На выставке в Северном морском музее – Арктика на ёлке

Какое отношение ёлочные игрушки имеют к морю и Арктике? Попробуем разобраться. После Октябрьской революции 1917 года большевикам было не до рождественских ёлок, проблемы были куда более значительные, чем «религиозные мелкобуржуазные пережитки»: голод, война, борьба с инакомыслием, экономический коллапс.

Однако с конца 20‑х годов дошло дело и до праздников. Рождественская ёлка как праздник, со всей относящейся к нему символикой – игрушками, подарками, песнями, стихами, и собственно, самой ёлкой –была фактически запрещена. О ёлке говорили как о «поповском пережитке», а карикатуристы любили «издеваться» над разряженным деревом. Более того, в конце 20‑х – начале 30‑х годов в СССР даже были случаи «посадок» граждан, осмелившихся под Новый год поставить у себя дома ёлку, судили по ст. 5810 УК РСФСР (религиозная агитация и пропаганда).

«Товарищ Постышев дарит детям ёлку», худ. Б. Ефимов, 1935 г.




Однако, как всегда, совершенно неожиданно советское руководство решило переформатировать Рождество в советский Новый год, а рождественскую ёлку в «коммунистическую» новогоднюю. Инициатором этого гуманного кульбита стал секретарь ЦК ВКП (б) Павел Постышев. В конце 1935 года он на одном из заседаний Политбюро вдруг вспомнил о новогодних детских торжествах в Сокольниках в 1918 году, в которых участвовали Ленин и Крупская. Получается, есть некая священная большевистская традиция!

В ответ на его слова Сталин, попыхивая трубкой, изрёк, что, дескать, такой праздник советским детям наверняка бы понравился: «Возьмите на себя инициативу, выступите в печати с предложением вернуть детям ёлку, а мы поддержим». И так, 28 декабря 1935 года в «Правде» была опубликована статья Постышева под заголовком «Давайте организуем к Новому году детям хорошую ёлку!»: «В дореволюционное время буржуазия и чиновники буржуазии всегда устраивали на Новый год своим детям ёлку. Дети рабочих с завистью через окно всегда посматривали на сверкающую разноцветными огнями ёлку и веселящихся вокруг неё детей богатеев. Почему у нас школы, детские дома, ясли, пионерские клубы, дворцы пионеров лишают этого прекрасного удовольствия ребятишек трудящихся Советской страны?.. Я уверен, что комсомольцы примут в этом деле самое активное участие и искоренят нелепое мнение, что детская ёлка является буржуазным предрассудком».

Сказано – сделано! Буквально на следующий день по всем городам СССР были спешно открыты ёлочные базары, где продавались «лесные красавицы» для совграждан. А в Колонном зале Дома Союзов была установлена гигантская всесоюзная ель. 31 декабря 1935 года в СССР появился новый праздник с формулировкой: «Новогодняя ёлка – праздник радостного и счастливого детства в нашей стране». Новый год стал каноническим советским праздником, на уровне Первомая и Седьмого ноября. На детских праздниках тогда побывали все советские наркомы и все члены Политбюро, включая, конечно, и «отца народов». Газеты пестрели благодарными детскими письмами: «Спасибо товарищу Постышеву за новогоднюю ёлку». Правда, товарищу Постышеву недолго оставалось принимать поздравления, в 1938 году он был расстрелян в подвале Бутырки.

Однако объявить ёлку советской оказалось куда менее сложно, чем наполнить её советским содержимым. Не было героев, которые могли бы заменить святочных и рождественских, да и игрушек советских, собственно, тоже не было. Советские идеологи взялись за создание нового советского мифа засучив рукава! Старорежимные ангелочки трансформировались в фигурки советских пионеров, Вифлеемская звезда превратилась в красную кремлёвскую. Фрукты и овощи стали символизировать колхозное изобилие (при Хрущёве к овощной атрибутике добавилась ещё и кукуруза – «царица полей»).

На первых порах, конечно, перестарались, и игрушечные артели выпустили шары с портретами политических лидеров и членов Политбюро. Однако быстро стало понятно, что разбить такой шар, или, не подумав, сказать: «Повесь Сталина на ёлку», смертельно опасно, и от этой идеи почти сразу отказались. Но тут ёлочной идеологии несказанно подфартило, в 1937 году началась эпопея папанинцев и полярной станции «СП-1». Мгновенно полярники стали советскими героями и полноправно могли заменить рождественских ангелочков на новогодней ёлке. И вообще, 1930-е годы были богаты на героические события в Арктике, это и эпопея «челюскинцев», и дрейф ледокольного парохода «Г. Седов», и советское дирижаблестроение. Конечно, вся эта героика была отражена в ёлочных игрушках: пароходы, парусники, аэростаты, самолёты, полярники, рыбы, белые медведи, моржи и даже палатка «папанинцев» – всё оказывалось на еловых лапах. В методичках по организации новогоднего праздника даже рекомендовался костюм «Дед Мороз – полярник» или «Дед Мороз – Отто Шмидт». Кстати, тогда же возникла традиция хором произносить свой клич «Ёлочка, зажгись!»

Всё в том же 1937 году наркомпросом было выпущено пособие «Ёлка в детском саду». Там давались рекомендации по украшению новогодней ёлки: как сделать самодельные игрушки, какого размера и на какие ветки вешать украшения, как соблюдать технику противопожарной безопасности при пользовании новогодними свечами. «Прежде всего, необходимо украсить центральную, наиболее высокую верхушку пятиконечной красной или серебряной блестящей звездой, соответствующей своим размером размеру ёлки. Звезду эту можно подобрать в ассортименте готовых ёлочных украшений. Другие три-четыре верхушки ёлки можно украсить небольшими блестящими шпилями (верхушками из дутого стекла)». Особенно хороши ярко раскрашенные цепи из цветов и насекомых, фигурок зверей, животных, птиц, снежинок, аэропланчиков с парашютиками. Стеклянные игрушки были дороги и доступны не всем, особенно распространены игрушки из прессованной ваты и картона.

Выставка в Северном морском музее демонстрирует ёлочные игрушки из коллекции Нины Захаровой, которая из всего своего обширного собрания отобрала для выставки ёлочные игрушки, связанные с Севером и освоением Арктики.

Евгений Тенетов, директор Северного морского музея