АРС-ПРЕСС

На рубеже не стреляют, но каждый день здесь начеку
Как-то в редакции раздался телефонный звонок жителя Краснодара — давнего подписчика «Вольной Кубани». Суть весьма продолжительного разговора такова: дескать, хорошо, что казаки проводят парады, поминовения, а чем они еще занимаются? В принципе вопрос оправданный. Когда занимаешься каким-либо направлением, кажется, что все знают о различных видах деятельности Кубанского войска. Поэтому мы решили подробнее рассказать о различных видах государственной службы, которые несут казаки. Начнем с охраны государственной границы.
Следуя заветам
Казаки Кубанского войска с пограничниками дежурят на нескольких погранзаставах. Планируя поездку, вспомнил слова признательности войскового атамана Николая Долуды, высказанные в адрес щербиновских казаков. Это единственное РКО, казаки которого не прекращали нести службу на границе, не получая за это ни копейки.

Думаю, имеет смысл пояснить, о чем идет речь. Казаки действительно получают деньги за несение службы на границе по соглашению между ККВ и пограничным управлением ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Деньги, прямо скажем, небольшие — 370 рублей за четыре часа дежурства. Причем помогают пограничникам казаки-дружинники в любую погоду — и в жару, и в холод. Подавляющее большинство из нас за такие смешные деньги одно место от дивана вряд ли оторвут. В начале года в краевой казне средств не хватало, поэтому было решено урезать финансирование некоторых краевых программ. Под временный секвестр попало и жалованье казаков дежуривших на границе. Все районные общества, за исключением Щербиновского, решили не выставлять казаков на охрану государственной границы.

— Когда на расширенном правлении стали обсуждать вопрос о дальнейшем несении дежурства на границе, атаманы Шабельского и Ейско-Укрепленского хуторских обществ Леонид Емельянов и Александр Голенко предложили не сворачивать эту работу, — рассказал первый заместитель атамана Щербиновского РКО Александр Сергиенко. — У нас налажено тесное взаимодействие с пограничниками, переросшее в дружбу. А друзей у казаков бросать не принято.

Забегая вперед, приведу разговор с одним из казаков, заступивших в минувшую пятницу на дежурство.

— Я казак по рождению и для меня честь охранять границу так, как это делали наши предки, — кратко, но емко высказался старший урядник, председатель суда казачьей чести Шабельского ХКО Григорий Гоменюк.

Ни добавить ни убавить — все в точку. Чувствуется, что до сих пор в казачьем сознании живет наказ Екатерины II, изложенный в Жалованной грамоте: «Войску Черноморскому подлежит бдение и стража пограничная…».
На заставе
Так получилось, что добрались до заставы несколько раньше обговоренного срока, начальник погранзаставы — начальник отделения, так правильно называется эта должность, капитан Богдан Бегларян прибыл с совещания в Ейске ровно через пять минут после нашего прибытия. В этот раз на дежурство заступило два казака: Григорий Гоменюк, о котором шла речь выше, и атаман Шабельского ХКО Леонид Емельянов. Представившись, как положено, спросили, что можно снимать фотокорреспонденту «Вольной Кубани» Савве Юдину, а что нельзя.

— Разберемся, но для начала можно взглянуть на ваши документы, — вежливо, но настойчиво промолвил начальник отделения. — Служба есть служба.

Несколько штрихов к портрету Богдана Бегларяна. После окончания Калининградского пограничного института служил на контрольно-пропускном пункте порта Кавказ. Затем охранял границу на Ясенской заставе. После объединения двух застав — Ясенской и Должанской служил в Ейске. С 24 декабря 2015 года служит на заставе Шабельской.

На погранзаставе раньше бывать не доводилось, поэтому разглядывали все с любопытством чуть ли не школьника, попавшего на экскурсию. Первое, что бросилось в глаза — идеальная чистота и порядок. Чуть подняв голову, увидел вращающуюся антенну радиолокатора.

— Это пост технического наблюдения, — пояснил Богдан Валерьевич. — Контроль водной поверхности осуществляется круглосуточно. Некоторые пассажирские и грузовые суда осуществляют движение из портов иностранных государств. Согласно законодательству РФ судам, следующим от линии государственной границы до захода в порты России, запрещено останавливаться без крайней необходимости, спускать с борта и принимать на борт плавсредства, людей.

