АРС-ПРЕСС

В «Коммуну» Герман Волгин пришел в 1933 году, сразу после окончания Ленинградского института философии, литературы и искусства. Ему шёл тогда двадцать шестой год, и в его кармане лежал диплом специалистов в области редактирования и издательского дела. Анатолий Манушин,
краевед

Тогдашний редактор «Коммуны» Александр Швер, активный участник революционных событий, обрадовался появлению в редакции первого дипломированного специалиста в области литературного редактирования и без обиняков заявил об этом Герману Волгину, когда тот вошёл в его кабинет.

– Не у всех наших журналистов хватает литературного чутья, иногда такого «наворочают», что разгребаешь – разгребаешь, и не разгребёшь… Так что определяю ваше место, молодой человек, в секретариате, в нашем, так сказать, главном штабе. Будете читать написанные журналистами статьи и править их. И нещадно убирать все навороты, двусмысленности и просто глупости. Вы у нас теперь ещё и «свежая голова». Со стороны всегда видней… так что я главный редактор, а вы – литературный.

После такой тирады, грех было не оправдать доверие шефа.< Герман был по натуре человек немногословный, не в его характере, как сказали бы сейчас, было пиариться. Своё дело он знал и к тому же отличался прилежанием и основательностью. После вступления в должность Волгина и у Швера забот поубавилось: во всяком случае после редакторской читки на полосах оставалось куда меньше фиолетовой чернильной правки, чем было до прихода в редакцию Волгина.

Как-то мне пришлось просмотреть в архиве подшивку «Коммуны» за тридцатые годы прошлого столетия. Фамилия Волгина на страницах газеты появлялась, но то были небольшие публикации – корреспонденции и информации. И появлялись они от случая к случаю. «Почему так непродуктивно работает молодой сотрудник газеты?» – не раз задавался таким вопросом.

Я тогда не знал, что он занимается литературной правкой, работой, которая отнимает сил не меньше, а может, даже и больше, чем написание разножанровых газетных материалов.

Сам же Герман Волгин очень тактично и уважительно относился к коллегам, многие из которых были намного старше его. В своей единственной книге «Самое заветное. Записные книжки писателей», изданной когда автору шёл уже 67-й год, он очень тепло вспоминает братьев по перу: «В начале тридцатых годов я начинал свою журналистскую деятельность в редакционном коллективе воронежской областной газеты «Коммуна». В те годы работали там журналисты Борис Александрович Дьяков и Алексей Иванович Шубин, ставшие впоследствии известными в нашей стране писателями».

А дальше Герман Александрович повествует о том, как корреспондент «Коммуны» Борис Дьяков вместе с большой группой журналистов центральных газет (он был единственным представителем областных СМИ) участвовал во Всесоюзном автопробеге Москва – Каракумы – Москва. Приведу полностью это достаточно редкие свидетельства: «В 1933 году был организован большой автопробег по маршруту Москва – Каракумы – Москва. Маршрут этот пролегал частично по дорогам Центрально-Черноземной области, центром которой был город Воронеж. Областной газете «Коммуна» была предоставлена возможность выделить в число участников этого пробега своего корреспондента. Этим корреспондентом был Борис Александрович Дьяков. С этого и началась его писательская деятельность. Помню обширные и впечатляющие корреспонденции Бориса Дьякова на страницах «Коммуны», широко информировавшие воронежцев о ходе пробега.

А затем, в 1934 году, вышла его первая книга-повесть для детей «Герои Каракумов». После этого из-под пера Бориса Дьякова вышло много книг. Но наиболее близко к теме записных книжек стоят его документальные произведения «Пережитое» (1963), «Повесть о пережитом» (1964) и изданная в Центрально-Чернозёмном книжном издательстве в 1970 году документальная повесть «Годы молодые».

