«Кольцо» для Бунинской Руси

…Томит меня немая тишина.

Томит гнезда немого запустенье.

Я вырос здесь. Но смотрит из окна

Заглохший сад. Над домом реет тленье,

И скупо в нём мерцает огонёк.

Уж свечи нагорели и темнеют,

И комнаты в молчанье цепенеют,

А ночь долга, и новый день далёк.

Часы стучат, и старый дом беззвучно

Мне говорит: «Да, без хозяев скучно!

Мне на покой давно, давно пора...

Поля, леса – всё глохнет без заботы...

Я жду весёлых звуков топора,

Жду разрушенья дерзостной работы,

Могучих рук и смелых голосов!

Я жду, чтоб жизнь, пусть даже в грубой силе,

Вновь расцвела из праха на могиле,

Я изнемог, и мёртвый стук часов

В молчании осенней долгой ночи

Мне самому внимать нет больше мочи!

Иван Бунин (из стихотворения «Запустение», 1903 год)

Большинство водителей и пассажиров десятков тысяч автомобилей, мчащихся по трассе М4 через Становлянский район, даже не предполагают, что всего в паре десятков километров от федеральной магистрали находится физическая и духовная колыбель выдающегося русского писателя. Та самая Бунинская Русь: редкие по красоте ландшафта места и увековеченные в произведениях Ивана Алексеевича родные ему сёла и деревеньки – Злобино, Каменка, Огнёвка, Бутырки, Озёрки, Грунин Воргол…

Удивительно, но пейзажи в повестях и в реальности совпадают до сих пор. У Бунина: «За садом, на противоположном косогоре, стоял длинный ряд изб из глинобитных кирпичей, под соломой. Справа, за пашнями, тянулся большой лог, входящий в тот, что отделял усадьбу от деревни». Пожалуй, только дома теперь не под соломой, а так всё по-прежнему…

Для продвижения «в народ» нужна инфраструктура

Когда энтузиасты общественной организации «Бунинское общество России» открывали на стене храма, рядом с которым был похоронен отец писателя Алексей Николаевич Бунин, памятную доску, в центре села Грунин Воргол вновь прозвучали слова о необходимости создания современного туристического маршрута по бунинским местам Липецкого края. Благо во всём мире число почитателей писателя, интересующихся и его творчеством, и его жизнью, а значит, и потенциальных туристов исчисляется десятками миллионов. Автору этих строк подобные призывы «возродить и закольцевать Бунинскую Русь в отдельно взятых районах» доводилось слышать ещё с четверть века назад, причём в присутствии именитых учёных-буниноведов из двух столиц и из самого Парижа. Но всегда что-то не «срасталось».

«Закольцевать», конечно, можно. Только у воображаемого «кольца» пока, как в старой песне про любовь, «нет ни начала, ни конца». На месте большинства бунинских усадеб – «чисто поле». Состояние же редких сохранившихся построек плачевное. Не говорю уже о полном отсутствии в этих самых бунинских местах (исключая разве что Елец) хоть какого-то подобия объектов туристической инфраструктуры, тех же туалетов.

…Когда-то Иван Бунин, будучи уже известным писателем, признавался, как приятно ему чувствовать старину деревенского дома, как жизнь в деревне, в старинной усадьбе, поистине его вдохновляет и располагает к творчеству. Ра­зумеется, сегодня невозможно превратить все бунинские усадьбы в музеи. Но для того чтобы они стали центрами культуры, есть все основания и возможности. Пример тому можно найти в селе Озёрки. Здесь ещё в 90-х годах прошлого века восстановили усадебный дом Буниных. Дом сам по себе – новодел, с крытой оцинкованным железом крышей и выползающими из межбрёвенных щелей наростами грязно-жёлтой строительной пены. Посадили у крыльца, на том самом месте, где стояла старая, «заветная», как называл её маленький Ваня, молодую ель. В прошлом году высадили два десятка саженцев найденных с большим трудом, но зато «чистокровных» антоновских яблонь. Словом, постарались воссоздать усадьбу в том виде, какой знал её Иван Алексеевич.

Вот только турист в этих местах – по-прежнему редкий гость. Музей работает для туристических групп лишь в тёплое время года. У него нет расписания, а о посещении нужно заранее договариваться по номеру сотового телефона, написанному на приклеенной к двери бумажке. Да и экспонаты «дома-музея», откровенно говоря, не впечатляют. Да, не хлебом единым, но… В Озёрках нет стационарной торговой точки – сельмага. Для кого-то это бытовая мелочь, а для большинства – жирный минус в графе «туристическая привлекательность места».

