Казаки района Лазо: будни и праздники, традиции и новое

«Вот здесь у нас начиналось, хотя о казаках и казачестве тогда не говорили», — говорит атаман Уссурийской первой конной сотни Олег Клочков, с которым мы стоим у загона, где прогуливается, вероятно, полтора десятка лошадей. 

Строение из силикатного кирпича — это конеферма Хорского сельхозпредприятия. Здесь, в селе Могилевка, отделение этого предприятия. Полуразрушенная ограда как свидетельство былого размаха, когда загон был в несколько раз больше, а значит, и лошадей в нем. 

— Конное поголовье достигало трехсот голов. Имелись буденовские и донские верховые лошади, без преувеличения, цвет отечественного коневодства. Работала конноспортивная школа, существовал комсомольский конный отряд, в котором я был комиссаром, — вспоминает Клочков, выросший в Могилевке, а потому отлично помнящий Веринский совхоз, располагавшийся в этом селе, директора совхоза Георгия Гавриловича Торхова, потомственного казака, под занавес советской власти взявшегося за развитие коневодства, возрождение казачьих традиций. 

Это с его благословления на соревнования, проводимые на совхозном ипподроме, местные ребята надевали брюки с желтыми лампасами, которые отличали амурских и уссурийских казаков дореволюционной России. Но прежде чем участвовать в состязаниях, Клочков, другие парни и девчата учились ухаживать за лошадьми, запрягать их, ездить верхом. Дело это непростое, требует терпения и сноровки. А главное — любви к лошади, этому удивительному созданию, с которым веками казаки жили неразрывно и деятельно. 

— Если человек с детства заботится о лошади, он становится лучше. Трудолюбивей, добрей. В этом я убеждался много раз, — говорит Андрей Витальевич Макаров, в прошлом тренер по конному спорту профкома Веринского совхоза. — Мои воспитанники, кем бы они потом ни становились, работниками милиции и прокуратуры, трактористами и скотниками, — это люди без червоточины. На них можно положиться...

Урок на подворье

Наверное, Макаров, говоря о мальчишках, повзрослевших в конноспортивном клубе и нашедших призвание в правоохранительных органах, имел в виду Клочкова. После срочной службы в армии и учебы в юридическом институте МВД он вернулся в район Лазо, где служил в милиции, пройдя путь от оперуполномоченного до начальника отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Потом Олег Анатольевич возглавлял районный отдел налоговой полиции. 

После завершения карьеры в структурах правопорядка местожительства не поменял и занялся предпринимательством. Его правой рукой в обустройстве рынка в райцентре стал Игорь Колосов, с которым работал в правоохранительных органах. Колосов был осведомлен о своей родословной, с возрождением казачества на Дальнем Востоке вступил в Амурское казачье войско, находил время для изучения истории и быта казаков восточной окраины императорской России, работал в архивах. 

Клочков по примеру Колосова взялся за поиск семейных корней. Оказалось, что его дед по материнской линии 1926 года рождения — из казаков. Правда, он себя казаком не считал, поскольку при советской власти одно упоминание о принадлежности к казачьему сословию грозило множеством беспощадных кар. Но память сохранила приверженность родителей православию, строгость в быту, воистину нескончаемое трудолюбие, что из века в век отличало казаков. 

Колосов и Клочков стали организаторами казачьего общества «Хутор Могилевский», который вошел в Уссурийское казачье войско. Колосов на круге был избран хуторским атаманом, Клочков — товарищем атамана. Вместе строили планы создания казачьих классов, конного патрулирования границы, охраны общественного порядка. Но вскоре их пути-дороги разошлись...

— Казак без коня — это не казак, — убежден Макаров, который был полон энтузиазма, когда появился хутор Могилевский, но потом вместе с Клочковым из него вышел. — Главное дело для казачьего общества — это коневодство. Его основы в районе заложил покойный Торхов, и я наделся, что с созданием хутора Могилевский мы хотя бы отчасти продолжим начатое им. Возродим конноспортивный клуб, ипподром, племенное поголовье. Обеспечим казаков работой по конной части...

Сам Андрей Витальевич работал объезчиком, охранял поля на жеребце Руслан. У его оппонентов из хутора Могилевский свои доводы: если спрос на охранную деятельность, причем, пешую, с коневодством можно повременить. Когда частное охранное предприятие трудоустроило двадцать пять казаков, разве это плохо? 

В общем, хуторской атаман Колесов и его сторонники остались при своих интересах. Клочков, Макаров, другие приверженцы неразрывной связи коня и казака учредили общество «Уссурийская первая конная сотня». Название его не придумано: такая сотня существовала в середине позапрошлого века, когда Приамурье и Приморье отошли России. Она не входила ни в Амурское казачье войско, ни в Уссурийское, ни в Забайкальское, а подчинялось лично императору. В кабинете Клочкова, которого круг избрал атаманом, желто-зеленое знамя казачьего общества. Оно сшито по образцу знамени первой конной сотни, которая несла службу на рубежах отечества. 

После происшедшего хутор Могилевский и Уссурийская первая конная сотня не в раздоре, а во взаимодействии. Пожалуй, главная точка приложения совместных усилий — казачьи классы, которые созданы в Могилевской средней школе. Материал об истории и быте казачества предоставлен атаманом хутора Могилевский Колесовым. О физиологии лошади, уходе за ней, конном снаряжении рассказывал ребятам походный атаман Уссурийской первой конной сотни Макаров на выездном уроке, который проходил на его подворье.

