Право первым подняться в атаку

Продолжение, начало в номере за 16 октября

Наша рубрика рассказывает о результатах еще одного многолетнего исследования поискового объединения «Алые маки» — о дислоцировавшихся во время Великой Отечественной войны на территории Чувашии Чебоксарских курсах усовершенствования политсостава РККА (Чебоксары, Алатырь) и 57-м офицерском полке 2-й запасной офицерской бригады Московского военного округа (Алатырь). Исследование по 57-му офицерскому полку проведено с использованием средств Гранта Главы Чувашской Республики, выделенного на поддержку поисковых отрядов.

57-й офицерский

Нужно отдать должное руководству Московского военного округа, которому хватило ума не разрушить учебную базу и инфраструктуру Чебоксарских КУПС. Вместо них было принято решение разместить вновь создаваемый 57-й офицерский полк 2-й отдельной офицерской бригады Московского военного округа (МВО). Впрочем, в условиях военного времени его полное название и номер употреблялись не всегда, чаще будущие курсанты просто отправлялись в Алатырь «в распоряжение подполковника Штырлина».

Уже 18 июля 1943 года подполковник Штырлин рапортует командующему войсками МВО: «Сего числа прибыл в г. Алатырь, вступил в командование полком и приступил к формированию».

Работы было невпроворот — нужно было набрать, разместить и организовать интенсивное единовременное обучение полутора тысяч офицеров! В считанные дни подполковник Штырлин выполнил эту труднейшую задачу: было набрано 68 человек постоянного офицерского состава, 1329 человек переменного офицерского состава, 18 человек сержантского состава и 47 красноармейцев. К 25 июля — в недельный срок — формирование было завершено.

Можно представить себе Алатырь 1943-1944 годов — офицеров чуть ли не больше, чем гражданского населения!

Весь переменный состав полка был разбит на три батальона и размещен в Алатыре в десяти зданиях общей площадью 3934 кв. метра. Кроме этого, в семи километрах за городом был оборудован лагерь на 350 человек. Полку пришлось срочно оборудовать новый пищеблок на 500 человек и дооборудовать старый, доставшийся от КУПС пищеблок до пропускной способности в 1000 человек.

Направленные в полк офицеры проходили переподготовку для последующего назначения командирами стрелковых и минометных взводов и рот. Подготовка с учетом имеющегося у переменного офицерского состава боевого опыта продолжалась в среднем около двух месяцев. Кроме этого, часть офицеров готовилась по программе командиров взводов и рот ПТР (противотанковых ружей), пульвзводов (пулеметных взводов), командиров взводов и рот автоматчиков.

Например, в августе 1943 года 57-й полк подготовил и отправил на фронт для назначения на должности командиров взводов ПТР 75 офицеров, на должности командиров пулеметных взводов — 167 офицеров. Получал полк наряды и на подготовку офицеров для назначения на должности заместителей командиров и командиров стрелковых и минометных батальонов, адъютантов старших батальонов (выполняли функции начальника штаба батальона), помощников начальников штабов полков.

Офицерский состав без военного образования или получивший звания на фронте обучался по расширенной программе в течение 4 месяцев. Для них было сформировано две роты — 1-я учебная рота в составе 1-го батальона и 9-я учебная рота 3-го батальона.

Уже за первые полгода работы полка было подготовлено и отправлено на фронт 7253 офицера (данные на 1.01.1944 г.).

Офицеры после подготовки в 57-м полку направлялись не только в части своего Московского военного округа, но и по всем фронтам. Так, в течение 1943 года было направлено на Брянский фронт — 400 офицеров, Белорусский фронт — 110 офицеров, 2-й Украинский фронт — 214 офицеров и так далее. Больше всего офицерского пополнения из Чувашии получил 2-й Прибалтийский фронт — 835 человек.

Полку был присвоен адрес полевой почты — № 24945.

В полку проходили службу немало офицеров с боевым опытом, из них 614 человек были награждены орденами и медалями, из них 61 — двумя и более наградами. А заместителя командира 3-го батальона по политчасти майора Кужахмеда Сагимбаева орден Красной Звезды за его прошлые боевые заслуги в должности военного комиссара 17-го инженерно-саперного батальона Волховского фронта «догнал» уже в Алатыре — награда была вручена перед строем полка.

