Как император Павел через Владимирскую губернию проезжал

Историческое событие

Конечно, это было не первое и не последнее монаршее посещение земли Владимирской. Но каждый раз визит царствующей особы становился знаковым и к нему готовились задолго: любая ошибка могла привести к опале, а положительные эмоции правителя сулили поощрение. Визит Павла стал особенным уже потому, что именно этот монарх в самом начале царствования, в декабре 1796 года, превратил росчерком пера Владимирское наместничество во Владимирскую губернию, которая и просуществовала до 1929 года. И губернатора во Владимир новый царь сразу назначил «своего»: Павел Рунич занял пост в 1797 году. Самыми крупными городами на пути следования императора в нашей губернии были Владимир и Муром с переправой через Оку. Именно так тогда шел почтовый тракт на Казань. Упоминаются также остановки Павла I в городе Покрове и селе Мошок Судогодского уезда. Поездка планировалась годом раньше, но не состоялась. Вместительные лодки, доставленные в 1797 году в Муром для переправы императора и свиты, успели отправить на Волгу для борьбы с разбойниками. Кстати, по указу самого Павла I. Но когда через год визит в Казань снова запланировали, пришлось сухим путем доставлять в Муром специальный катер с командой из Петербурга.

Во Владимире

Но сначала было посещение государем губернского центра. Во Владимире произошло немало примечательных событий. Императора разместили в специально приготовленном помещении у Золотых ворот, где потом долго размещалось почтовое управление, а ныне находится приемная Президента РФ (ул. Большая Московская, 2). Павел I был набожен и в угловой комнате дома для него оборудовали походную церковь. Известно, что там император «слушал всенощную, а на другой день - обедню». Говорят, государь похвалил выправку и обмундирование часовых, стоявших у входа, — местных молодых дворян, юнкеров из батальона внутренней стражи братьев Николая и Сергея Купреяновых. Император даже с ходу повелел было произвести их в офицеры. Но тут не сдержался командир батальона внутренней стражи полковник Алексей Латышев. Будто бы он, став на колени, доложил, что эти юнкера всего только четыре месяца на службе. - А знают ли они ее? - спросил государь. - Отлично, Ваше Величество. - Так поздравляю вас прапорщиками, а тебя, - прибавил он, обращаясь к Латышеву, - за правду, генерал-майором. Таким дошел до нас этот диалог. Правдив ли он? Но Латышева вскоре ждал очередной виток карьеры. Состоялось представление государю здешних чиновников и раздача им наград. Губернатору Павлу Руничу достался орден святой Анны I степени, а губернскому предводителю дворянства Андрею Кузьмину-Короваеву вручен орден святой Анны II степени. Затем император делал смотр батальону внутренней стражи. Городская часть царю так понравилась, что ее командира Латышева царь решил назначить губернатором в Вятку. Однако Латышев снова проявил честность и признался в своей малограмотности. Как пишет краевед, «став опять на колени, доложил, что такая должность ему не по силам, что он даже очень плохо читает печатное, а писать, кроме своего имени и чина, ничего не может». На это император якобы возразил: - Чего не достанет у тебя со стороны грамотности, с избытком вознаградится твоею честностью, а для грамоты я дам тебе хорошего прокурора... Правда, назначение все-таки стало не молниеносным. 5 сентября 1798 года Вятским губернатором был назначен владимирский вице-губернатор Степан Тютчев. А Латышев же вступил в эту должность в мае 1800 года. Само собой, как и всякого высокого гостя города во все времена, императора пригласили осмотреть Успенский собор. Там Павел I увидел мощи благоверного князя Глеба, сына Андрея Боголюбского, и поразился полной их сохранностью. Архиереем был тогда епископ Суздальский и Владимирский Виктор. Его называют одним из немногих духовных лиц, которые еще в день коронации Павла I были награждены орденом святой Анны I степени. Однако от посещения Успенского собора императором до нас дошел такой рассказ. Будто бы, осмотрев собор, восхищенный Павел обратился к епископу Виктору и сказал: «Здравствуй, архиепископ», показывая этим, что тот возведен в сан архиепископа. Но в этот момент владыка Виктор некстати обратился к императору с просьбой разрешить ему переселиться в Суздаль, потому что нехотя жил во владимирской резиденции с 1789 года. Император рассердился и при прощании резко сказал владыке: «Прощай, епископ!» Это означало лишение награды, и владыка Виктор остался в прежнем сане епископа. Вообще, когда читаешь то, что зафиксировали краеведы XIX века, складывается впечатление, что очевидцы изначально дали неверную информацию, а в некоторых случаях воспоминания и вовсе противоречили друг другу. И именно поэтому мы сегодня встречаем разные версии событий.

