Освобождение Симбирска-1918. Как 1-я дивизия стала Железной, историческая телеграмма Ленину, кнопка спасения начдива Гая

12 сентября – день освобождения Симбирска. Кто и от кого его освобождал – в нашем материале.

52 дня Симбирск находился под властью белогвардейцев, а точнее Народной армии КОМУЧа и чехословацких частей. Агитационная истерия режима КОМУЧа, призванная поднять население на свою защиту, возымела обратный эффект. В августе - сентябре 1918 года произошёл массовый исход из Симбирска многих представителей обеспеченных сословий, а также части интеллигенции. Город покинули и талантливые архитекторы Август Августович Шодэ и Фёдор Осипович Ливчак. Впрочем, у них были веские причины опасаться, что с них спросят за поддержку КОМУЧа. Шодэ подвизался председателем исполнительного комитета гражданской самоохраны, активно сотрудничавшей с военной комендатурой. А Ливчак предлагал каппелевцам свою «бетонную броню» для защиты автомобилей от снарядов.

- К началу сентября в городе сеялась паника, интеллигенцию и обывателей пугали грядущей «Варфоломеевской ночью», - рассказывает ведущий архивист Госархива Ульяновской области Антон Шабалкин. - Николай Михайлович Тихонов (впоследствии руководитель Ульяновского архива) вспоминал: «Про Латышские части, например, стали говорить: «если город возьмет Красная Армия, то они обещались всех вырезать». В течение трех дней город отдадут для разгрома латышам, и всякую вообще ересь по городу пускали. Говорили, что на помощь «Народной армии» идут Японцы из Бугульмы, Мелекесса и т. д. Даже в тот момент, когда Красная Армия подступила к самому городу, наверно все благонастроенные ждали прихода иностранных полков в помощь «Народной армии»».

Наступление на Симбирск

Подготовка к наступлению на Симбирск 1-й армии РККА Восточного фронта красных началась в начале сентября 1918 года. Она объединила Пензенскую, Инзенскую и Симбирскую дивизии. Всего около 8 тысяч штыков и сабель, 40 орудий, 194 пулемёта против основных сил Поволжской группы белых, включавших 5 тысяч штыков, 3,5 тысячи сабель, 35 - 45 орудий, 150 пулемётов, 8 -12 вооружённых пароходов.

Схема боевых действий 1-й армии Восточного фронта август - сентябрь 1918 года

6-7 сентября 1918 года в селе Пайгарма (Рузаевский район Республики Мордовия. - Авт.) состоялся военный совет 1-й армии, на котором Михаил Николаевич Тухачевский принял решение начать наступление 8 сентября 1918 года.

7-8 сентября 1918 года 1-я Симбирская дивизия РККА была усилена пятью стрелковыми полками и кавалерийским дивизионом, что позволило создать двойное численное превосходство над противником на участке её наступления. При этом впервые в гражданской войне РККА использовала автомашины, чтобы перевезти в район сосредоточения 5-й Курский стрелковый полк.

«Наш 1-й Симбирский полк получил задание наступать по главному направлению вдоль полотна Московско-Казанской железной дороги; исходный пункт – станция Майна; наступать через лесной массив. О противнике точных сведений не было… 9 сентября дивизия, опрокидывая белогвардейцев, двинулась вперёд. Лес, через который пришлось идти нашему полку, был занят противником, но наши разведывательные партии лихой атакой отбросили его, очистив путь для главных сил…  Мы выходим из леса на деревню Ляховка. Деревня мертва – ни звука, ни движения. Наша разведка уже приближалась к окраине. Вдруг неожиданно раздались ружейные выстрелы. За ними затрещали пулемёты… Бой начался по всему фронту. Наши попытки захватить Ляховку в лоб не увенчались успехом. Мы потеряли восемь человек ранеными», - так вспоминал Пётр Фёдорович Устинов, командир 1-го Симбирского полка 1-й Симбирской Железной дивизии (из книги «1918 год на родине Ленина»). Кстати, это родной брат Дмитрия Фёдоровича Устинова, бывшего министром обороны страны при Брежневе.

