Мигранты и аборигены

В Послании Народному Собранию РД Глава Дагестана Рамазан Абдулатипов подчеркнул, что в ближайшие 10 лет в города Дагестана переселится более одного миллиона человек и, чтобы их обустроить, придется построить примерно 20 млн квадратных метров жилья. Хорошо это или плохо? И можно ли остановить миграционный процесс в принципе? Однозначного ответа на эти вопросы нет. В формате диалога тему обсудили журналисты «Дагестанской правды» Гази Гасайниев и Арсен Моллаев.

 

Гази Гасайниев: – Часто повторяют: хорошо там, где нас нет. И многие искренне верят, что «где-то там» хорошо. Вот и мечутся в поисках лучшей доли, переезжая с гор на равнину, из одного города в другой, из одного государства в другое, с континента на континент. Так было всегда, можно полагать, так будет и впредь.

Арсен Моллаев: – Если все хорошо, то ты никуда и не будет переезжать. В Россию представители других стран приезжают миллионами, и уже сами россияне толпами бегут из страны – около 100 тысяч ежегодно.

Г.Г.: – Не думаю, что слово «бегут» здесь подходит. Да, выезжают – кто на учебу, кто на работу, кто на отдых. И на жительство – тоже. Часть их возвращается. Думаешь, в других государствах не так? Вот наткнулся недавно на такие любопытные цифры. Из Германии каждый год в среднем выезжает 150 тысяч граждан этой страны. А ведь численность населения Германии чуть ли не вдвое меньше российского. Ежегодно из США выезжает от 180 до 240 тысяч человек. Даже из крошечной Финляндии – несколько тысяч. А что, и там плохо? Повторяю, такова мировая тенденция, и повода печалиться не вижу.

А.М.: – Ну, да, только за минувший год в Германию въехало чуть ли не 2 миллиона беженцев. И это не повод печалиться? Я думаю, не скитаться нужно, как перекати-поле, а обустраивать свою жизнь там, где живешь. Никто ведь не приедет наводить за тебя в твоем доме порядок. Вот о чем речь!

Г.Г.: – Не только об этом. И о том еще, что сносная жизнь существует только в крупных городах. Тут тебе и работа, и более-менее приличные условия жизни, тут и культурная среда. А что делать в горном селе? Долгими зимними вечерами на годекане камни греть? Вот ты сам живешь в Махачкале, почему в таком же праве отказываешь другим?

А.М.: – Да я не отказываю! По закону каждый волен выбирать себе место жительства. Помнишь поговорку: где родился, там и пригодился? Я вовсе не считаю, что человек, родившийся в ауле, не может оттуда выехать в поисках лучшей жизни. Может и должен, хотя бы ради познания мира. Но, покидая свое гнездо, он не должен нести в чужой дом самые некрасивые личные повадки, к которым привык у себя дома и правила поведения. Родился ты на Ближнем Востоке, вот и живи там, благоустраивай свой край, благо, есть хорошие примеры. Не нравится среда – езжай в Европу, но веди себя там как европеец, цивилизованный человек. Все ругают Америку, которая является по большому счету страной эмигрантов, приехавших со всех концов света, но никто не привозит с собой дикие обычаи и привычки. И у нас плохие привычки, приехав в город, нужно забывать! Не надо быть тем самым «спустившимися с гор», вести себя по-хамски.

Г.Г.: – Хам – он и в Африке хам, тут ни национальность, ни место жительства никакой роли не играют. А нам самим они нравятся? Нарушитель порядка должен быть наказан независимо от того, чей он сын, какого цвета у него волосы, и независимо от того, сколько у него денег. Пока же этого нет. Почему из-за кучки недоумков должны страдать все?

А.М.: – В том то и дело, что мигранты приносят дополнительные неудобства, плохо становится всем. Из того миллиона дагестанцев, о которых говорит Глава республики, наверняка больше половины приедет в Махачкалу. Уже сегодня столица задыхается в пробках, не хватает мест в детских садах, школах. Инфраструктура наших городов не рассчитана на удвоение, утроение населения. А если население Махачкалы увеличится еще на полмиллиона, представляешь, что тут будет?

Г.Г.: – Представляю, но не драматизирую. Вот потому в своем Послании Рамазан Абдулатипов говорит о том, что к этим процессам нужно заранее готовиться.

А.М.: – Безусловно, но это большая и ответственная задача для руководства города. Проезжая часть улиц расширена до предела. Тротуаров не осталось. Трубы отработали свой срок, прохудились… Вот и возвращаемся к разговору о том, что необходимо привести в соответствие с нормами современной жизни сельский быт, построить в районах консервные заводы, мясо-молочные фермы, развивать какую-то промышленность. Кстати, чем будут заниматься в Махачкале сотни тысяч сельских жителей, в одночасье ставших горожанами? И здесь нужны рабочие места на заводах, фабриках, в культурных учреждениях, организациях. Куда они пойдут? Правильно, на рынок. А какая от этого польза обществу?

