Украсть невесту, чтоб не опередили

На стене в гостиной — изображение главной святыни езидов, храма Лалеш. На плечах красавицы хозяйки — трёхцветный национальный платок, который называется «красный, жёлтый, зелёный». Мы в гостях у семьи председателя Нижегородской национально-культурной автономии курдов Ибрагима УСОЯНА.

Красный, жёлтый, зелёный

Красный, жёлтый, зелёный — цвета их религии, каждый из которых является символом: зелёный — планета Земля, красный — кровь, то есть всё живое, жёлтый — солнце и небо. Платок курдиянка достала по нашей просьбе: в обычной жизни езиды в нашей стране одеваются вполне по-европейски.

— Вы знаете, что езидский и русский языки очень похожи? — спрашивает Ибрагим. — Например, «спасибо» по-езидски звучит как «спас», «баран» — «бэран», «ты» — «тё». А наше «я» похоже на древнеславянское «азм» — «эз».

У курдов-езидов нет своего государства, а их до недавнего времени единственный храм находится в Ираке. Однако езидом нельзя стать, приняв их веру: им можно только родиться.

Трое ребятишек — старшие сыновья-погодки Джованни и Ронни и пятилетняя Сабрина — старательно позируют нашему фотографу. По словам Ибрагима, мальчики ходят в музыкальную школу по классу фортепиано, гоняют в футбол и читают вслух заданные на лето книги: за каждый час, проведённый у компьютера, — 20 минут чтения. Такой «тариф», установленный папой, одновременно сдерживает желание подольше посидеть за компьютерной игрой и повышает скорость чтения. Дочка пока играет в куклы. Самая любимая — Малыш, которого надо укачивать и пеленать. Ещё каких-нибудь 13 лет, а то и меньше — и нянчить ей придётся уже живую «куклу»: езидские девочки замуж выходят рано, в 16–18 лет. Как и мама Сабрины, которую Ибрагим 11 лет назад украл из родительской семьи.

Вышла за стульями…

— По нашим обычаям дочерей выдают замуж по старшинству, и младшие должны ждать, пока старшая выйдет замуж, — рассказывает глава семьи. — Зина была средней, но на смотринах мне понравилась именно она. Тогда её родители предложили мне подождать, пока выдадут старшую. Но ждать я не мог: ведь наши обычаи позволяют украсть невесту, и, если бы я не поторопился, её бы кто-нибудь другой мог умыкнуть.

Сообщниками похищения стали тётя невесты и двое русских друзей Ибрагима. 

— На дне рождения своих детей-близнецов, двоюродных братьев Зины, тётя послала её за стульями к соседям на первый этаж, — с улыбкой вспоминает Ибрагим. — А там уже я с ребятами поджидал. Схватил её на руки — и в машину. Кстати, сама Зина даже не подозревала, что её будут похищать.

— Иначе бы я убежала, — смущённо улыбается она.

Конечно, отец Зины заявил о похищении в полицию. Ибрагима караулили на всех постах, поэтому он ехал в Нижний к своим родителям объездной дорогой. Дальше продолжает рассказ уже Зина:

— Приехали мы в четыре утра, а его родители нас встречают по всем обычаям: каждому на плечи лаваш положили, мне дали у порога тарелку разбить. Через несколько дней они поехали мириться с моими родными, и вскоре нам сыграли свадьбу.

Разводы не приняты

Через несколько лет Ибрагим будет стеречь от похищения свою дочку. Уже сейчас девочку воспитывают в самых строгих езидских традициях.

— Она с четырёх лет не выйдет из своей комнаты, если не полностью одета, — говорит Ибрагим. — На улицу никогда не пойдёт в слишком открытом платье.

Добавим, что юные езидки по-прежнему не встречаются с ребятами до свадьбы. По традиции даже после помолвки молодые люди могут поговорить наедине в комнате только один раз и не больше 10 минут — просто чтобы услышать голос друг друга. Правда, современная молодёжь, по словам Ибрагима, уже научилась обходить этот запрет: влюблённые ходят вместе в кино в сопровождении родственника — сестры или брата.

— А на смотринах не только жених выбирает невесту, но и её родные оценивают и жениха, и его семью. И даже если парень очень хороший, но его родственники вызывают сомнения, родители девушки могут не отдать за него свою дочь: должна быть уверенность, что в будущем её муж не пойдёт по кривой дорожке, — разъясняет Ибрагим. — Ведь брак — это на всю жизнь, разводы у нас не приняты.