Нью-Васюки, наука об уме и рецепт счастья

Сити-Чесс – это город в городе. Построен он был в связи с проведением в Элисте XXXIII Всемирной шахматной Олимпиады в 1998 году по инициативе бывшего президента республики Кирсана Илюмжинова. Мы жили здесь в двухэтажных просторных коттеджах, а основные мероприятия форума проходили не где-нибудь, а в самом настоящем дворце, где все напоминало о шахматах. Шахматные фигурки стояли на полу, у них был свой музей, лишь шахматный дворец был похож своей архитектурой на калмыцкую кибитку, только современную, стеклянную.

Сити-Чесс в народе еще называют Нью-Васюки. Не зря же на подъезде к городку встречает туристов скульптура самого Остапа Бендера. Здесь необыкновенно тихо, воздух свежий. После пыльного и загазованного нашего Ростова с постоянными ветрами в Сити-Чесс очень легко дышалось. Особенно ранним солнечным утром. И мы старались любоваться степными просторами, открывавшимися прямо со ступенек нашего коттеджа. Стоило немножко спуститься вниз, и можно было нарвать неярких цветов и сплести из них замечательный венок.

А еще – походить по улочкам городка, пофотографировать скульптуры, что оставили в подарок калмыкам известные мастера. Громадный тюльпан, например, или Золотую корону «Йорял» («Благопожелание»), Цейтнот, солнечные часы… Одним словом, лучше один раз увидеть.

В дни форума у нас было много встреч и с официальными лицами, и с коллегами из других регионов, и с простыми жителями республики. Но, наверное, одной из самых ярких было знакомство с верховным ламой Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче. 

Встреча была, конечно, не случайной, ведь калмыки – единственная нация в Европе, исповедующая буддизм. Тэло Тулку Ринпоче с первых минут расположил аудиторию к себе, говоря о буддистском учении доступным языком. 

– Мы, буддисты, признаем прошлые и будущие жизни. И у нас есть аргументы и основания говорить о том, что существуют будущие перерождения, – заявил лама. – Буддизм можно разделить на три категории – религия, философия и наука. Российские ученые интересуются буддизмом не как верой, религией, им интересны буддийская наука и философия. Буддизм является наукой об уме. А философия – как метод и техника.

Пресс-конференция ламы не была проповедью, скорее ее можно назвать своеобразным обменом мнениями. Разговор касался самых разнообразных тем. И мне больше всего запомнились слова ламы о счастье.

– Главным творцом своего счастья является сам человек, – сказал лама. – Если будешь верить в себя, в других людей, все будет в мире хорошо.

Наша встреча проходила в красивейшем храме (в Калмыкии их зовут хурулами), который называется «Золотая обитель Будды». Это центральный хурул. Здесь установлена девятиметровая статуя Будды, стены украшены росписями и реликвиями.

В храме не только проходят службы, в нем организуются международные конференции и семинары буддистов, есть публичная библиотека, работает музей буддизма. Это культурный и просветительский центр.

Центральный хурул появился в Элисте не так давно, в 2005 году. В республике, как и по всей России, в советское время практически были уничтожены религиозные сооружения, и их пришлось строить заново.

Калмыкия не похожа ни на какую другую республику России. Когда попадаешь сюда в первый раз, кажется, что ты очутился где-нибудь на Тибете. Постройки с загнутыми китайскими крышами, экзотические сувениры всяких дракончиков, статуи незнакомых для христиан божеств. А рядом обычные современные многоэтажки с супермаркетами на первых этажах типа «Магнита» и «Пятерочки».

Всюду замечаешь местный колорит. Взять хотя бы городские площади. Вот, например, центральная в Элисте. Ее украшают Золотые ворота и пагода Семи дней. Пройдешь в эти ворота, уверяют элистинцы, и желания твои обязательно исполнятся. 

Можно это воспринимать скептически, но в республике много этакого существует для поддержки силы духа и веры в лучшие времена. То большой яркий барабан нужно покрутить для исполнения мечты, то платочек повесить в заветном месте. И мы непроизвольно начинали верить в чудодейственную силу ритуалов, о которых нам рассказывают местные жители. Они подкупают своей открытостью и наивностью одновременно.

Этот народ пережил в своей истории самые разные времена, гонения и репрессии, депортацию, но сохранил оптимизм и добросердечие. Население республики сегодня насчитывает около трехсот тысяч человек. И каждый человек здесь, как говорится, на счету. 

Калмыки, как мне показалось, берутся за любую работу. Поразили, например, местные коллеги-журналисты. Они сопровождали нас повсюду, рассказывали о достопримечательностях и обычаях и даже вели мастер-классы, далекие от профессиональной деятельности.

Когда мы попросили показать технологию приготовления калмыцких блюд и приехали в элистинский ресторан «Легенда», даже предположить не могли, что поваром окажется корреспондент телерадиокомпании «Вести-Калмыкия» Светлана Аджиева. Она мастерски показала нам, как готовятся рулетики из печени, завернутые в сетку из бараньего жира. Называлось это блюдо «Семжн».
– А я еще обтягиванием диванов занимаюсь, – улыбнулась девушка. – У нас много таких мастеров на все руки.

Среди них оказалась и директор «Легенды» Баирта Тостаева. Она не только руководит рестораном, но еще и организовала дизайнерскую студию национальной калмыцкой одежды.

Калмыкия – сельскохозяйственная республика. Издавна здесь выращивались животные особой породы – неприхотливые, выносливые. И мы не могли обойти стороной местные агрофирмы. В одну из таких под названием «Адучи» и поехали из столицы. По пути пожалели, что поехали – уж больно далеко. Километров эдак под сто по грунтовке под палящим солнцем. 

Когда спустя время поинтересовались, далеко ли до пастбища буренок, водитель пошутил: километров под сто восемьдесят, проверяя реакцию журналистской братии. Но никто из нас и виду не подал, что устали.

Оказалось, что до пастбища было еще минут пятнадцать езды. И вот вдалеке среди выжженной солнцем степи показалось большое стадо. 

– Это особая порода коров. Калмыцкая, – пояснил нам исполнительный директор агрофирмы Хонгор Адучиев. – Они круглый год находятся на пастбище.

– А телята? – спросили мы.

– И телята вместе с ними. Их не отделяют. Телята питаются молоком матери, пока подрастут.

Особой породы в агрофирме все поголовье. И овцы, и крупный рогатый скот. Такие же выносливые. Кроме того, в хозяйстве занимаются племенной работой. 

– Наша агрофирма носит статус племенного завода, – не без гордости говорит директор.

И показывает нам отары овец курдючной породы, а еще рассказывает о технологии осеменения крупного рогатого скота.

Молодой зоотехник выводит из коровника племенного красавца-быка. 

Поясняет:

– Он дал уже около четырехсот голов потомства.

Пять неполных дней нашего пребывания в республике пролетели как один. Нас вез в аэропорт незнакомый таксист. Узнав, кто мы такие и где побывали, сказал:

– Так вы много еще не увидели. И фестиваль тюльпанов не посетили. Он весной проходит. И цветением лотосов не полюбовались. И с местными ремеслами не познакомились. Приезжайте еще! Мы всегда гостям рады.

 .