АРС-ПРЕСС

"Служить бы рад!" - под таким заявлением готовы подписаться, судя по всему, миллионы россиян. Нет, речь не о воинском деле, хотя начавшийся призыв и показывает невиданное в прежние годы стремление молодых людей служить в армии. Я о явном и горячем желании россиян затесаться в ряды госслужащих, войти в хорошим и плохим прославленное племя чиновников.

Прямо по Пушкину, который в записке "О народном воспитании" (1826 год) написал с какой-то оторопелостью и горечью: "Чины сделались страстью русского народа".

Давеча в электричке услышала разговор двух женщин. Точнее, рассказ одной о женитьбе сына. Главная гордость - сноху заполучили из хорошей семьи и с хорошим местом работы. "Она в администрации, уже ведущий специалист. Всё-таки госслужба",- надо было слышать, с каким выражением это говорилось. Передо мной тут же нарисовался бессмертный образ Васисуалия Лоханкина из "Двенадцати стульев", его страдания при угрозе ухода его жены Варвары, у которой "были два существенных достижения: большая белая грудь и служба".

Да-а, хорошо иметь сношеньку с госслужбой, хоть какой - региональной, федеральной. Или, например, с муниципальной. В нынешние времена массовой безработности молодых, "обломов" с зарплатой такая Варвара - семьи надежда и опора!

"Хорошо вам с такой снохой,- вздохнула в ответ вторая женщина.- Зарплату вовремя принесёт, декретные получит".

А я вот помню, как моего дядюшку - директора школы сватали на заведование РОНО. Мурыжили долго, до партийного выговора довели, а он не сдавался - не хотел школу, выпестованную им, оставить, от детей оторваться. Помню и другие примеры - советского, правда, времени,- как отнекивались от штатной работы в комсомоле и партии, несмотря на манящее таинство номенклатуры. Можно ли сейчас такое представить, чтоб человек от чиновничьего портфеля отказался добровольно?

Да о том, чтобы к госслужбе прикоснуться, начинают мечтать сызмала, как показывают опросы выпускников школ. И парни, что раньше косили от армии, ныне одумались и массово в военкоматы ринулись в стремлении обменять белый билет на военный - без армии госдолжности и вообще хорошей работы не видать.

Вот они, парадоксы (или снова перекосы?) общественных настроений. Либо просто срабатывает народная чуйка - где пристроиться понадёжнее при экономических штормах? Хотя "на бумаге" закон о госслужбе ничего сказочного не обещает, требований к работнику - ого-го, прямо-таки ангелы-трудяги нужны. И в действительности административным низам и начинающим не столь и великая зарплата положена, а работа корпения и старательности требует немалой. Зато уж как сталь закалится...

Много чему поражался Даниэль Мессершмидт в Сибири, доктор медицины из Германии, которого Пётр I взял на русскую службу и в 1718 году отправил в научную экспедицию по сибирским весям. Окинуть, так сказать, незамыленным взглядом иностранца глубинную российскую действительность и дивные природные богатства оценить. В 1722 году прибыл тот доктор в Красноярск.

За десять месяцев пребывания в нашем городе удивляться много чему пришлось, но особенно его поразило местное чиновничество. И более всех - воевода Щетнёв, который учредил для себя любимого похмельный день, следующий за своими именинами.

Побывать на тех именинах довелось служилому немцу-путешественнику. После чего, потрясённый увиденным и услышанным от горожан, Мессершмидт записал в путевом дневнике: "Все гости несут подарки. Самые бедные дарят коменданту 10 копеек, его жене 5 копеек и в придачу один или два мешка зерна; слугам по одной копейке, служанкам тоже одна копейка. Случается, что у бедняков нет денег для слуг, тогда они обещают им в следующий раз двойную плату. Каждая женщина дарит жене воеводы по пять копеек, хорошо выделанный лён, яйца, масло и др. Богачи дарят не менее половины рубля, но так как он хочет показать свою щедрость, то даёт рубль. Приказчики из других мест дарят при входе пару соболей и ещё пару, когда прощаются. Таким образом, гостей собирают не ради угощения, а ради подарков, потому что хозяин получает в этот день сто рублей и более. А чтобы ничего не прогулять, они имеют привычку справлять свои именины два раза в год: зимой и летом".

Конечно, это далёкая история и никаких таких именин с похмельными днями представить невозможно в нынешнюю пору. Современные чиновники, то бишь госслужащие, преподнесения подарка дороже 3 тысяч рублей стали бояться пуще огня, ибо по антикоррупционным правилам за всё статья светит. Ну, это если из рук в руки. Или на счёт. Наши дорогие управленцы преподносят презенты себе сами в виде зарплат, льгот и прочего. И всё законно и постатейно!

Так что не случайно госслужба стала мечтой для молодых, чаянием и манящей звездой. Как это у Козьмы Пруткова: "Только в государственной службе познаёшь истину". А истина, если свериться с индексом расточительности чиновников, рассчитанным Общероссийским народным фронтом,- в дорогих автомобилях, элитных сувенирах, новой и опять же дорогой мебели, "особых" полисах ДМС, всяческих выплатах и бонусах.

