1917 год. Тула в последние дни октября

Перестрелка в центре города, разграбление усадеб, шантаж Временного правительства.

«Петроград был разбужен треском ружейной перестрелки»,— напишет в своей знаменитой книге «Десять дней, которые потрясли мир» американский журналист, очевидец и непосредственный участник Октябрьской революции Джон Рид.

Туляки ничего не знали о событиях в столице, редакция «Тульской молвы», как и другие газеты, довольствовалась одним — единственным сообщением, которое и опубликовала на четвертой полосе: «Петроградское телеграфное агентство уведомляет, что, будучи занято комиссаром военно-революционного комитета и вооруженными силами, лишено возможности передавать о происходящих событиях».

Было это 25 октября (7 ноября) 1917 года. До штурма Зимнего дворца оставались считанные часы, кровопролитные бои в Москве начнутся на день позже, 27 октября (9 ноября).

Перестрелка на Киевской

Перестрелка случится и в Туле, на центральной улице города. Правда, как выяснит следствие, политический мотив при этом отсутствовал.

«Вечером на Киевской улице (ныне проспект Ленина.— С. Т. ) выстрелом из револьвера, произведенным неизвестным человеком, ранено двое лиц П. Васюков и К. Смольянинов»,— сообщал читателям корреспондент «Тульской молвы» со слов свидетелей-милиционеров (!).

«Дело происходило так: на Киевской улице было очень много публики. В числе гуляющих находился какой-то неизвестный человек в военной форме с барышнями. К последним приставали шедшие сзади Васюков и Смольянинов, и неизвестный обратился за содействием к милиции.

Милиционеры хотели задержать пристававших, но это им не удалось, так как собравшаяся толпа начала относиться явно недружелюбно к действиям милиции, почему последним пришлось уйти.

Не прошло и нескольких минут после ухода милиционеров, как до слуха последних долетел выстрел и крики толпы.

Они немедленно бросились на шум и, пробившись еле-еле сквозь толпу, увидели на тротуаре около аптеки Белявского (сейчас это музей «Старая тульская аптека».— С. Т. ) двух лежащих стонущих мужчин, оказавшихся П. Васюковым и К. Смольяниновым».

В дни Октябрьской революции это происшествие станет в Туле единственным случаем кровопролития. Пострадавшие выживут, отделавшись в общем-то легким испугом.

Через несколько дней «Тульская молва» опубликует «новые сведения, рисующие» произошедшее на Киевской улице «в совершенно новом виде».

Как пояснят в милиции, выстрел произошел случайно: «Гулявший по улице солдат Быков, взяв у своего товарища револьвер и обращаясь к подошедшему к нему знакомому Васюкову, сказал:

— Смотри, Петя, какой револьвер.

В то время раздался выстрел и пуля, пробив руку Васюкова, попала в живот шедшему рядом с ним Смольянинову».

«Надо думать, что выстрел произошел от неосторожного обращения с оружием»,— сделает вывод «Тульская молва», добавив ко всему, что револьвер у солдата отобран.

Случай уж точно несерьезный по сравнению с тем, что происходило в те дни в стране и мире. Революционный вихрь обойдет город оружейников стороной, чего нельзя сказать об уездах Тульской губернии — там который месяц наблюдалась анархия: захват крестьянами помещичьих земель, разорение садов, сожжение усадеб.

Анархия в уездах

«Телеграфные известия с мест о непрекращающейся анархии в уездах продолжают поступать целыми пачками»,— писала «Тульская молва» в последние дни октября 1917 года. Ввиду дефицита печатной площади публиковались только «некоторые выдержки», позволяющие и сегодня прочувствовать атмосферу тех предреволюционных дней.

«В имении Котюкова, близь Ивлева, Богородицкого уезда расхищен хлеб, сожжен в хлеву скот, разграблен дом…»

«Идет колоссальный разгром имения Царево (Крапивенский уезд при станции Лазарево). Жгут хлева, постройки, инвентарь. Управляющий Лобачев бежал в Тулу…»

«В имении Горбова, Новосильского уезда, Чермошенской волости, при с. Петровском крестьяне и сельская милиция грабят лес».

Последняя фраза означала самовольную вырубку леса, находящегося в собственности Горбова, при царе такое самоуправство каралось государством.

«Из Ефремова пишут, что беспорядки в уездах грозно разрастаются. Более 40 хозяйств уничтожено, остальные обречены также к уничтожению…»

Для усмирения крестьян власти на местах требуют военную силу, хотя гарантии, что солдаты не присоединятся к беспорядкам, нет никакой.

Последняя встреча с Временным правительством

За две недели до ареста членов Временного правительства делегация Тульской городской думы и Управы города встретилась с кабинетом министров Российской республики. Поездка в Петроград была вызвана острейшим продовольственным и финансовым кризисом в Туле. Голод и паралич городского хозяйства были вполне реальными перспективами для туляков, массовая забастовка служащих состоялась накануне.

По возвращении делегации член Управы И. К. Гудзь доложил гласным (депутатам.— С. Т. ) городской думы о неутешительных итогах поездки в Петроград. «Тульская молва» осветила выступление чиновника во всех подробностях.

Городская дума ходатайствовала перед Временным правительством «о разрешении займов на продовольствие, дровяные операции, обмундирование и вооружение милиции и на жалованье служащим». Министры в выдаче наличных денег Туле категорически отказали «на том основании, что печатный станок не успевает изготавливать деньги на сметные расходы». И вообще, недвусмысленно дали понять: «о подыскании кредитного учреждения город должен позаботиться сам».

По словам докладчика, «делегация была изумлена таким ответом, так как само собой напрашивалось заключение, что правительство допускает возможность неучета банками правительственных гарантийных писем … „В кассе городского и земельного кредита не дали денег даже на милицию“,— подытожил Гудзь.

Но не так просты были наши предки.

Перед министрами-капиталистами извинились, предупредив, что отныне городское самоуправление вынуждено будет прибегнуть к крайним мерам и отцеплять от следующих через Тульскую губернию поездов вагоны с продовольствием. «Представитель министерства взмолился не делать этого,— вспоминал И. К. Гудзь,— так как поезда мимо Тулы идут в те губернии, где наблюдается настоящий голод». Туле пообещали вне очереди предоставить до 80 вагонов зерна и муки, но всё же при этом настоятельно просили изыскивать собственные возможности.

…Залп «Авроры» докатится до Тулы только 29 октября (11 ноября) 1917 года. Несколько следующих дней газеты будут публиковать противоречащие друг другу сведения о том, кто же был арестован в ночь с 25 на 26 октября (7–8 ноября) в Петрограде: одни утверждали, что «участники большевистского заговора», другие — «министры Временного правительства».

Советскую власть в Туле и Тульской губернии провозгласят 7 (20) декабря 1917 года, а по факту вся полнота власти перейдет в руки большевиков только к середине 1918 года.

Оружейная столица внесет весомый вклад в победу красных в Гражданской войне. На юге Тульской губернии остановят, а затем и отбросят войска Деникина. Тульский оружейный завод станет единственным военным заводом, где выпускались пулеметы для Красной армии. Примерно то же произойдет с производством винтовочных патронов, 75% боеприпасов вооруженные силы РСФСР получат из Тулы. Значение города для республики окажется поистине огромным.