимания «командой Воланда» истории Государства Российского – поговаривали, что экс-директор испытывал чуть ли не классовую ненависть к дворянам, потому что они якобы только и делали, что «девок насиловали».

И вот упомянутые экспонаты почти в буквальном смысле слова отправлены на свалку истории – свезены в усадьбу Храповицкого, где нет никаких условий для их хранения. А в интерьерах самого ВСМЗ теперь можно только фильмы  о культурном апокалипсисе снимать. В конференц-зале, к примеру, «выдернуты» все стулья.

Впрочем, и в отношении к сугубо народным аспектам российской культуры классовой любви у бывшего руководителя как-то не прослеживалось. Из «русской избы» выбросили на свалку дорогостоящие манекены. Уничтожена экспозиция, посвященная русским былинам. А ведь ее открывали после сложнейших 90-х годов, когда стало заметно, что этот пласт истории и литературы уходит из школьных программ и население, порабощенное вещизмом, начинает терять «веков связующую нить». 

С помпезностью, рассчитанной, вероятно, на эффект майских демонстраций, «команда Воланда» поменяла место дислокации мамонта – его поставили так, чтобы он закрыл собою мраморную доску с именами тех, кому здание Палат обязано своим сохранением и существованием. По распоряжению г-на Конышева и не иначе как с целью вымарать имя Алисы из истории музея были удалены парадные фотографии посещения музея президентом В. В. Путиным.

Очередной акт вандализма общественность усмотрела в списании 7 тысяч книг, находящихся на балансе музея-заповедника. Г-н Конышев уже прослыл книгофобом по прежнему месту работы, в музее «Горки Ленинские», где отправил на свалку музейную библиотеку. Позиционируя себя строителем новых музеев, он на самом деле поступал как средневековая инквизиция.

Из 13 списанных изданий пять - работы Алисы Аксеновой. «Команда Воланда» не хотела, чтобы в музее оставались книги, которые рассказывали бы о том, что было до  того, как эта команда взялась «за дело». Как маленький музей, начинавшийся с печки-буржуйки, вырос в 48 экспозиций и объединил 56 памятников истории.  Чтобы сохранить приличную мину при плохой игре, Конышевым было принято решение (опять же – при попустительстве экс-руководства администрации) раскидать книги по библиотекам.

Но книги-то рассчитаны на туристов и изданы как сувенирная продукция. С другой стороны, они имеют серьезную научную ценность. Бывший ректор ВГПУ (до слияния его с ВлГУ),  доктор исторических наук Дмитрий  Макеев говорил, что книга Алисы Аксеновой «Суздаль. XX век»  должна стать основой ее докторской диссертации. Правда, тогда у нее уже были планы на продолжение. Так появился «Суздаль. XXI  век». Презентация  этого издания стала событием, выходящим за рамки областного.

Сегодня, когда битва с «Воландом» выиграна и он тихушечно сбежал, Алиса Ивановна все равно не может позволить себе расслабиться – готовит новое издание книги. Там будет новое предисловие – о пережитых «окаянных днях», но с надеждой на возрождение. Мы все будем на это надеяться!

Напомним: Мельникова вновь - директор Владимиро-Суздальского музея заповедника