Предосторожность явно не лишняя, поскольку в 60 километрах украинская территория, где идут военные действия. Как вспоминают казаки, когда на противоположном берегу шли боевые действия, в Шабельском стекла дрожали от орудийных выстрелов и залпов установок «Град» и «Ураган», а от взрывов ракет «Точка У» ощутимо вздрагивали дома. Зная подлую сущность бандеровских недобитков и стремление киевского режима к совершению терактов на нашей земле, нельзя допустить высадки диверсантов. Пусть поблизости нет крупных населенных пунктов, но люди, которым поставлена задача — пролить кровь россиян, могут просочиться вглубь и там вершить свое черное дело. Тем более до ейского порта не так уж и далеко.

Пограничный режим, установленный в акватории Азовского моря, обязаны соблюдать все, и в первую очередь владельцы катеров, моторных лодок и яхт. Любое плавательное средство (вплоть до надувной лодки с подвесным мотором) должно быть зарегистрировано и поставлено на учет. Перед выходом в море необходимо уведомить ближайшую пограничную заставу, как и после возвращения на берег. Иначе можно нарваться на неприятности. В Кодексе об административных правонарушениях есть соответствующая статья — «Нарушение правил пограничного режима».

Правовой режим Азовского моря, где граница формально проведена согласно договорам между Россией и Украиной, позволяет судам обоих государств передвигаться свободно. Это осложняет охрану наших экономических интересов, чем также занимается пограничная служба. Помнится, лет пять назад, когда о Евромайдане никто и не думал, не раз поднимался вопрос о хищническом вылове рыбы украинскими судами, якобы для научных целей изучения Азовского моря. При этом воспроизводством рыбы занималась только Россия, выращивая и запуская в воды мальков ценных пород. Украина, не вкладывая ни гривны, черпала рыбу десятками тонн, а затем нам же продавала ту же рыбу в консервах. Сейчас браконьерский флот под желто-блакитным флагом изрядно поредел, однако кое-кто из дельцов продолжает ловить рыбу у наших берегов. Причем, пока он находится в водах Азова хотя бы в нескольких метрах от берега, применить к нему какие-либо меры невозможно. Парадоксально, но факт. Другое дело, шагни он на прибрежный песок… Но ушлые граждане незалежной, поднаторевшие на браконьерстве, законы знают.

Хватает браконьеров и с нашей стороны, живущих по принципу «после нас хоть потоп». А что, пару часов порыбачил — и 8—10 тысяч в кармане. Если попался, ссылается на безработицу, детей, дескать, кормить надо. Задержанных браконьеров, у которых в присутствии понятых описывается незаконный улов, сдают в полицию. А дальше от штрафа до уголовной статьи.
Чужим хода нет
Еще одна задача, которой совместно с людьми в зеленых фуражках занимаются казаки, — соблюдение пограничного режима в акватории Азовского моря. Сектор ответственности погранзаставы — более 70 километров, если считать по береговой линии. Любой незнакомый человек сразу же попадает в поле зрения местных жителей. С ними помимо казачьей дружины контактирует уполномоченный: разъясняет суть соблюдения пограничного режима, необходимость сообщения о незнакомых людях или машинах с неместными номерными знаками.

— Очень много пеших путешественников. Люди пешком идут от самой Москвы или из Ростова. За восемь месяцев, в течение которых я служу здесь, мы проверили с десяток человек, причем некоторые из них были без документов. Приходится сообщать в полицию, чтобы проверить по базе данных, — рассказал капитан Бегларян. — Нам очень хорошо помогают казаки — наши глаза и уши, а также бдительные местные жители. С казачьей дружиной у нас полное взаимопонимание и дружба. Они всегда приходят к нам на День пограничника, мы встречаемся на сборах и на Дне кубанского казачества.

Атаман Леонид Емельянов награжден благодарственным письмом ФСБ России. Еще несколько казаков награждены Почетной грамотой атамана Кубанского войска.

