Пока крутится веретено

Этой публикацией мы начинаем тематический цикл в преддверии 80-летия образования Алтайского края. Вместе с героическими личностями заново проживем самые яркие страницы его судьбы, станем свидетелями главных событий, вспомним, как развивались все сферы жизни – производственная, социальная, культурная. А начнем с истории Барнаульского меланжевого комбината. Из всех предприятий региона, составляющих его промышленный потенциал, только БМК можно с полным основанием назвать ровесником края.

Идеи и практика

Известно, что промышленную мощь Алтайский край приобрел вместе с эвакуированными во время Великой Отечественной войны заводами. БМК – единственный «абориген», самый крупный в Сибири. Гигант, построенный еще в 30-е, закрывал нужды огромной территории от Урала до Дальнего Востока в мануфактуре. Чтобы одеть армию страны, нужны были миллионы погонных метров ткани, и по решению партии начали строить комбинат. Место строительства – Барнаул – определила ветка Турксиба, по которой доставлялся из Средней Азии хлопок. Параллельно на соседней площадке на улице Кулагина приступили к возведению ТЭЦ-1, первой теплоцентрали Барнаула, для энергоснабжения производственных мощностей БМК. В 1934-м меланжисты выдали первую партию тканей, но до окончания строительства было еще далеко. Вместе с корпусами цехов возводился социальный городок – общежития, жилье для инженеров, клуб, детский сад, санчасть. По сути, проект БМК – это первая попытка реализации идеологии кластерного подхода, позволяющего гармонично развивать инфраструктуру производственную и социальную, к которой архитекторы пришли в полной мере уже в наше время.

К концу 30-х в состав комбината, работающего полным циклом – от приемки хлопка до выпуска готовой ткани, входили прядильное, ткацкое и отделочное производства. История предприятия изучена хорошо, белых пятен в ней нет. И все исследователи связывают ее с первым директором Максимом Голдьбергом, репрессированным и расстрелянным в 1937 году.

В Барнаул Максима Ефимовича перевели в 1932-м с должности директора Иваново-Вознесенского меланжевого комбината. Так молодым, 32-летним, человеком он возглавил крупнейшую в Сибири стройку. Семья Гольдберг поселилась в доме для руководителей и инженеров БМК на ул. Сизова, 26. Позже к много-
этажке, переоборудованной под общежитие, прилепилось нелепое название «Бомбей». И лишь год назад на доме в рамках проекта «Последний адрес» появилась памятная табличка – свидетельство того, что там жил Максим Гольдберг.

На фото, хранящемся в экспозиции ГААК, он снят 35-летним, но уже облысевшим и с потухшими, усталыми глазами. Стройка шла, мягко говоря,  нелегко. Как свидетельствует известный краевед Василий Гришаев в книге «Реабилитированы посмертно», в проекте, сотворенном на скорую руку «по велению партии», было полно ошибок, логистических и технологических. Авралы и коммунистические субботники не спасали от непрофессионализма, нехватки кадров и опыта в возведении таких объектов.

«Стрелочники»

За пять лет строительства БМК сменилось шесть главных инженеров и пять прорабов. Частые переделки монтажа коммуникаций и оборудования удорожали проект. 6 августа 1934 года с трудом, но включили первые прядильные машины и ткацкие станки. Эта дата стала днем рождения комбината.

Прядильщицы и ткачихи, в основном выходцы из села, поначалу не справлялись с новым оборудованием. Учились на ходу, естественно, давали брак, вызывая нарекания госприемки. Плюс перебои с электроснабжением. Текстильщики знают: каждый перезапуск машины приводит к обрыву нитей, а ткань из пряжи с узелками и непропрядами получается низкого качества. На проектную мощность первой очереди в 30,2 млн метров тканей в год в 1937-м комбинат, как было запланировано, так и не вышел. Правительственная комиссия, приехавшая в Барнаул принимать предприятие, признала его неготовым к вводу в строй и назначила «стрелочника» – молодого директора.

Но судили Гольдберга не как хозяйственника, а как организатора диверсионной группы, в которую якобы вошли инженеры и технологи БМК. В вину им вменялись срыв сроков ввода БМК и покушение на секретаря Западно-Сибирского крайкома ВКП(б) известного «чистильщика» партийного аппарата Роберта Эйхе. Передовицы «Советской Сибири» и «Красного Алтая» запестрели «разоблачительными» статьями.

12 марта 1937 года арестованного Гольдберга этапировали в Новосибирск, а 30 октября по решению Военной коллегии Верховного суда СССР расстреляли.

