Зеленые легкие страны серьезно больны!

В Красноярске в последний раз был в 2015 году. 22 апреля, в день 55-летия целлюлозно-бумажного комбината, здесь собрались многие ветераны. Тогда я вспоминал, как мне, молодому инженеру, повезло участвовать в монтаже оборудования и пуске.

Мой труд на ЦБК оценили, за освоение мощностей и внедрение новых технологий я получил ордена "Знак Почёта", Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции.

Все знают, что Сибирь и Дальний Восток - самые лесные регионы не только в России, но и в мире. Учитывая это, в СССР было принято решение о создании здесь предприятий глубокой переработки древесины, в частности целлюлозно-бумажных. Ещё очень важно помнить, что древесина (лес) - восстанавливаемое сырьё, в отличие от нефти и газа, которые скоро будут исчерпаны.

Кроме предприятий было предусмотрено открытие новых факультетов в высших учебных заведениях для подготовки специалистов. К примеру, в Красноярском технологическом институте, который сейчас дышит на ладан из-за ликвидации многих ЦБК.

С 1959 по 1980 год был открыт целый ряд предприятий: Красноярский (Енисейский) ЦБК, Байкальский ЦБК, Братский ЛПК, Амурский ЦКК, Селенгинский ЦКК и Усть-Илимский ЛПК. Это послужило толчком для развития Красноярского края, Иркутской области, Хабаровского края, Бурятии.

К сожалению, на сегодняшний день прекратили своё существование Красноярский ЦБК, Байкальский ЦБК и Амурский ЦКК. В своё время собирались закрыть и Селенгинский ЦКК, но коллектив предприятия и администрация Бурятии отстояли комбинат.

День 22 апреля 2015 года стал для нашего ЦБК не только датой 55-летнего юбилея, но и датой его кончины. Многие участники празднования не могли сдержать слёз. На комбинате прошла вся их жизнь, за время его работы здесь образовались целые династии. Трудились родители, их дети, внуки - и все оказались на улице.

Я знаю, что в последние годы в Красноярске прекратили существование и другие крупные промышленные предприятия: шинный завод, практически не работает завод синтетического каучука, закрыты завод искусственного волокна, кораблестроительный завод имени Побежимова, шёлковый комбинат, завод медпрепаратов, перепрофилирован и еле жив комбайновый завод и так далее.

Взамен не построено ничего! И так во многих городах страны. А как же люди? Часть молодых инициативных сотрудников организовала свой бизнес, а остальные, чтобы выжить, подались в торговлю. Торгует вся страна, которая превратилась в один большой базар!

В моей родной целлюлозно-бумажной промышленности последнее предприятие по глубокой переработке древесины было открыто в 1980 году - Усть-Илимский ЛПК. С тех пор, за 36 лет, в самой лесной державе мира не введено в строй ни одного целлюлозно-бумажного комбината. Это парадокс!

Когда грянул гром - резко упала цена на нефть, почти все поняли наконец, что без развитой промышленности и сельского хозяйства страна нормально существовать не может. А в связи с введёнными санкциями остро встал вопрос об импортозамещении.

В 2012 году президент В. В. Путин поставил перед правительством задачу - до 2018 года модернизировать 25 миллионов рабочих мест. И что? Осталось всего два года, но до сих пор не решены даже организационные вопросы. Задание президента практически провалено!

Хотелось бы напомнить нашему правительству об опыте Финляндии, где за счёт предприятий целлюлозно-бумажной промышленности формируется около 25 процентов бюджета. Аналогичная ситуация - в Канаде. Развита ЦБП также в Швеции, Японии, Германии, США и других странах.

Бурно развивается целлюлозно-бумажное производство в Китае. Только за последние годы здесь введены в строй несколько суперсовременных ЦБК, хотя леса в стране немного. Они закупают его у нас, часто - у браконьеров и за копейки.

В лесорубы переквалифицировались вчерашние работники наших уничтоженных предприятий. Чтобы выжить, люди заготавливают и продают лес в Китай по бросовой цене.

Руководители государства уже многие годы твердят, что круглый лес нельзя продавать за рубеж - нужна его глубокая переработка. А что они для этого сделали? Да ничего!

Между тем лесные богатства страны стремительно тают. Пожары уничтожают миллионы гектаров леса, незаконные вырубки завершают дело. Зелёные лёгкие страны серьёзно больны.

Кто-то хорошо пролоббировал новый Лесной кодекс в том виде, в котором он был принят. А ведь сколько было толковых замечаний специалистов лесной отрасли, сколько коллективных обращений к правительству! Все они остались безответными.

В результате сначала уничтожили пожарную лесную авиацию, затем сократили лесников. Сейчас на одного лесника приходятся тысячи гектаров леса - и как же ему за всем уследить?

Вот и горим каждый год, погибают миллионы кубометров. Этой утраченной древесиной можно было бы обеспечить многие предприятия: ЦБК, домостроительные комбинаты, мебельные фабрики и так далее. Глядишь, Сибирь начала бы развиваться. Я уже не говорю об огромных затратах на ликвидацию лесных пожаров и на компенсации за сгоревшее жильё.

Должен констатировать: наше правительство преступно халатно относится к богатству страны! Думаю, высокие руководители не читали роман Л. Леонова "Русский лес". А надо бы!