В мае завершился второй учебный год в казачьих классах. Это 7-й и 8-й классы, где на факультативной основе ребята получают как историко-культурные сведения, так и практические навыки. По единодушного мнению атаманов Колесова и Клочкова, душой этого начинания является учительница русского языка и литературы Зинфира Фаиловна Савина. 

Уссурийская первая конная сотня выиграла грант, учрежденный районной администрацией, благодаря которому в наступающем учебном году ребята из казачьих классов получат настоящую казачью форму. Портупеи, фуражки, кубанки приобретены. На подходе гимнастерки и брюки. У могилевских казачат горят глаза перед выдачей форменной одежды. Надо отдать должное местной власти: ученики специализированных классов и воспитанники военно-патриотических клубов, коих в районе Лазо немало, обеспечены форменной одеждой. В частности, голубые береты и зеленый камуфляж носят ребята из клуба «Братишка», флотское обмундирование — юные моряки из клуба, который назван в честь легендарного подводника Маринеско. 

Новая жизнь Мопра

— Начинали мы со строительства ипподрома, на котором первые соревнования состоялись в мае прошлого года, — рассказывает атаман Клочков. — Ни у государственных, ни у муниципальных органов средств не просили. Предприниматели, работающие в лесной отрасли, помогли брусом и доской. Остальное сделали своими руками: и судейские будки, и места для зрителей, и сцену для самодеятельности...

Ипподром расположен на 2-м сплавном участке, бывшем леспромхозовском поселении, где живет и трудится Юрий Иванович Марченко, глава крестьянско-фермерского хозяйства «Серебряная подкова». Он же — десятник Уссурийской первой конной сотни. Молодые казаки работают конюхами. Воспитывают полуторников — коней, которым полтора года от рождения, когда начинается их обучение. И, естественно, занимаются конным спортом, совершенствуя себя в заездах, скачках, конкуре. 

Приграничное село Новосоветское — еще одна опорная точка Уссурийской первой конной сотни. Товарищ атамана Александр Владимирович Лопухов построил там конюшню с ливадой — местом для выгула. Перевел туда своих лошадей, которых держал на 2-м сплавном у Марченко. На этих лошадях казаки патрулируют границу, разумеется, при взаимодействии с руководством заставы. Конный наряд — хорошее дополнение пешему. Есть места, где человеку не пройти, а на коне — без проблем... 

— Лопухов буквально спас Мопра, породистого скакуна, победителя всероссийских соревнований, любимца московского ипподрома. Он попал к безответственным людям, питался на помойках. Лопухов выкупил его, стал лечить. И Мопр преобразился, снова ощутил себя спортсменом. На ипподроме на 2-м сплавном, он, не напрягаясь, пришел почти вровень с Дракулой, которому нет равных в районе Лазо. Надо было видеть его восхитительную пластику!.. — восторженно отзывается Клочков. 

Село Чистополье Хабаровского района — самая дальняя база Уссурийской первой конной сотни. Там тоже конюшня и преданный казачьим традициям человек — есаул Николай Анатольевич Савченко. Когда он узнал, что в Переяславке на параде в честь 70-летия Победы сотня намерена участвовать конным строем, то сразу загорелся и начал тренироваться. Накануне парада из Чистополья в Переяславку, преодолев 75 километров, коневозы доставили участников парада. Они немного нервничали, били копытами и фыркали, отворачивались от незнакомых лошадей, однако это не помешало пройти по главной улице райцентра в конном строю достойно. 

Не менее впечатляющими получились состязания на ипподроме на 2-м сплавном участке, кстати, третьи по счету. Сегодня атаман Клочков одержим идеей построить ипподром в Переяславке. 

— До 2-го сплавного сорок пять километров. Это неблизко, к тому же общественный транспорт туда не идет. Марченко не в претензиях и согласен со мной и Макаровым, что ипподром — это не только соревнования дважды в сезон. Это конноспортивный клуб, регулярные занятия с детьми, соприкосновение с казачьими традициями, — убежден Клочков. 

Мы объехали территорию, которую администрация поселения выделила для создания ипподрома. С одной стороны — райцентр. С другой — трасса Хабаровск-Владивосток. Клочков верен себе: от государственных и муниципальных структур он не ждет манны небесной и рассчитывает на собственные силы. Иначе говоря, на участие казачьего общества и заинтересованность предпринимателей. 

— Ничто не мешает нам рядом с ипподромом построить казачий хутор для туристов. Рядом водоем, а значит, место отдыха. В общем, есть где развернуться!.. — улыбается атаман. 

По его убеждению, казачеству пора переходить от слов к делу. Предлагать и реализовывать проекты, находить инвесторов, создавать рабочие места. Конечно, Дальний Восток — не Кубань, где на поддержку казачьих инициатив из бюджета поступают завидные средства. Но надо видеть не только материальную составляющую. В традиционно казачьих краях и областях юга России казачьи общества берут на себя функции поселенческих администраций. Таким образом избранный кругом атаман становится главой поселения. Как результат — больше порядка, изживание иждивенчества и индивидуализма, активизация общественного участия во всех сферах жизнедеятельности поселения. 

Почему бы в Хабаровском крае не доверить власть в каком-либо поселении казачьему обществу хотя бы в порядке эксперимента? Атаман Клочков убежден: надо пробовать, надо брать на себя ответственность. 

Михаил КАРПАЧ.

На снимках: 

Вот какой он, Мопр, спортсмен и красавец.

Уссурийская первая конная сотня на параде 9 Мая в Переяславке;