В Мошке

Например, несколько свидетелей утверждают, что Павел по дороге из Владимира остановился в селе Мошок. По одной версии, остановка монаршей особы на Муромской дороге была запланирована, но в другом месте, однако в Мошке лошади встали из-за вязкой песчаной дороги - вот и пришлось сделать перерыв в путешествии. Другие же источники говорят, что никакого экспромта в посещении Мошка, принадлежавшего дворянину из рода Лопухиных, не было. При этом все сходятся во мнении: прогулка по селу Павлу понравилась. Описывают и незапланированный заход императора в крестьянскую избу, и милостивое общение императора с простой местной жительницей, которая поднесла ему вышитое полотенце. Есть также сведения, что завтракал царь и придворные на почтовой станции - столы накрыло судогодское дворянство.

В Муроме

Пребывание Павла в Муроме по дороге в Казань описано более подробно. Разместили царя в одном из лучших домов города, куда заранее снесли лучшую мебель. Заготовили большой запас всяких яств. В Муроме вместе с Павлом I люди увидели и его сыновей великих князей Александра и Константина Павловичей. Императору преподнесли муромские куличи, и они так ему понравились, что он «изъявил монаршее свое благоволение с произнесением слов: «Я ваши калачи пошлю к императрице», как написали муромские дворяне в отчете губернатору Руничу. На следующий день сама переправа прошла успешно, а катер, на котором пересекал Оку Павел, потом долго хранился в Муроме на берегу у пристани как местная достопримечательность. Однако пока переправляли экипажи царского кортежа, императору пришлось постоять в окружении толпы на берегу. Местные дворяне сообщали, что монарх продолжал «смотря на город, с некоторыми разговаривать о местоположении города, о промыслах, о заводах, о садах, коих расположение, так как и строение Его Величеству было угодно, и при всяком случае изволил изъявлять свое удовольствие, которое напоследок заключал сими словами: «Не ошибся тот архитектор, который сначала располагал этот город». Как назло, хлынул сильный дождь, император и его сыновья, одетые в военные шинели, вымокли до нитки. Прошло больше часа, пока Павел с сопровождающими отправился дальше. Муромскому народу он сказал то ли «простите», то ли «прощайте, братцы», а есть версия, что и непечатно выругался.

На обратном пути

Из событий по возвращении императора из Казани более достоверно известно то, что во время летнего пребывания во Владимире Павел I одобрил план госпитального дома. А затем поприсутствовал на литургии по случаю закладки фундамента будущего Дома инвалидов. Кроме того Павел одобрил решение губернатора Рунича о передаче дома Приказа общественного призрения (ныне Центр пропаганды изобразительного искусства на Б. Московской, д. 24) под апартаменты губернатора. Так в городе появился очередной губернаторский дом.

Указ императора Павла I правительствующему сенату от 31 мая 1798 года: «В проезд Наш чрез Владимирскую губернию, с удовольствием видели Мы как в самом губернском городе Владимире, так и во всех прочих селениях, по тракту Нашему лежащих, порядок и благоустройство, повсюду господствующее. Относя оное к попечению и трудам начальствующаго в сей губернии действительнаго статского советника Рунича, о Нашем к нему благоволении, извещаем сенат Наш, повелевая дать знать о том всем губерниями управляющим».