Офицеры видели, как тяжело живет глубокий тыл страны. И полк старался не быть нахлебником у Алатыря и Алатырского района. По инициативе и под руководством парторга полка старшего лейтенанта Баскина, командиров батальонов и их заместителей по политчасти в колхозах района на различных сельхозработах трудилось от 30 до 40 офицеров, а летом и осенью 1943 года, в период сенокоса и массовой уборки зерновых, в течение пяти дней работало от 500 до 800 офицеров. Всего ими было отработано более 28 тыс. человеко-часов. Конечно же, такая помощь для колхозов района, где оставались в основном женщины и подростки, была бесценной.

НАША СПРАВКА

Командир полка

Штырлин Григорий Петрович, 1897 г. р., русский, в Красной Армии — с 1918 года. Участник Гражданской войны, был ранен. В качестве командира 1229-го стрелкового полка 6.12.1941 г., в первые же дни контрнаступления советских войск под Москвой, вступил в бой.

«Правильно, смело и решительно руководил боевыми действиями подразделений. Показывал пример бесстрашия и мужества всему личному составу. В результате этого полк с первого же дня имел успех в разгроме врага и захвате ряда населенных пунктов.

На подступах к Клину полк, неся потери, не дрогнул, а наоборот, окреп и был мобилизован командованием полка во что бы то ни стало овладеть с боем Клином, и эта задача была выполнена…

14.12.41 г. к 17.30 передовые подразделения вступили в г. Клин, не останавливаясь, очищая врага в городе, вышли за город и, продолжая преследовать врага, захватили 4 населенных пункта.

В боевых действиях… т. Штырлин был всегда вместе с подразделениями и конкретно руководил выполнением боевых задач» (из наградного листа майора Штырлина).

Но не все было так гладко и просто. 5 декабря по пути на исходный рубеж полку пришлось пройти по глубокому снегу около 40 км, его подразделения растянулись, один батальон отстал и догнал остальных лишь к концу следующего дня.

В ходе боя 6 декабря выяснилось, что полковая артиллерия получила не те снаряды, так что она молчала. Дивизионная артиллерия оказалась без карт и топографической привязки, оказавшийся поблизости командующий 30-й армией генерал-майор Лелюшенко вынужден был отдать командиру 5-й батареи свою карту местности…

В бою за Клин майор Штырлин получил пулевое ранение и был отправлен для лечения в тыловой госпиталь.

Именно ему, боевому офицеру, командование Московским военным округом приказало сформировать в Алатыре 57-й полк офицерского состава.

Судьбы

Судьбы тех, кто прошел подготовку и переподготовку в 57-м офицерском полку, легко представить на примере младшего лейтенанта Маркса Алферова, ушедшего на фронт с очередным маршевым пополнением весной 1944 года.

Вспоминает Жорес Алферов, лауреат Нобелевской премии по физике 2000 года:

«…Мой старший брат Маркс, 1924 г. р., окончил школу в июне 1941 года и ушел добровольцем в Красную Армию. В августе 1942 года, после окончания Свердловского пехотного училища, начал свою фронтовую службу командиром взвода автоматчиков в 96-й отдельной сталинской бригаде, сформированной… специально для боев в Сталинграде. Участвуя в боях с октября до последних дней исторической битвы, он был легко ранен и не уходил с передовой ни на один день. Здесь он вступил в партию и получил медаль «За отвагу».

После победы в Сталинграде из двух сталинских бригад — 96-й и 143-й — была сформирована 94-я гвардейская дивизия, сразу же принявшая на себя первый удар фашистов на Воронежском фронте на Курской дуге.

На второй день Курской битвы, 6 июля 1943 года (Маркс уже командовал ротой), мой брат в рукопашном бою уничтожил 15 гитлеровцев, но был тяжело ранен в голову, сутки пролежал без сознания на поле боя (с него сняли одежду и сумку с документами). Местная девушка, обнаружив его, отвезла в медсанбат, и он был спасен нашими фронтовыми врачами. О том, что за этот бой он награжден орденом Красной Звезды, мой брат так никогда и не узнал, я получил его орденскую книжку в 2001 году.

После ранения он лечился в специализированном госпитале для черепных раненых в Барнауле. Ранение было очень серьезным, у него не проходила глухота. Но Маркс просился на фронт.

Он попал в резервный офицерский полк, в город Алатырь в Чувашии, и мы получили от него несколько писем.

Письмо от 11.11.1943 г.

«Здравствуйте, дорогие мама, папа и Жоринька.

Я все еще нахожусь в г. Алатыр (так в оригинале. — Авт.). Деньги давно кончились. И нахожусь под угрозой снятия с питания, но надеюсь дотянуть до отъезда на фронт. Так живу хорошо, только не получаю от Вас писем, надеюсь, что дома все в порядке.

