|
|
|
21.10.2026, 11:19 |
|
|
|
Фарца, или Как в СССР попадал импортный дефицит04.07.2016, 22:15 «Волгоградская правда», г. Волгоград
 Читатели «Сталинградки» вспоминают, откуда в первом в мире социалистическом государстве появились «фарцовщики» В Москве тогда прошел VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов, который был взрывным событием для советской молодежи. Известный джазмен Алексей Козлов позже напишет о тех днях: "Ни туристы, ни бизнесмены в страну еще не приезжали, дипломаты и редкие журналисты просто так на улицах не появлялись. А когда мы увидели на улицах Москвы тысячи иностранцев, с которыми можно было общаться, охватило что-то вроде эйфории…" При общении советские граждане не могли не заметить, как сильно отличается их внешний облик от гостей. Кто просто это с огорчением констатировал, а кто сделал выводы. Слово «фарцовщик» появилось от английского «for sale», с которым советские граждане обращались к иностранцам: «Do you have anything for sale?» («Нет ли у вас чего-нибудь на продажу?»). Так через приоткрытый «железный» занавес в страну попали западные товары, которые начали распространяться с помощью фарцовщиков. В 50–60-е, их товары в основном были рассчитаны на стиляг. Позже, в 70–80-х, клиентура расширилась до тех, кто имел деньги и желал красиво или оригинально одеться, приобрести технику, книги или музыкальные записи. Как импортные товары попадали в Союз? Существовало два основных канала: туристы, которые приезжали в СССР, и те, кто могли сами выезжать за границу (дипломаты, моряки, артисты, которые ездили на гастроли, ученые, специалисты, работавшие на иностранных объектах). Товары везли тайком, рискуя как минимум лишиться их на таможне, став при этом невыездными. А вот как наши читатели вспоминают свои отношения с фарцовщиками. – Никогда за модой особо не гонялась, но выглядеть не хуже подруг, конечно, хотелось. Самое памятное – две поездки в Москву, где важным пунктом значилось посещение станции метро «Беговая». Это был центр тайной торговли импортом. Молодые фланировали близ станции и сквозь зубы трубным голосом произносили: «Джинсы, пластинки…» Дав тайный знак, что тема тебя интересует, следовало топать вслед за незнакомцем в подворотню, где он являл вожделенный товар. Цены, конечно, были ого-го, но клиенты знали, что их ждет. Торг имел право на жизнь, но непродолжительный. В кино показывали, что иногда гоняющихся за шмотками обманывали. Покажут хорошую вещь, потом напугают приближающейся милицией и подсунут дрянь впопыхах. Со мной такого не случалось. Привезла из одной поездки диск «Пинк Флойд», а из другой – настоящие джинсы «Вранглер». За сколько покупала – уже не помню, но очень дорого. Зато помню, как за пластиковый пакет «Мальборо» отдала 4 рубля. Знакомый фарцовщик иногда предлагал продать те же пакеты или сигареты. Продашь, скажем, 4 пачки «Кэмела», пятая – твоя бесплатно. «Репутация в нашем кругу дорогого стоила...» – Моей специализацией были диски, пластиковые пакеты и сигареты. Работал на киностудии токарем, но производственный процесс не увлекал, а главное – хотелось чего-то другого. Только не деньги были альфа и омегой. Среди тех, кого я знал, никто на этом бизнесе не разбогател. Хотелось хорошо одеваться, выделиться из общей массы. Ну и статус повышался. К кому обращались за помощью обычные граждане, не имевшие шанса съездить за рубеж и прямого доступа к дефициту? Ко мне и моим товарищам по цеху. Раз в два-три месяца я отправлялся поездом в Ленинград за товаром. Местные имели куда больше возможностей: порт в городе, рядом Финляндия. Брал у них оптом товар. Ни разу никто меня не обманул, репутация в нашем кругу дорогого стоила. Нас объединяло неприятие существующего строя. Мы не были ни экономистами, ни политиками, но видели, что все у нас идет наперекосяк. Те же правоохранители и их жены не брезговали пользоваться нашими услугами. А партийные товарищи, пропагандирующие свое, советское, сами на люди в чем выходили – в импортных костюмах. У них была возможность это официально купить, а у обычных людей нет. По сути, мы помогали людям нормально одеваться, хорошую музыку слушать. Ну и себя не забывали, конечно... Вместо KISS – хор Александрова – Основным местом тусовки были фирменные магазины «Мелодия». У кого-то были связи с продавщицами, кто-то ждал, пока выбросят дефицитный товар. Советские пластинки стоили 2 рубля 15 копеек, лицензионки – 3 рубля 50 копеек. С рук такие пластинки шли уже за 10–15 рублей, некоторые, например, Демис Руссос или «ABBA» – за 20–25 рублей. Западные диски продавались гораздо выше – по 40–50 рублей. Оценивалось все: и фирма грамзаписи, и внешний вид конверта, и же сама музыка. Какие на толчке были интриги, какой обмен! В одно воскресенье тебя обманут, в другое – схватишь удачу. Мне раз подсунули диск с переклеенным яблоком. Поставив на вертушку диск, я услышал вместо заветной группы KISS хор Александрова с песней «Калинка». Но больше всего меня развеселила история с СД-дисками. В СССР все технические новинки приходили с опозданием, в национальные республики с очень большим опозданием. Знакомая продавщица магазина «Мелодия» как-то пожаловалась на тупость центра: прислали из Москвы чуть не целый вагон с какими-то непонятными дисками, которые тут вообще никому не нужны. Обратно отправили. Дело происходило в конце 80-х, когда на компакт-диски весь мир переходил, а винил, соответственно, плавно отходил. На этих дисках столько можно было наварить… |
|
 
|
|
| © 2008 «АРС-ПРЕСС» |
|
30 лет назад, 18 декабря 1989 г. в Брюсселе было подписано Соглашение о торговле, коммерческом и экономическом сотрудничестве между СССР и Европейскими сообществами. Эта дата стала отправной в построении официальных отношений России как государства-продолжателя СССР с Европейским союзом.
В эти дни в Праге проходят две выставки Музея-заповедника «Абрамцево»: «Лики Гоголя» и «Театр начинается с Абрамцева».
Несмотря на почтенный возраст, Василий Леонидович Угрюмов не только хорошо управляет своими старенькими «Жигулями» и «Нивой», но даже сам по-прежнему ремонтирует машины.
В этом году статус объекта культурного наследия регионального значения присвоен могиле Несвитского Н. Н., контр-адмирала, участника Гражданской и Великой Отечественной войн, который расположен в мемориальном сквере в Хабаровске. Еще четыре здания внесены в реестр в качестве объектов муниципального значения. Все они расположены в Комсомольске-на-Амуре.
Герои живут не только на страницах эпосов и в кадрах блокбастеров, они – среди нас, ходят по одним с нами улицам, а для совершения подвигов им не нужны суперспособности и эффектные костюмы. Обычные люди. Разве что сердце у них гораздо больше.