Впрочем, иногда приступы честности настигают чиновничество. И пишут они покаянные распоряжения, устанавливая предельные цены при закупке автомобилей, новой мебели и техники. Чтоб в кабинетах были телевизоры и мониторы не дороже 24 тысяч рублей, телефоны выдавались не дороже 5 тысяч молодым сотрудникам и 15 тысяч работникам высшей категории. Последним, кстати, ограничение и по машинам - не дороже 2,5 миллиона рублей тем, кто наверху, и не дороже 1,5 миллиона тем, кто рангом пониже.

Уж лучше бы вертолёты приобретали, чем бить дорогое автогосимущество на городских дорогах с колдобинами. Но лично меня больше телефоны убивают - само явление таковой бюджетной траты. При зарплатах, впятеро-вдесятеро превышающих среднебюджетные, чиновничество обеспечено ещё и телефонами!

Какая-то бесстыдная мелочность и скаредность. Почему учитель, врач, которые пользуются телефоном в рабочее время по необходимости, приобретают их на свои, да ещё и отнимают от своей зарплаты на оплату связи? У них нет служебной необходимости звонить?

Что интересно, в федеральном законе N 73 "О государственной гражданской службе в Российской Федерации" про всю эту чиновничью "инфраструктуру" нет ни слова. Гарантии госслужащим оговариваются, как-то: обеспечение жильём и автомобилями (для служебных целей, однако, а не для доставки на работу и с работы). В законе есть лишь неброская строчка про обеспечение надлежащих организационно-технических условий, необходимых для исполнения должностных обязанностей. И вот тут уж чиновничья рать себя старается не обидеть, и какие суммы идут на пресловутые "условия", можно лишь догадываться.

Но правда и то, что сейчас госслужащие очень даже себя ограничивают. Краевые чиновники и депутаты решили сэкономить на подписке, новой мебели и услугах сотовой связи. Страдальцы наши! Неужто свои кровные начнут тратить, газетки в киоске покупать? А вот не верю, ибо изобретут какие-нибудь пособия на бедность себе, на рупь уязвлённым кризисом. Начнут убеждать, что работают на износ, требуется возмещение трат и сил...

Помнится, с каким азартом одна добрая тётушка в Госдуме (из числа красноярских депутатов, кстати) ратовала за увеличение депутатской зарплаты до уровня министерской. Однако недавно лёгкий скандалец прошуршал в российском парламенте - немало оказалось "фантомов" среди депутатов-думцев, беззастенчиво свою зарплату получающих и даже появлением на сессиях себя не утруждающих.

Да ладно бы, можно и по две зарплаты положить и вообще осыпать золотом всех слуг народа, если в то же время народ не собирал бы по копеечке на лечение тяжелобольных детей, если бы сытными и здоровыми были школьные обеды, у среднестатистических пенсионеров не подгибались коленки у аптечного прилавка.

Только вот с отдачей от чиновничьего труда как раз закавыка большая. По данным ВЦИОМ от 2013 года, в России на содержание аппарата служащих расходуется 15-20 процентов годового бюджета (в странах Западной Европы - 4-5 процентов), а эффективность чуть выше 40 процентов (в западных странах - 93-100 процентов).

Нет, сказать, что не работает наше чиновничество, тоже несправедливо. Работают, но в какой-то своей, прекрасной бумажной действительности. Итоги этой бурной деятельности - в бумажном цунами, в искромётных проектах, которые нередко заканчиваются пшиком, а то и растратами, откатами и прочими "атами". Да и, по большому счёту, аховая наша экономика - достаточно прямое следствие деятельности управленцев всех мастей.

Признаюсь, однако,- а я чиновников совсем даже "не не люблю". Радуюсь за коллег и знакомых, вошедших в эту касту. Не всем же мыкаться и копейки получать, должна быть и когорта успешных и деловых.

Да что там, жалею их - пусть поначалу они и возгордились своей должностью, глаза отводят при встрече, вроде как стыдно сытым и денежным быть на фоне прозябающих прежних коллег.

Но через некоторое время они, вышколенные, с приподнимающим от земли чувством значимости, становятся как придавленные службой, в душе ненавистной и, признаются, скучной неимоверно. Сейчас вот ещё страх сокращения витает над чиновничьими рядами, а хорошее терять обиднее во сто крат. Хотя, как показывает жизнь, введённые под белы рученьки в социальный лифт из него уже не выпадают.

И всё же мне жалко, что в эпоху финансовой неустойчивости в угоду чину и ради портфеля не состоялись хорошие журналисты, врачи, преподаватели, инженеры, учёные. А из тех, кто смолоду мечтал и стремился к госслужбе, кто дорвался до звания управленца, не зная толком никакой профессии, не пройдя хорошей жизненной школы, из тех чиновники, может, и получаются классные. А вот истинные слуги государевы, увы, нет.
Татьяна АЛЕКСЕЕВИЧ.

Здравствуй, племя младое, незнакомое... или почём страсть русского народа?

Последние новости