АРС-ПРЕСС

Однажды в кафе московской гостиницы "Академическая" за одним столиком случайным образом собрались четверо командированных из различных институтов АН СССР (дело было в 1989 году). В ожидании официанта разговорились, и выяснилось, что у всех четверых есть один общий знакомый – Яков Горелик, в то время научный сотрудник Института проблем освоения Севера СО АН СССР.

А случайные собеседники приехали в Москву из Томска, Тюмени (я), Новосибирска и Норильска. Слушал их рассказы о человеке, с которым на тот момент был знаком 15 лет, и удивлялся: да неужели это все о нем? Как получилось, что столь талантливый и широко образованный человек выбрал для своего проживания наш город?

Итак, знакомьтесь:

Яков Борисович ГОРЕЛИК – кандидат физико-математи- ческих наук и доктор геолого- минералогических наук. В 2001 году защитил докторскую диссертацию по теме: "Физика криогенных процессов в литосфере". Заведующий лабораторией Института криосферы Земли СО РАН. Обладатель поощрительных наград СО РАН и губернатора Тюменской области. Имеет сертификат эксперта РАН.

Недавно состоялась наша очередная встреча.

– Яков, расскажите о себе, с чего все началось?

– Моя родина – небольшой городок на Дальнем Востоке. Это край удивительной красоты, где среди невысоких сопок течет множество прозрачных речек с каменистым дном. Отец – военный, мама – из служащих. С детства увлекался физикой. Она тогда была в большой моде – помнишь: что-то лирики в загоне, что-то физики в почете. Космос, атомная энергия, академгородки – это все про физиков.

Когда в 1966 году я приехал в Томск поступать в университет, на физическом факультете был конкурс 15 человек на место. Мне повезло. Будучи студентом, стал заниматься теоретической физикой. Тема моей курсовой, затем дипломной работ стала темой кандидатской диссертации и относилась к исследованию устойчивости кристаллических тел методами статистической физики. А лед – большая часть мерзлоты – как раз и есть кристаллическое тело.

– Получается, что тема, выбранная тобой в студенчестве, лежит в основе твоей теперешней работы?

– Получается, что так! – Яков улыбнулся и достал из тумбочки небольшую пачку бумаг с машинописным текстом. – Вот она, моя дипломная работа! Научный руководитель – доктор физико- математических наук Эдуард Абрамович Аринштейн.

– В Томске много научных учреждений, великолепный Академгородок, а ты взял да приехал в Тюмень. Как так получилось?

– В Тюмени открылся тогда новый университет. Руководитель моей кандидатской работы профессор Аринштейн переехал на работу в Тюмень, и мне пришлось ехать за ним. Работая в новом университете, защитил диссертацию, потом родились дети – а жил я в той же комнате в общежитии, которую получил аспирантом. Жилищный вопрос стал причиной моего перехода на работу в крупный проектный институт Гипротюменнефтегаз (в Тюмени начинался бум нефти и газа, который “тащил” за собой мерзлоту), оттуда – во вновь созданный Институт проблем освоения Севера СО АН СССР (академик В.П. Мельников создавал здесь академическую структуру, привлекая местные кадры. Я был среди немногих – опять повезло!).

В Гипротюменьнефтегазе я впервые познакомился с мерзлотой. До этого она была для меня (как для физика) просто замерзшей грязью и все.

С тех пор прошло много лет, прочитано огромное количество литературы, выполнено значительное число исследований.

Мерзлота оказалась чрезвычайно интересным объектом исследования. Геологическая история ее формирования, строение мерзлой толщи, непрерывно протекающие и связанные с ней природные процессы – все это удивительный феномен, который отражается в местных ландшафтах и существенно влияет на хозяйственную деятельность.

При исследовании мерзлых толщ многое вызывает изумление (и даже оторопь!) исследователей: это и многометровые толщи чистого льда, которые погружены в минеральные отложения; это и вырастающие из земли с огромной (в геологическом масштабе) скоростью гигантские бугры, и громкие звуки трескающейся земли при сильных морозах; и “шахматная доска” поверхностных полигонов, образованных ледяными стенками; и высокие силовые воздействия на инженерные сооружения, которые развиваются при определенных условиях и способны в бараний рог скрутить многотонные металлические конструкции, и еще многое другое. В большой степени все эти удивительные явления связаны с некоторыми (не менее удивительными) свойствами воды и льда. Одно из них заключается в том, что мерзлый грунт практически всегда является не вполне таковым, но содержит определенное количество жидкой воды, которая способна течь под действием перепада не только давления, но и температуры. Другая (главная) компонента мерзлого грунта – лед, как это не покажется странным, тоже способна перемещаться между минеральными частицами грунта под действием тех же сил. Эти свойства воды и льда могут объяснить многие из наблюдаемых явлений в мерзлых толщах. Одна из моих публикаций вышла в научно-популярном журнале «Природа» в 2001 году, где я отдал должное восхищению этим феноменом.

Это лирическое отступление, панегирик мерзлоте, я слушал, открыв рот: да, Горелик – поэт мерзлоты, так сказать, физик-лирик!

– Выходит, в Тюмени ты оказался почти случайно? Но со временем став одним из авторитетов в этой отрасли науки, ты бы мог перебраться в другой, более благополучный, чем Тюмень, регион – я имею в виду не только Россию, но и другие страны, куда тебя приглашали?

– Здесь у меня родились дети, любимая и очень интересная работа. Здесь же значительное поле практического применения моих исследований. Правительство области, выделяя гранты, финансирует мои исследования.

И еще: я большой любитель природы и заядлый рыбак. Тюменские просторы меня привлекают своей красотой и обилием рыбных мест. Если в отпуске я не сольюсь с местной природой, то, считай, и не отдохнул. А скорее всего, – улыбнулся Яков, – я просто домосед, не тянет меня к перемене мест.

Юрий ХОЗЯИНОВ /фото автора/

Его позвала мерзлота

Последние новости