АРС-ПРЕСС

В преддверии праздника Дня матери, который отмечается в конце ноября, мы часто рассказываем о самоотверженных мамах, а эта история – о любящем сыне, который ради больной матери бросил престижную работу и забыл о карьере.

« У мамы должно быть все лучшее»

Жительнице нового города Сайдельбанат Гайсиновне – 95 лет. Она давно похоронила мужа-фронтовика, но, к счастью, каждый день рядом с ней сын Рустэм Мансуров, и он не имеет права ни уставать, ни болеть, ни раздражаться – понимает: ей намного хуже, чем ему. Для своей мамы этот энергичный мужчина стал глазами, ногами, руками. Словом, всем тем, что дает людям обычная жизнь, которой пожилая женщина лишена из-за тяжелой болезни уже шестнадцать лет.

Сайдельбанат апа не ходит, не видит и с трудом слышит, поэтому Рустэм Мансурович разговаривает с ней громко: «Мамочка, как дела? Хэллэр ничек?», целует ее в щеку, ласково берет за руку. В ответ - еле уловимый шепот: «Яхшы». Вот и весь диалог.

Рустэм Мансурович крутится как белка в колесе: пока мама спит, бегом в аптеку и магазин, готовит еду и кормит ее из ложечки, уговаривает, словно маленького ребенка, принять лекарство, на руках заносит в ванную купаться. Благодаря его любви, хорошему уходу, лечению, массажу, пожилая женщина выжила после тяжелой операции – у нее был перелом шейки бедра. Хотя доктор предсказывал, что она продержится от силы полгода. С благодарностью Рустэм Мансуров отзывается о медработниках поликлиники № 6. Регулярно навещают Сайдельбанат апа Дания Яхина, Светлана Емикеева и Елена Григорова.

«У мамы все должно быть самое лучшее» – таков принцип Рустэма Мансурова, поэтому в квартире чисто, свежо и уютно: на окнах белоснежные занавески, на подоконнике много цветов - за ними тоже надо ухаживать. Как он все успевает?

– Изречение «Потеря времени смерти подобна» помогает мне не утрачивать дисциплины, поэтому каждый час расписан, – оптимистично говорит Рустэм Мансурович. – Не считаю, что я делаю что-то сверхъестественное, просто мне близка истина: детей рожают для того, чтобы они служили своим родителям до самопожертвования. В Коране сказано: «Ищите рай у ног своих матерей», в Библии – «Почитай отца своего и мать свою».

Рустэм мог сделать карьеру – у него несколько профессий. Но заболела мама, и пришло время делать выбор.

– Когда решил уволиться с работы, многие отговаривали: «Ты сойдешь с ума, найми лучше сиделку», – вспоминает он. – Но вряд ли кто-то сможет ухаживать лучше меня за мамой.

Инвалидность не могли оформить 9 лет

Глаза выдают в нем интеллектуала, с которым интересно пообщаться на любую тему. Он профессионально занимается фотографией, любит снимать стариков. Последняя запись в трудовой книжке – исполнительный директор крупного компьютерного магазина в Челнах. На работе принимал клиентов, занимался поставкой оборудования, а сердце щемило: как там мама? Хотя рядом с ней была сиделка, все равно переживал.

Полученный опыт дал ему возможность узнать о перипетиях жизни инвалида в нашем обществе.

– Могу смело утверждать, что принятые в стране законы неизвестно на кого рассчитаны, ведь инвалиды в большинстве случаев не знают о положенных им льготах и вынуждены самостоятельно решать свои проблемы, – рассказывает Рустэм Мансурович. – Нам никто не сказал, что после операции маме полагалась бесплатная путевка в санаторий. Не поверите, но инвалидность ей не могли оформить девять лет – неходячую маму просили привезти в поликлинику и в кабинет ВТЭК. Неужели в подобном случае сотруднику нельзя приехать в больницу или домой? Пандус в подъезде дома установил не ЖЭК: помог хороший знакомый. Такой деликатный момент: маме в день полагается два подгузника, а в реальной жизни нужны 4-5, так что приходится докупать. Наш бюджет - это две пенсии, крошечная субсидия плюс 1200 рублей, которые мне доплачивают по уходу за пожилым человеком, львиная доля денег уходит на лекарства и гигиенические принадлежности.

В детстве ухаживали за бабушкой, дожившей до 100 лет

– В нашей семье не повышали голоса и не ссорились, – делится воспоминаниями Рустэм. – Родители были знакомы со школьных лет и поженились после войны. Папа дошел до Берлина и вернулся с медалью «За отвагу», к сожалению, он рано умер от ран - в 42 года. Мама работала делопроизводителем в суде, инспектором в Госстрахе, одна поднимала двоих детей, мне было 5 лет, сестре – 10 лет. Главным в ее воспитании была любовь к нам, к собственной матери, бабушка дожила до 100 лет, мама заботилась о ней. Она всегда сначала кормила бабушку, и только потом за стол садились мы.

Рядом с любовью и сердечностью в семье уживались строгость и дисциплина.

– Мы хорошо учились и делали все по дому, только бы маму ничем не огорчать, – рассказывает Рустэм. – Отцовскую пенсию она делила со свекровью, свою зарплату тратила на покупку самого необходимого – дров, керосина для керогаза, одежды и обуви. Основной едой были картошка и бутерброд: хлеб с маргарином и крупинками сахарного песка. Сверстники лакомились мороженым, а у нас каждая копейка была на счету. До сих пор помню вкус крошечных яблок, которые недозрелыми срывали с дерева и ели с солью – так вкуснее, из щавеля варили суп, из свекольной ботвы пекли лепешки.

Особенно Рустэму запомнился один момент. К новогоднему празднику мама принесла подарок, в котором был один апельсин - дефицит по тем временам. Его разделили на всех – так было принято в семье.

– Я сказал тогда маме: «Так хочется вдоволь наесться апельсинов». Спустя годы, когда ушел в армию и находился в «учебке» в Нижегородской области, она приехала ко мне и привезла гостинец – целую сетку апельсинов. Я ахнул! Это был праздник на всю жизнь, и разве такое забудешь? – вспоминает Рустэм.

Время берет свое: у Рустэма Мансурова хватает седины и морщин, пора лечить и свои хвори. Но ему не до себя.

Ляля Гайфутдинова

« У мамы должно быть все лучшее»

Последние новости