«Это наша с тобой биография»

Олег Дядев - о времени, о себе и о неизвестных страницах из жизни знаменитого Гагаринского интеротряда.

- Николай Михайлович Булдаков, первый секретарь Смоленского обкома ВЛКСМ, вспоминал о разных «комсомольских шутках в своей жизни». В частности, о том, как его на полгода командировали в Африку - собирать арабскую делегацию на Фестиваль молодежи и студентов - и он потом полгода болтался в Африке - был в Египте, Сирии, Иордании, Ливане, Палестине… В итоге Николай Михайлович собрал-таки на фестиваль 826 арабов из 13 государств. У вас наверняка тоже есть такие истории из комсомольского далека?

- Конечно, истории были! Даже если вести речь только о Гагаринском интернациональном отряде. Там, к слову, работали удивительные люди, а «веселых» трудностей, особенно на первых порах, хватало. Это в сельской местности не существовало проблем с питанием, а в первом Гагаринском отряде в 1972-м было почти 300 человек. Мы, смоляне, а еще приехали москвичи, украинцы, армяне, и для всех надо организовать трехразовое питание в условиях города, а опыта ведь тогда у нас еще не было. Большинство продуктов для студентов привозили из Вязьмы, в том числе мясо и замороженную рыбу. А как там ее хранили? Теперь представьте ситуацию: столовая, обед, армянский боец берет кусок рыбы… И потом, как на броненосце «Потемкин», начинается бунт, потому что в рыбе он нашел... большого червяка. Все растерялись, но Станислав Коробов (командир отряда, он, как всегда, оказался на высоте) быстро подлетел к армянину, выхватил у него кусок «неправильной» рыбы и со словами «ерунда какая» положил в рот, тщательно разжевал и... проглотил. Инцидент оказался исчерпан.

- А не было каких-то интересных эпизодов с первым секретарем Смоленского обкома КПСС Иваном Ефимовичем Клименко?

- В смоленском отряде в разное время работали Иван Клименко, его старший сын, и его дочь Татьяна. Была, например, такая история: стоим как-то раз с Ваней на площади в Гагарине, а Иван Ефимович в то время как раз ехал из Москвы и заехал в Гагарин.

Он с нами поздоровался, к сыну подошел и спрашивает: «Как дела, Ваня?» А Иван отвечал тогда за отряды техникумов области - врачом там был. Так вот, и он ему отвечает: «Плохо, папа». - «Что такое?» Ну и пошел тут разговор о проблемах. Пока мы минут 15 - 20 стояли на площади, то все уже и разрешилось - машины с нужными нам на тот момент досками уже пошли туда, куда нам надо. Вот такой у нас имелся секретный рычаг решения проблем. Хотя Иван Ефимович всегда был честным и очень скромным человеком, помогал только тогда, когда видел, что это действительно нужно.

Еще раз мы с ним встретились в 1974-м, когда я работал заместителем Юрия Ребрика. Весь штаб находился на объектах, а я был дежурным. И тут без всяких предварительных звонков заезжает Клименко. Он был депутатом и возвращался в Смоленск с сессии Верховного Совета СССР.

Поздоровался, задал свой любимый вопрос: «Как дела, молодежь?». Я в ответ, мол, все нормально, трудимся без ЧП. Его дочь Татьяна была в специализированном отряде отделочников - штукатурила, красила стены. Работала наравне со всеми. Иван Ефимович у меня только спросил: «Ну как Таня?» И, узнав, что все хорошо, попросил передать ей авоську с продуктами. Что я вечером и сделал.

- Сколько можно было заработать в стройотряде?

- В Гагаринском отряде были не самые высокие заработки. Не те объекты. Например, жилой дом. За сезон - с 5 июля до 25 августа - ребята зарабатывали от 300 рублей и выше. На эти деньги можно было купить телевизор, пальто, костюм, кучу рубашек, обувь. А вот на селе заработки студентов отличались «большей солидностью».

- Чем смоляне славились?

- Добротой и лаской. Мы делали штаб интернациональным. Плохо, что Советский Союз разрушился. Для нас это стало личной трагедией, ведь у нас в отряде не было различия между украинцами, армянами, прибалтами… Мы во Всесоюзном гагаринском отряде могли делать то, что в стране так и не получилось. Например, у нас командир из Туркмении женился на «бойцессе» из Литвы, свадьба была очень пышная.

- Почему тогда комсомол и КПСС приказали долго жить? Н. М. Булдаков писал, что КПСС со своим монополизмом «зацеловала» нас всех до смерти.

- Это вопрос философский. Николай Михайлович - своеобразный человек, идеолог. Где-то он прав, но я бы не стал перегибать палку. Думаю, что так сложились обстоятельства. Но для этого было слишком много причин…
 

О СЕБЕ

- Когда я говорю, что работаю 54-й год, все шутят, что столько не живут (улыбается). Я закончил Смоленский пединститут, физмат. С 1969-го был заместителем секретаря комитета комсомола, командиром вузовского стройотряда. В 1971 году окончил институт, и меня «ушли» в обком комсомола - я стал комиссаром областного студенческого отряда. Наш отряд был самым крупным в Нечерноземье - 12 тысяч человек только строителей. В его состав входили студенты четырех смоленских вузов и нескольких техникумов. Но наши учебные заведения формировали отряды человек по 500, поэтому было 3 тысячи смолян, остальные приезжие. Это москвичи, студенты МГУ, МЭИ, МАИ и других столичных вузов, а также грузины, украинцы, представители других республик Советского Союза.

Потом я стал секретарем комсомола пединститута, заведующим орготделом обкома комсомола, но по-прежнему был связан с ССО. Затем четыре с лишним года трудился секретарем обкома комсомола.

А еще очень долго работал в знаменитом Гагаринском отряде. Сначала замом у Юрия Ребрика, который был командиром интернационального отряда, потом и командиром.

КАК ЭТО БЫЛО

- Что касается меня, то я ехала, честно говоря, с опаской. Во-первых, ребят почти не знала. Во-вторых, как изготовляют кирпич - представляла с большим трудом. Но в первые же дни все мои страхи рассеялись. Народ у нас в отряде подобрался чудесный, веселый, дружный. Поэтому и жили мы в отряде интересно, не унывали даже тогда, когда казалось, что от усталости не пошевелить ни ногой, ни рукой.

Татьяна Гончарова, Смоленск.

- Перед отъездом ребята учились разным строительным специальностям. В Гагарин приехали уже монтажниками, бетонщиками, каменщиками, штукатурами, плотниками. Работы хватает всем. А главное - нас сдружил этот город.

Вацлав Гульцинович, Вильнюс.

- В нашем отряде на каждое место было три претендента. Требования предъявили очень строгие - многие даже сессии сдавали досрочно. Попасть в наш отряд - была большая честь.

Абдукахар Абдурахманов, Ташкент.