Вот и выходит, что лишь обоснованности самого местонахождения достопримечательности сегодня явно недостаточно для её привлекательности и продвижения «в народ».

А Бутырки-то – ненастоящие!

Ещё с одной из короткого списка достойных внимания достопримечательностей бунинских мест Липецкого края тоже, как выясняется, всё непросто. Речь о памятном знаке – православном кресте, установленном примерно в трёх километрах юго-восточней деревни Озёрки. Неподалёку стоит памятная стела с бронзовым изображением писателя у основания и венком на вершине. Стелу, сделанную по проекту известного и недавно почившего липецкого скульп­тора Александра Вагнера, установили 21 октября 1990 года, в день 120-летия со дня рождения Бунина. Установили якобы на месте хутора Бутырки, где будущий нобелевский лауреат прожил почти девять лет.

Вот только, по мнению исследователей жизни писателя, там, где сейчас стоит знак, Бутырок не было. Они южнее.

– Памятный знак ошибочно указывает на бывшую деревню Выселки, а не на хутор Бутырки, – уверен член «Бунинского общества России» Илья Рыльщиков. – Исследователи, занимавшиеся поиском того места, где находился хутор Бутырки, опирались большей частью на свидетельства местных жителей. Мы же искали его, сопоставляя старинную карту и фото из космоса. Если наложить друг на друга военно-топографическую карту 1879 года издания и фотографию со спутника в том же самом масштабе, что и карта, то можно найти место хутора Бутырки. Овраги, реки и ручейки сов­пали полностью. Озёрки ХIХ века совместились с современными Озёрками. Тогдашнее Рождество – это нынешние Сергеевка, Поповка, Дмитриевка, Целыковка. А вот место хутора Бутырки не совпадает с тем местом, где сейчас установлен памятный знак, и находится примерно на километр южнее.

В качестве важного аргумента исследователи приводят дневниковые записи и воспоминания Ивана Бунина и его супруги Веры Николаевны Муромцевой-Буниной, подтверждающие предположения о месте нахождения Бутырок. Убедительно доказывают энтузиасты из «Бунинского общества», почему и как настоящие Бутырки стали Выселками.

Несколько лет назад столичные и местные буниноведы даже провели небольшое археологическое исследование на месте Бутырок. При раскопках найдены гренадка – металлическая эмблема для военного головного убора времён Крымской войны и киотное распятье. Эти находки передали в музей Ивана Бунина в городе Ефремове. А из небольшого шурфа шириной и длиной около метра и глубиной полметра исследователи извлекли множество осколков керамической посуды, фрагмент рюмки, осколки стекла разной толщины, фрагменты кирпича, кованый гвоздь, куски кровельного железа и клык животного.

Памятный знак – хорошо, но истина дороже

– Почему так важно установить истинное местонахождения хутора? – искренне удивляется вопросу Илья Рыльщиков. – Как известно, Иван Алексеевич Бунин почти всю свою долгую жизнь не имел родного дома. По-настоящему родными можно считать два из них: в Бутырках, где он прожил почти девять лет и семь из них безвыездно, и в Озёрках, где он прожил около шести лет. Бутырки для Ивана Алексеевича были не просто точкой на карте. Это, может быть, самое дорогое для него место. Вера Николаевна в «Жизни Бунина» рассказывает, как Иван Алексеевич в тот самый приезд туда, где когда-то были Бутырки, всё слушал свою любимую овсяночку. А потом, уже глубоким стариком, во Франции часто вспоминал негромкие мелодичные птичьи трели и свои родные Бутырки.

Что же нужно сделать, по мнению энтузиастов «Бунинского общества России»? В первую очередь провести полноценные исследовательские работы там, где действительно находилась усадьба Буниных в Бутырках. Причём этими исследованиями должны заняться специалисты, профессиональные археологи. С этой просьбой буниноведы лично обратились к руководителю Госдирекции по охране культурного наследия Липецкой области Андрею Найдёнову. Тот посчитал возможным в ближайшее время заложить силами специалистов-археологов Госдирекции несколько шурфов на предполагаемом местонахождении усадебных построек имения Буниных. Энтузиасты же не сомневаются, что результатами поисков станут ценные находки и удивительные открытия в деле восстановления и сохранения памяти о великом русском писателе – Иване Алексеевиче Бунине.

Дмитрий МИНАЕВ (фото), Анатолий ЕВСТРОПОВ (фото), Николай ЧЕРКАСОВ (фото)