Г.Г.: – Выход есть всегда. Помню, каких трудов стоила 30 лет назад поездка из Махачкалы в Каспийск. Вот запустили между этими городами и автобусный, и троллейбусные маршруты, без устали снуют маршрутные такси. Да и чуть ли не каждый человек имеет свою машину. Какая проблема сейчас поехать в Каспийск? Точно так же будут решены и остальные проблемы. Может, не так быстро, как нам хотелось бы, но повторяю: не вижу повода драматизировать ситуацию.

А.М.: – В городе нет места, где можно школу построить, детсад. Вся социальная инфраструктура не поспевает за ростом населения. Тут троллейбусы не помогут. Тут бульдозер нужен.

Г.Г.: – Уверен, и тут можно найти выход. К примеру, много строят в Махачкале, Каспийске (да и в других городах тоже) многоэтажных домов. Администрация муниципалитета, выделяя землю под такие застройки, могла бы поставить условие: первые два этажа мы забираем, к примеру, под детский сад. Разве это не выход?

А.М.: – Детсад куда ни шло, а школу? Ее в жилом доме трудно представить – нужны не только классные помещения, но и большой двор, спортплощадка, стадион…

Г.Г.: – Да, и эта проблема решается легко. Тем же бульдозером, о котором ты только что говорил – незаконных построек у нас хоть отбавляй. Поэтому бесполезно пытаться остановить миграционные процессы, к ним можно лишь готовиться.

А.М.: – Все же не понимаю: зачем нужно куда-то переезжать? У нас что, нет мозгов подумать, что и как нужно сделать на месте? Зачем бросать все, уезжать куда-то за призрачным счастьем? Но я бываю горд, когда слышу, что тот или иной дагестанец с честью представляет мою родину в остальной части России. Недавно газета «Мещерская сторона» сообщила, что в ДТП в Рязанской области погиб 70-летний главный врач районной больницы, заслуженный врач РФ Баласи Махмудович Исаев и что не только коллектив медицинского учреждения, но и жители всего района ошеломлены потерей и крайне огорчены случившимся. У меня аж слезы навернулись...

Г.Г.: – Да, сотни тысяч дагестанцев живут за пределами республики и даже страны. И они – не самые худшие из нас. Судьба так распорядилась. Распорядится иначе – они вернутся. И уже есть немало примеров, когда наши соотечественники возвращаются, оставляют обустроенную жизнь и начинают все с нуля.

А.М.: – Вот-вот, и я о том же. Зачем нужно было столько лет жить на чужбине, если в конце концов приходится возвращаться? Это ведь даром потраченные годы! Почему бы не попытаться устроить свою жизнь по примеру благополучных стран? Тут даже ничей пример не нужен. Общечеловеческие ценности – одни и те же во всем мире. Следуй им, живи по совести, работай, расти детей. Сделай так, чтобы хорошо было там, где ты есть.

Г.Г.: – Не всякий труд кормит. Вот в развитых странах 5 или, в крайнем случае, 10 процентов сельского населения кормит всех остальных, соответственно и зарабатывают при этом неплохо. А у нас? Одну свою семью не прокормишь, если не будешь на заработки выезжать. А ты хочешь привязать крестьянина к сохе…

А.М.: – Не этого я хочу. Хочу, чтобы государство помогло и нашему крестьянину кормить 80-90 процентов своих сограждан. Если люди уезжают – это ведь сигнал власти, что она что-то делает не так. Надеюсь, чиновники наконец поймут это. Вот и Глава республики все время говорит о том, что нельзя бездумно покидать свои родовые гнезда, нужно обустраивать свой быт. Многие трудолюбивые горцы так и сделали. Их дома ничем не отличаются от городских, для себя они создали все удобства. Почему если одни смогли, не могут другие?

Г.Г.: – Никто тебе на блюдечке ничего не преподнесет. Всего должен добиваться сам. Не удается здесь – попробуй в другом месте, с другими людьми, поменяй профессию. Жизнь – она ведь в движении…

А.М.: – В движении… Будучи коренным жителем Махачкалы, я не узнаю свой город. «Где эта улица, где этот дом?». Где мои друзья детства, где товарищи по школе? С вузом понятно, однокурсники или вернулись в села, или уехали в Москву, в Европу, в Америку. Я не уехал, потому что не хотел быть там чужим, не хотел чувствовать на себе косые взгляды местных жителей, помня о том негативе, который сложился в моем представлении о мигрантах.

P.S. Кажется, подобная ситуация складывается во всем мире. Сельские жители едут в Махачкалу, махачкалинцы – в Москву, москвичи – в Европу, в США. Интересно, куда едут европейцы и американцы?