Командир 1-го Симбирского полка 1-й Симбирской Железной дивизии Устинов Пётр Фёдорович

Действия Симбирской дивизии с юга поддержала Инзенская дивизия, которая должна была наступать из района Кузоватово на Тереньгу, а с севера - Алатырская группа, которая должна была сковать противника в районе Буинска.

10 сентября силы Симбирской дивизии красных вели ожесточённый бой у станции Охотничья, где белые оборудовали окопы полного профиля с тремя рядами проволочных заграждений.

«С Охотничьей показался бронепоезд противника. Он скоро подошёл к нашим цепям, пытаясь огнём отогнать красноармейцев от железнодорожного полотна. Но красноармейцы неудержимо рвались вперёд. У самой опушки леса белогвардейцы снова бросились бежать, не приняв штыкового удара. Захватив лес, мы очутились перед возвышенностью – последней преградой перед станцией Охотничья и деревней Ивановка. Здесь весь наш полк попал под сильный пулемётный огонь. … Вечером, около пяти часов, части Курской бригады бросились вперёд и заняли деревню Отрада. Мы также подняли цепи и с криком «ура!» пошли в атаку», - из книги «1918 год на родине Ленина» воспоминания  Петра Устинова.

11 сентября Симбирская дивизия отразила контратаку офицерского батальона в районе села Белый Ключ и контратаку чехословацкого пехотного батальона в районе деревни Кондаково, перерезала железную дорогу Симбирск – Казань и тракт Сызрань – Симбирск, после чего белые были прижаты к Волге.

Штурм и взятие Симбирска

Штурм Симбирска начался на рассвете, с обстрела оборонительных позиций пятью артиллерийскими батареями из района Карлинской слободы. Особенно сильное сопротивление наступавшим красноармейцам 2-го Симбирского полка оказал офицерский батальон в районе Винновской рощи.

Сегодня для нас воспоминания участников тех боёв – бесценный исторический материал.

«12 сентября. Утро солнечное, тёплое. Мой полк занимал ипподром и северную окраину Киндяковки. Влево от Свияги одна-две роты Московского полка. … Ещё левее - остальные части Курской бригады. Правее моего полка, на берегу Волги, Витебский и 2-й Симбирский полки. Наши цепи находились под губительным артиллерийским и ружейно-пулемётным огнём. При попытке перейти в атаку мы теряли десятки бойцов. Тогда мы решили атаковать белых через Конно-Подгородную слободу. … Я пополз на левый фланг в поисках наиболее уязвимого места у противника. … Незаметно я вышел к Свияге и, обнаружив перед собой противника, пошёл берегом к выселку Туть. На берегу, у самого выселка, стояла водокачка. Осторожно пробравшись к последней, я влез на крышу погреба и стал разглядывать … окраину Тути. …Спустившись с крыши, я поспешил к своим. …Пятнадцать гранат, а за ними следующие пятнадцать , брошенные нами в сторону белых, произвели оглушительный и притом неожиданный для них грохот. …Белые, не сделав ни одного выстрела, бросились в панике бежать. …К 12 часам мы пробежали Туть и входили в город», - воспоминания  Петра Устинова, из книги «1918 год на родине Ленина».

К 12 часам 12 сентября атакой с трёх сторон Симбирск был взят.

«В 12 часов 12 сентября войска Красной армии вошли уже в город. Начальник железной дивизии, товарищ Гай, опередив пехоту, первым появился на автомобиле на Старом Венце. В это время различные части войск белых поспешно стягивались со всех сторон города под гору – к железнодорожному мосту и переезду. Начальник дивизии открыл по отступающим огонь из собственного пулемета. Затем на улицах расположилась артиллерия и начала громить отступающего в беспорядке противника. Насколько поспешно отступали белые, видно уже из того, что на правом берегу оставлен был весь обоз и артиллерия; четыре тяжелых орудия им пришлось бросить в Волгу. Отступление на мосту прикрывал броневик, отстреливающийся от нападающих», - писала по горячим следам газета «Известия Симбирского губернского совета рабочих и крестьянских депутатов».

