Ювелирная работа журналистов

Обучение ювелирному мастерству проходит в стенах Алтайского политехнического техникума, где мастер производственного обучения Эдуард Черемисин каждую субботу учит нас премудростям этого древнего искусства. Именно искусства, не ремесла, потому что ювелирное производство, хоть и подчинено правилам и стандартам, все равно остается делом творческим.

На экспертизу

Что каждый из нас представляет себе при виде словосочетания «ювелирное изделие»? Наверняка кольца да серьги. На самом деле, изделия можно разделить на несколько категорий: личные украшения (как раз те самые кольца да браслеты), столовые приборы (серебряные ложки у вас же есть?), группа малых интерьерных форм (канделябры, статуэтки), курительные принадлежности (пепельницы, мундштуки), предметы туалета (зеркала, шкатулки), а так же письменные принадлежности.

И все это может быть изготовлено как из драгоценных металлов, так и из недрагоценных (латунь, медь и т.д.), а так же из материалов органического происхождения (янтарь, жемчуг и т.п.). Так что если у вас дома есть медная шкатулка или латунный подсвечник — это, в общем-то, тоже ювелирное изделие.

За время практических занятий журналисты должны будут собственноручно изготовить несколько украшений. И в нашем активе уже есть обручальные кольца. Кто-то из журналистов решил делать их из латуни, а некоторые рискнули сразу замахнуться на серебро, для чего принесли из дома старые украшения, которые было не жалко пустить в переплавку.

Правда, перед этим раритетные, но оставшиеся в одном экземпляре серьги, а так же старые кольца и подвески прошли экспертизу. Эдуард Николаевич, определяя металл, из которого изготовлена та или иная вещь, капал на нее азотной кислотой и следил за реакцией: начинает шипеть и зеленеть, значит, никакое это не серебро, и даже проба гарантий не дает. В итоге из кучи принесенных мною украшений проверку на подлинность выдержали лишь несколько сережек и колец.

Вот это сюрприз!

Производство изделия начинается с выплавки заготовки. Для этого в специальной чаше (тигле) мы бензиновой горелкой разогревали наши отслужившие свой срок украшения. Металл сначала менял цвет, потом форму, а потом капельками стекал в единую лужицу. Со стороны это напоминало сцену из фильма «Терминатор-2», где киборг, замерзший в жидком азоте, постепенно оттаивал и собирался воедино.

На следующем этапе серебро нужно было ловким движением перелить в чугунную изложницу, где металл и застывал, принимая форму нашей заготовки, которую называют пулей. И после этого начинается затяжной этап прокатки пули через вальцы — сначала через самый большой «ручей» и до самого маленького.

Перед этим Эдуард Черемисин долго и упорно учил нас пользоваться штангенциркулем — главным измерительным инструментом ювелира. Шкала Нониуса долго нам не давалась, и временами это было похоже на игру «Что? Где? Когда?».

— Какой толщины эта заготовка? — интересовался Эдуард Евгеньевич, после чего мы давали ответы, почему-то каждый свои.

— А теперь послушаем правильный ответ, — обобщал наставник.

Кстати, периодически во время прокатки заготовку было необходимо обжигать — так снимается напряжение металла. А после обжига ее окунали в лимонную кислоту, которая смывала остатки буры — специального порошка, который тоже необходим для защиты изделия. Если его не убрать полностью — вполне можно повредить вальцы. Стекловидная бура хоть и порошок, но по твердости не уступает инструментальной стали. И вот постепенно после нескольких прокаток и еще ряда процедур моя заготовка стала относительно напоминать кольцо.

Теперь — пайка. И тут меня ждал сюрприз, постепенно перешедший в расстройство. Края кольца никак не хотели паяться, более того, кольцо при пайке упорно хотело изменить форму. Преподаватель долго пытался это чудо-кольцо победить, но потом выдал заключение: судя по всему, в составе одного из изделий, ушедших в переплавку, были какие-то примеси, которые теперь и не дают завершить начатое дело. И исправить, увы, это нельзя.

Пришлось мне всю процедуру плавки и прокатки проходить заново — только теперь работала с латунью. В итоге при помощи Эдуарда Николаевича я получила симпатичное латунное колечко, напоминающее обручальное. На это у нас ушло три занятия. Для сравнения — сам Черемисин на одном из занятий без особых усилий и не торопясь успел сделать золотое кольцо, пока мы пыхтели над другими заготовками.

Кто-то скажет, что работу ювелира можно считать безотходной — ну не получилось у тебя что-то, переплавил металл — и заново. Но чем ближе финиш — тем страшнее что-то испортить, ведь и шансов исправить все меньше, и сроки поджимают. И вроде бы нехитрая работа, например, шлифовка требует отточенных движений, предельной концентрации. Попробовав все это проделать самостоятельно, начинаешь понимать, что по-настоящему хорошая ювелирная работа не может стоить дешево.

«Вечерний Барнаул» напоминает, что

организаторами конкурса «Журналист меняет профессию» являются:

Министерство образования и науки Алтайского края, ООО «Барнаул- Спецодежда», региональный журнал «Алтайская Стройка», при поддержке и содействии Департамента Администрации Губернатора и Правительства Алтайского края по информационной политике.

Мария Шелягина.

Фото Ярослава Махначёва