Мне бы в небо

В гости к Роману ЛЕБЕДЕВУ, ветерану десантных войск, мы напросились спустя несколько дней после его 80-летия.

— Парашютным прыжком юбилей не отметили? — шутим, увидев в дверях подтянутого мужчину в бело-голубой тельняшке.

— Дак низко, — поддерживая шутку, кивает он на окно, — третий этаж. Тут и без парашюта можно.

Дважды рождённый

— Это перед ребятами выступаю, — раскладывает фотографии Роман Маркелович. — Я в совете Союза десантников Нижнего Новгорода уже 16 лет. В прошлом году более 40 школ, колледжей посетили. Десантниками многие стать хотят…

— А вы сами-то как в десантные войска попали?

— Случайно. Я же деревенский. Нас тогда из района 10 человек отобрали, год готовили в подводники. Каждый квартал в Дзержинск возили на перекомиссию. На центрифуге крутили, кровь брали — полный «техосмотр». Из Ленинграда покупатель приезжал, возил на подлодку, показывал, где будем служить.

— Основательный подход.

— К армии тогда готовили. А приехали на сборный пункт в Дзержинск, оказалось, покупатель задерживается. Ну, я у старшего и отпросился на два часа — с братом повидаться. Только уехал, покупатель явился, забрал друзей моих и увёз. А я остался. Когда вернулся, в коридоре встретился мне десантник — тоже за призывниками приехал. Слово за слово… Взял он меня. Уже потом понял: судьба это была. Погибли мои ребята — затонула их подводная лодка. Подорвалась на мине. А я, получается, дважды родился.

Сотня от Маргелова

Вот тебе и случайность. А вслед за ней — ещё одна, тоже счастьем обернувшаяся. Не дождалась десантника невеста. Приехал он в отпуск, увидел на улице симпатичную незнакомую девушку. Оказалось, у его вчерашней возлюбленной роды приехала принимать.

— Познакомились, — рассказывает Лебедев, показывая на старый снимок. — И вот уже 57 лет мы с Ниной вместе, — улыбается: — Съездил в отпуск.

— Как вас — подводника — небо встретило?

— Лебедь, он и есть лебедь, — смеётся. — Моей стихией оказалось. В первый год полковую школу с отличием окончил. На второй меня избрали секретарём комсомольской организации. Занимался воспитанием молодёжи. Потом назначили старшиной роты. Приказ о моём назначении направили подписывать в Псков, к командиру дивизии. Там я и повидался с легендарным генералом Маргеловым.

— Познакомились?

— Знакомство раньше состоялось — на стрельбище, после окончания курса молодого бойца. Я отстрелял на отлично, и Василий Филиппович наградил меня денежной премией — 100 рублей. Деньги по тем временам хорошие. Но не в сумме дело. Поощрение от самого Маргелова! Батей его звали. Простым был. Приезжает с проверкой в часть — не в штаб идёт, а прямиком к бойцам на тренировку. Снимет портупею, бросит небрежно и на турник — «солнце» наравне со всеми крутить. Авторитет у него был запредельный. Вот, кстати, на фото я с его сыном — Александром Васильевичем, тоже знаменитым десантником, Героем России.

Весточка через 70 лет

После армии устроился он на работу в Линде, в воинскую часть, поступил в техникум в Горьком. Потом с женой и вовсе сюда перебрались. По блату попал на ГАЗ (иначе невозможно было, а у тёщи подруга уборщицей (!) на заводе работала, поспособствовала), в литейку. 30 лет в горячих цехах отработал. Ушёл, когда инфаркт получил, — Лебедеву ещё и пятидесяти не было.

— Да, работёнка там не из лёгких.

— Не в этом даже дело. У нас электропечь взорвалась, 30 тонн жидкого металла выплеснулось, и троих рабочих залило — сгорели до костей. Мне поручили похоронами заниматься. Приду в семью, а там дети малые — за штаны дёргают: папа, папа, — говорит, а в глазах и сейчас слёзы. — Так в больницу и загремел. Там — второй инфаркт. А третий — когда дом в деревне с женой поднимали. Помешал мне на перезахоронение отца поехать.

— Отец-то где лежит?

— Под Ленинградом. Быстро их там разбили, — вздыхает. — В 43-м погиб. Пропал без вести. Только через 70 лет нашли останки — жители пошли в лес и наткнулись на провалище. Сообщили поисковикам, те и обнаружили захоронение 12 солдат. У трёх сохранились медальоны, в том числе у нашего отца. Только спустя три года после перезахоронения мы с женой туда съездили.

Первый прыжок

— Роман Маркелович, а десантник — это действительно навсегда?

— Навсегда! 59-й год идёт после демобилизации, а мне до сих пор порой снится: первый прыжок, массовые. У меня по три прыжка на лес, на населённый пункт, на воду и на точку приземления с высоты 1500 метров.

— Что ещё снится?

— В десантный ранец — не рюкзак, как сейчас — нагрузят до 20 килограммов и устраивают марш-бросок километров на 10, 25 по полной боевой программе. Рассказываю ребятам — у них глаза округляются. А мы так служили.

Я в Богородске в 65 лет с парашютом прыгал. Ощущения — как в молодости. Словно орёл паришь над землёй…

Уже провожая, Лебедев просит:

— Вы там напишите: может, из однополчан моих кто откликнется? Место службы: Эстонская ССР, город Валга, 97-й гвардейский парашютно-десантный полк. Вот в деревне Федосеево Семёновского района жил Фокей Иванович Санников. Вдруг увидит он или родственники. Жив ли?..

P. S. Телефон Романа Маркеловича Лебедева есть в редакции.