По тому же «меланжевому делу» репрессировали начальника «Текстильстроя» Леонтьева, начальника отдела капитальных работ Буторова, начальника сметного отдела Дородного, директора ткацкой фабрики Резникова, секретаря парткома БМК Флорена, помощника директора Лутохина, директора учебного комбината Соловьева, старшего бухгалтера ТЭЦ Подобедова, заведующего вентиляционно-отопительным цехом Балакина, инженера прядильной фабрики Власова, нормировщика Мастерова, экономиста Ноговицына, инженера-электрика Струкова, сметчика Шостко, директора парка культуры и отдыха БМК Розанова.

Известный российский историк Юрий Жуков так писал об этих событиях: «Волюнтаристский стиль работы Эйхе, наглядно демонстрировавшего свою предельную некомпетентность, вызвал резкий открытый протест большой группы ответственных работников Сибири. Однако именно они, а не Роберт Индрикович были сняты со своих должностей». За 1937 год «тройка» ОГПУ Западной Сибири, в которую входил Эйхе, осудила 16 553 человека, 4762 из них были расстреляны. Любопытно, что в апреле 1938 года по обвинению в создании латышской фашистской организации был арестован и расстрелян сам Эйхе. Мучитель и мученики были реабилитированы позже одной группой посмертно.

Две Веры

Первую очередь БМК пустили в строй лишь в 1940 году, вторую не успели. С началом Великой Отечественной войны в цехах, прежде проектируемых под монтаж текстильного оборудования, разместили один из эвакуированных заводов. Комбинат переориентировали на нужды армии. С 1941 по 1945 год меланжисты выпустили 137 млн метров ткани, 5 млн метров стерлинг-шлангов, 40 млн метров парашютной лямки и тесьмы. Здесь производили искусственный мех для пошива шапок и гильзы для снарядов. С текстильщиков началось движение двухсотников, выполнявших норму выработки на 200%, работавших под девизом «Работать не только за себя, но и за товарища, ушедшего на фронт». Всем известно имя меланжистки Веры Кащеевой, Героя Советского Союза. Она приехала на БМК по комсомольскому набору 1937 года из Петровки Троицкого района. Работала и училась на вечерних курсах медсестер. С началом войны ушла на фронт. Воевала в одной из сибирских дивизий 62-й армии генерала Чуйкова. Участвовала в боях за Сталинград и операции по форсированию Днепра, дошла до Берлина. Пережив войну,  погибла в автокатастрофе вместе с маленьким внуком 20 мая 1975 года. Похоронена в Апшеронске. Ее имя присвоено улице в краевой столице.

На меланжевом комбинате в 1960 году работала и другая знаменитая Вера – Алентова, звезда фильмов «Москва слезам не верит» и «Зависть богов». В Барнаул она приехала вместе с мамойактрисой и втайне от нее, окончив школу, поступила в барнаульский драмтеатр. Дома разразился скандал. Веру поддержал отчим, и будущая знаменитость, отработав год на БМК, отправилась покорять столицу, как и ее героиня в фильме «Москва слезам не верит» Катя Тихомирова.

В 80-е мне повезло с группой одноклассниц проходить на БМК обязательную в те годы производственную практику. Каждой из девятиклассниц доверили огромную машину, 312 бешено крутящихся веретен! Мастера профобучения создали вокруг профессии такую романтическую ауру, что многие из нашей группы после выпускного подали документы в текстильный институт.

Рядом с нами тогда еще работали орденоносцы, такие как прядильщица Мария Лазакович и поммастера Иван Черных. Увы, осознание того, что это были настоящие герои,  пришло гораздо позже. Но это уже совсем другая история – предприятия, столицы края и моей юности тоже. На память о ней храню дома почетную грамоту за подписью начальника прядильного цеха, красивый керамический набор с гравировкой «Участнице конкурса «А ну-ка, девушки!» и фото моей вьетнамской подружки, сделанное в 1985 году, с простецкой подписью на обороте: «Тебе – от Май Тхи Зунг». В 80-х на комбинате работало много вьетнамских девушек. Жили они в том самом «Бомбее» на ул. Сизова, откуда в 1937 году увозили на расстрел первого директора БМК Максима Гольдберга…

При поддержке сотрудников Государственного архива Алтайского края

ФАКТ
В начале XXI века в составе основных производств ордена Трудового Красного Знамени Барнаульский меланжевый комбинат стал крупнейшим поставщиком тканей и обмундирования для Минобороны, доля БМК в общем заказе силового ведомства – 70%.