В предисловии к своей книге автор говорит: «Повесть «Годы молодые» я писал на историческом материале, стремясь в меру своих сил показать возможно более широкую панораму Центрально-Чернозёмной области первой половины тридцатых годов, озарённых созидательным трудом народа-строителя социализма… Герои моего повествования – реальные лица, со своими подлинными именами». Многие из упоминаемых в книге журналистов и литераторов, работавших тогда в редакции газеты «Коммуна» и в журнале «Подъем» здравствуют и поныне и написали немало хороших книг. Это Николай Задонский, Максим Подобедов, Владимир Кораблинов, Петр Прудковский, Ольга Кретова и другие».

Познакомился я с Германом Александровичем Волгиным в 70-е годы. Мы оба посещали творческое объединение любителей книги «Воронежский библиофил» при научной библиотеке ВГУ. Тогда на заседания собиралось до полусотни любителей и ценителей книг. Находился среди них и невысокий, плотный мужчина, говоривший негромко, но явным баском, вступавший в дискуссии крайне редко. Это и был Герман Волгин – коллекционер экслибрисов, собиратель афоризмов и всего того, что вошло в записные книжки известных писателей.

Герман Волгин – коренной воронежец, родился он 24 сентября (по новому стилю) 1907 года. И что очень важно для того времени, был пролетарского происхождения. Его отец, Александр Дмитриевич, слесарил на воронежских заводах. Но отличался грамотностью – окончил городское приходское училище – и склонностью к чтению. В семье водились книги, и Герман с детских лет приобщился к чтению.

Путь в журналистику у Германа Волгина получился довольно извилистый. Окончив школу, он поступил в железнодорожный техникум, но вскоре осознал, что «железка» – не его призвание. Бросил учёбу и какое-то время работал слесарем на Воронежском паровозоремонтном заводе имени Ф.Э. Дзержинского. Сам он прекрасно понимал, что это временное для него пристанище: не будешь же сидеть на шее у родителей! Вот тогда-то у парня и созревает окончательное решение связать свою судьбу с журналистикой, литературным поприщем. И он подаёт документы в ЛИФЛИ, поступает – в ту пору это был очень престижный вуз – и успешно его оканчивает.

В тридцатые годы, как тогда говорили, на крупнейших стройках социализма, создавали свои газеты, сотрудниками которых являлись, среди прочих, известные столичные журналисты и писатели (тем самым они могли почерпнуть из реалий строек сюжеты для своих будущих повестей, романов, документальных книг). Вот и Германа Волгина, уже достаточно известного журналиста, пригласили в 1940 году сначала в газету «Москва – Донбасс», а потом в «За образцовую магистраль». Однако поработать ему в этих изданиях пришлось недолго – началась война.

Уже в первые месяцы войны Германа Александровича призывают в Действующую армию и направляют на учёбу в Ленинградское пехотное училище, где он проходит ускоренный курс обучения.

Начиналась же его ратная биография на Воронежском фронте. А окончил свой он боевой путь в Австрии. Уже после войны подполковник запаса Волгин напишет очерк «Огнём и словом. От Воронежа до Граца», в котором так или иначе предстанет всё, что пришлось ему пережить на фронте.

В послевоенную пору в послужном списке Германа Александровича появилось Центрально-Чернозёмное книжное издательство, где он работал редактором, а затем заведовал Центром научно-технической информации Воронежского совнархоза. В это время он увлёкся собиранием книжных знаков – экслибрисов и вёл обширную переписку с коллекционерами из разных уголков страны, с художниками и даже организовал две тематическое выставки из своего собрания.

Его перу принадлежит и статья «А книжный ли только этот знак?», опубликованная в «Российском экслибрисном журнале» в 2008 году. К сожалению, свою статью Герман Волгин напечатанной не увидел, так как появилась она на свет через двадцать лет после его смерти._

Герман Александрович Волгин. Фото предоставлено Фондом
«Центр духовного возрождения Чернозёмного края»

Экслибрис из собрания Г.А.Волгина.

Источник: газета «Коммуна» | №77 (26721) | Пятница, 29 сентября 2017 года

Заветное слово литературного редактора

Последние новости