Начальник Железной дивизии Гай Дмитриевич Гай

- Хорошо известна телеграмма Гая Дмитриевича Гая, отправленная 12 сентября 1918 года из Симбирска Владимиру Ильичу Ленину, незадолго до этого пережившему покушение: «Дорогой Владимир Ильич! Взятие Вашего родного города – это ответ на Вашу одну рану, а за вторую – будет Самара». И ответ В.И. Ленина: «Взятие Симбирска – моего родного города – есть самая целебная, самая  лучшая  повязка на мои раны. Я чувствую небывалый прилив бодрости и сил. Поздравляю красноармейцев с победой и от имени всех трудящихся благодарю за все их жертвы». Позже эти слова были выбиты на стене одного из залов Ленинского мемориала, - напомнил архивист.

В ночь на 14 сентября бригада Симбирской дивизии форсировала Волгу, и к концу 16 сентября продвинулась на восток на 30 - 35 км.

Штаб Железной дивизии

18 сентября подошедший из-под Казани отряд Каппеля контратаковал красные войска и отбросил бригаду Симбирской дивизии за Волгу.

- Согласно документам, укрепившиеся в Заволжье части полковника Каппеля и белочехи не оставляли надежд отбить город, бои за мост продолжались ещё две недели, - рассказывает архивист. -  Однажды, чтобы успокоить одного из запаниковавших членов губисполкома, Гай Дмитриевич показал на кнопку на своём столе в здании бывшего кадетского корпуса и сказал: «Успокойтесь, товарищ! Зачем так волноваться? Передайте Губисполкому и всему населению, что чехи через мост никогда не перейдут. Мост минирован. Вот, видите эту кнопку, провода от электрического тока отсюда идут до моста, достаточно лёгкого нажима - и мост целиком взлетит на воздух со всеми чехословаками, на нём находящимися». На самом деле кнопка служила для связи с начальником штаба. Но хитрость Гая сработала – уже через час паника улеглась, весь Симбирск «твёрдо знал», что начдив готов взорвать мост и не пропустить врага.

Симбирская группа белых, продержавшись на левом берегу Волги до 29 сентября, также быстро начала отход, в результате чего тактические успехи РККА под Казанью и Симбирском разрослись до размеров стратегической победы. Фронт белых был прорван на огромном участке, что повлекло за собой отступление частей Народной армии далеко на восток. Отступление прекратилось только с началом зимы.

За отличие при взятии Симбирска Симбирская дивизия была награждена Почетным Красным Знаменем ВЦИК, ей было присвоено почетное наименование «Железная».

Память

- В канун первой годовщины Октябрьской революции, 6 ноября 1918 года, Симбирский губисполком переименовал массу городских улиц, площадей, спусков. Тогда улица Сызранская, по которой наступали красные отряды, была переименована в улицу 12 Сентября. Для ветеранов боёв за Симбирск эта дата стала священна, - подчеркнул Антон Юрьевич.

В октябре – начале ноября 1918 года губисполком вёл переписку по вопросу о перенесении и погребении тел красноармейцев, убитых при вступлении в Симбирск белогвардейцев. Они были захоронены в Братской могиле на Новом Венце или на городских кладбищах, документально не установлено.

По словам архивиста, 13 ноября 1918 года было принято решение об отпуске 10 000 рублей на расходы по устройству «похорон тт. Крылова, Зарецкого и др., казнённых белогвардейцами». Их захоронение, известное как «Могила пяти комиссаров» находится на территории Воскресенского некрополя на улице Карла Маркса.

Павшие при освобождении Симбирска (а впоследствии жертвы других боёв, партийные, советские и военные деятели) были погребены в Братской могиле на Новом Венце. После обсуждения различных проектов, 7 ноября 1927 года Братскую могилу украсил обелиск, спроектированный архитектором Феофаном Евтихиевичем Вольсовым.

Обелиск на братской могиле. Фото Александра Маркелычева

На обелиске мраморная доска с текстом: «Героям красноармейцам, павшим в боях за освобождение Симбирска 12 сентября 1918 г.». А 12 сентября 1968 года у обелиска запылал Вечный огонь. 8 ноября 1988 года у подножия обелиска установили плиты с именами 20 человек. При благоустройстве Нового Венца в 2010-2011 годах плиты были обновлены, ныне на них выбито 49 имён.

Фото предоставил Государственный архив Ульяновской области