Встретил несколько человек из своего полка, один даже был под командой моего друга Виктора Науменко, мечтает попасть в свою часть. Некоторые из прибывших со мной уже уехали, а мне не везет.

Очень хочется получить от Вас весточку, но, к сожалению, письма идут очень медленно, достал книги, читаю, мечтаю, но, увы, у меня мечты никогда не сбываются, за редким исключением. Ну, милые, привет мех. мастерской.

Желаю Вам всего наилучшего.

Ваш сын и брат Маркс».

В немецкой армии был закон: после ранения солдаты и офицеры возвращались обратно на фронт только в свою часть, и это было правильно. Бойцы попадали обратно в «свою семью», где их хорошо знали и берегли. Многому мы должны были учиться у врага, но не всегда это делали.

Последнее письмо он написал нам в январе 1944 года.

Письмо от 06.01.1944 г.

«Добрый день, дорогие мама, папа и Жоринька.

Надеюсь, Вы получили мое первое письмо отсюда, сегодня достал бумажки и спешу написать второе. Завтра первый день Рождества Христова, с чем Вас и поздравляю, я теперь признаю религию, за исключением постов, в деревне гонят самогон к празднику, колядовать ходят, это неплохо, ну, я заболтался о пустяках.

Живу хорошо, только скучновато в резерве, и все еще нет твердого адреса. Надеюсь, что дома все в порядке. Жоринька по-прежнему отличник, завод работает хорошо, и мама не плачет, так ведь и плакать не с чего.

Поздравляю с зимним наступлением наших войск.

Извините, что неразборчиво пишу, спешу.

Ваш сын и брат Маркс Алферов».

После этого ни одного письма больше не было. Не было писем до середины мая. Мама снова писала, куда только могла.

В середине мая пришла похоронка.

Что мы тогда испытали, что пережили — это нельзя передать словами. Самое страшное — ощущение непоправимости случившегося. Хоть кричи, хоть плачь, хоть бейся головой о стену — ничего не изменить…

Погиб Марксик в последние дни Корсунь-Шевченковской битвы в деревне Хильки Корсуньского района Киевской области. Он прошел самые тяжелые битвы Великой Отечественной: Сталинград, Курскую дугу и, наконец, Корсунь-Шевченковское побоище.

Корсунь-Шевченковская битва закончилась 17 февраля, а накануне, 15 февраля, он погиб. Как он погиб, мы не знаем, была просто похоронка, потом пришло письмо, где еще раз подтверждалось, что он пал в боях за Родину, поскольку мама продолжала писать, продолжала посылать запросы, все еще на что-то надеялась. Но ответы повторялись с одним стандартным текстом: погиб в боях за Социалистическую Родину…»

Из воспоминаний Жореса Ивановича Алферова на встрече со студентами Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов 14 февраля 2000 года:

«Молодая девушка — секретарь комсомольской организации деревни Хильки — подарила книгу воспоминаний наших офицеров и генералов о Корсунь-Шевченковской битве, которую я берегу и по сей день. Между Хильками и Комаривкой, другой большой деревней, — широкое поле, которое называется Бойково. Здесь, на этом поле, погибли тысячи наших и немецких солдат. Немцы пытались выйти из окружения и в Хильках бились на два фронта. Мой старший брат погиб в последний день Корсунь-Шевченковской операции.

Рано утром 17 февраля, как написано в книге воспоминаний, по Бойкову полю шел маршал Конев — командующий нашими войсками. Было еще темно, что-то хлюпало у него под ногами. Он спросил у адъютанта: «Что, уже стал таять снег?» И адъютант ответил: «Нет, товарищ маршал, это кровь». Все Бойково поле было залито кровью наших и немецких солдат».

Нельзя забыть

Несомненно, судьбы 12 с половиной тысяч офицеров, подготовленных Чебоксарскими курсами усовершенствования политсостава РККА и 57-м офицерским полком 2-й отдельной офицерской бригады Московского военного округа, размещавшимися в годы Великой Отечественной войны на территории Чувашии, представляют для нас огромный интерес. Особенно хотелось бы узнать о судьбах наших земляков, прошедших обучение в этих частях. Хочется надеяться, что в ближайшее время удастся узнать и об этом.

Ведущий рубрики — Евгений Шумилов 
okkai@mail.ru

Фото dishmodels.ru: 1944 год. Корсунь-Шевченковская операция. Является частью стратегического наступления советских войск на Правобережной Украине. Операция завершилась ликвидацией котла и частичным разгромом окруженной группировки вермахта. (Википедия)