…Пограничникам расслабляться — смерти подобно, поэтому периодически они занимаются задержанием условных нарушителей. Казаки в этом случае перекрывают все окрестные дороги и держат связь с заставой. Пока еще ни одному из нарушителей уйти не удалось.

Приходится казакам вместе с пограничниками работать рука об руку и с миграционной службой. Когда на Донбассе началась война, с того берега хлынул поток беженцев. Сердобольные щербиновцы приютили сотни людей, спасающихся от войны и лишившихся крова. Несколько недель подряд пограничники с казачьей дружиной осуществляли подворовые обходы и проверяли данные беженцев. Где гарантия, что среди них не затесались агенты СБУ или диверсанты, задача которых легализоваться и ждать команды взорвать коммунальные объекты или что-то еще? Такая служба у пограничников, первыми вступающих в бой с врагами.
В дозоре
По команде «Дозорная группа, строиться» становлюсь в строй вместе с казаками Леонидом Емельяновым, Григорием Гоменюком и вожатым отделения со служебной собакой Хеллей.

— Приказываю выступить на охрану государственной границы, — обращается к наряду Богдан Бегларян. — Задача — наблюдение за акваторией Азовского моря и береговой линией. Обращаю внимание на соблюдение мер безопасности. В случае обнаружения нарушителей границы или пограничного режима немедленно докладывать. Связь осуществлять с дежурным по отделению каждый час.

Наш маршрут начинается с Просяной балки. Продравшись сквозь заросли, выходим на обрывистый берег. Куда ни кинь взгляд — всюду море. Заглядываться здесь опасно — наступишь на край постоянно обваливающегося обрыва — и поминай как звали. Особенно трудно тем, кто идет в ночной дозор. Зажигать фонарь нельзя — сразу же демаскируешь наряд, и нарушители или браконьеры скроются. Спускаемся по кем-то вырубленным земляным ступеням и выходим на береговую линию. Через сотню метров начинаю сожалеть, что обул туфли, а не надежные берцы. В песке и глине то и дело ноги вязнут.

— Наша задача — осмотр морской поверхности, труднодоступных мест, заброшенных зданий, куда могут причалить лодки и соорудить схроны с оружием и взрывчаткой, — поясняет капитан Бегларян, возглавляющий дозор. — У нас встречаются так называемые бродячки — браконьеры, устанавливающие сети в брод. В море браконьеры стараются уйти подальше от берега, но и там мы их обнаруживаем.

— Недавно сфотографировали браконьера, — подключился к разговору Леонид Емельянов. — На снимке четко видно его лицо. Когда он причалил к берегу, показываем фото, и крыть ему нечем.

Казаки заступают на дежурство, как гласит армейская шутка: через день на ремень в любую погоду. Никто не ропщет, не возмущается — ведь это их земля, которую они защищают. Им порой приходится помогать пограничникам в изъятии и описании незарегистрированных лодок, которые затем возвращаются хозяевам. Дежурят казаки и на пункте наблюдения. Бывают случаи, когда РЛС не может засечь цель — мешает рефракция, туман. Тогда морская цель сопровождается визуально.

…Наматываем километр за километром. Капитан Бегларян периодически осматривает в бинокль море. На берегу нам встречаются то местные жители, занимающиеся ходьбой с палками в руках — это местный вид оздоравливающей физкультуры, то девушки, устроившие фотосессию, то рыбаки. Отмахали мы больше десяти километров, но нарушителя госграницы, увы, задержать не довелось.

… Вроде бы что тут такого — прошагать с десяток километров, возможно, скажет кто-то из читателей? Что это — подвиг? Да, подвиг, поскольку никто не знает, где и когда может случиться беда. Недавно в ходе задержания диверсионной группы в Крыму погиб сотрудник ФСБ. Поэтому, на мой взгляд, строчки из песни «здесь не стреляют, но каждый день здесь идет война» — это о пограничниках и казаках, плечом к плечу защищающих рубежи Отечества.
Раздел : Кубанские казаки, Дата публикации : 2016-09-01 , Автор статьи : Сергей КАПРЕЛОВ

Испытано на себе

Последние новости