Когда ранняя весна не радовала

Строительство нефтеналивной станции «Тюмень».

Фото из архива АО «Транснефть — Сибирь».

С того момента «завершение строительства нефтепровода и обеспечение промышленной эксплуатации Шаимской группы месторождений» становятся «одной из главных задач областной партийной организации, всех трудящихся области». Кто жил в то время, знает, что иначе быть не могло: никаких отговорок не существовало — ни суровый климат, ни нехватка людских и технических ресурсов не могли помешать выполнению поставленной задачи. Поэтому строители северного нефтепровода пошли на штурм болот и тайги с утроенной энергией. Откуда только они её брали — вот вопрос.

Весной 1964-го погода не способствовала высоким темпам продвижения вперёд. В апреле, судя по свидетельствам тюменского журналиста Вячеслава Гончарова, шаимские нефтепроводчики сетовали на раннюю весну, которая раньше времени развезла дороги, сделала опасными переправы. Им же надо было завершить второй этап строительства и сдать участок от 267-го до 146-го километра магистрали.

Впрочем, писал журналист, виновата была не только погода: не всегда был на высоте заказчик «Шаимнефть», строители больше внимания уделяли внутрипромысловым нефтепроводам, хронически отставали землеройщики. На урайский участок свои машины вынуждены были направлять СУ-12, «Шаимнефть». Трест «Союзпроводмеханизация» опозорился в Западной Сибири. Не раз землеройщики сдерживали монтажников на трассе, особенно плохо сработали они в Урае, за что их не раз отчитывали на совещаниях разного уровня.

Непросто давалась стыковка действий между заказчиками, генподрядчиками и субподрядчиками. Говорили в то время о сложных взаимоотношениях между ними. «Например, участок СУ-13 больше внимания уделял внутрипромысловым нефтепроводам, землеройщики СМУ-3 хронически отставали, заказчик  «Шаимнефть» задерживал своевременную выдачу проектной документации», — свидетельствовал Вячеслав Гончаров.

Поскольку уже было решение бюро обкома партии о завершении строительства нефтяной магистрали до конца 1965 года, строителям надо было ускоряться. И в СУ-12 собирают совещание с участием начальника нефтепроводного управления «Шаимнефть», инженеров «Союзпроводмеханизации» и Всесоюзного сварочно-монтажного треста, на котором принимают «авральный» документ: к 15 мая надлежит «вывести на причал выкидные линии и тем самым вовремя начать налив нефти в суда».

К весне 1965 года участок от Тюмени до Лаута — а это 264 километра — был полностью сварен «в нитку». Летом трубопровод пройдёт гидравлические испытания.

Несколько лет до этих событий в Урае главенствовали геологи. Шаимская экспедиция была самым крупным геологоразведочным подразделением не только в Тюменской области, но и в СССР, и с 1961 года она «прописалась» в посёлке Урай. Объёмы работ наращивались стремительными темпами, население быстро росло — и 26 ноября 1962 года на карте Тюменской области появился новый посёлок городского типа. Пройдёт ещё меньше трёх лет и Указом Президиума Верховного Совета РСФСР Ураю будет присвоен статус города окружного подчинения. Это случится 25 июня 1965 года, когда его жители будут работать для того, чтобы по стальным артериям нефтепровода углеводороды потекли в глубь страны.

Страна к этому времени построила уже не один нефтепровод. Однако такие климатические и природные условия строителям достались впервые. Преодолевать земные трудности помогали авиаторы: никогда до этого авиация не использовалась так широко. На завершающем этапе в строительстве участвовали два вертолёта Ми-6, пять Ми-4 и четыре Ми-1. Впервые по воздуху доставлялись 36-метровые плети — 102 километра труб появилось на трассе благодаря вертолётчикам.

Но главными на стройке были, конечно же, люди. А. Рыжанков, начальник колонны СУ-7, для которого нефтепровод Шаим — Тюмень стал настоящей школой жизни, пришёл в 1964-м на трассу ещё студентом-практикантом. «Прекрасные у нас люди! — рассказывал он журналистам. — Это бригадир механизированной колонны Анатолий Георгиевич Карташев, машинист изоляционной машины Михаил Аркадьевич Митрофанов, шофёр битумовоза Вениамин Дмитриевич Соловьёв и другие. У них я учился работать, перенимал большой опыт. Благодаря их самоотверженному труду колонна успешно справилась с поставленными задачами».

Не стояли работы и на юге. Участок между 410-м и 267-м километрами разделила река Тавда. Тарманские болота уступали строителям одну сотню метров за другой. Опыт их преодоления пригодился на дальнейших этапах — от 267-го километра стройка двинулась на север по совершенно не проходимым летом болотам и тайге.

Журналист Вячеслав Гончаров так описывал ход событий в те годы: «При подготовке трассы строители нефтепровода столкнулись с большими трудностями. Сначала в тайге расчищался проход шириной 5-6 метров, необходимый для развозки труб и ведения поточной сварки, остальная 14-15-метровая полоса готовилась непосредственно перед разработкой траншей экскаватором». И так, отбирая у топей и тайги километр за километром, строители шли навстречу друг другу.