АРС-ПРЕСС

Продолжаем автопутешествие по памятным местам. Еще один польский замок. Совсем недалеко – в зоне малого приграничного передвижения. Замок, оказавшийся связанным с Кенигсбергом довольно неожиданным образом.

Из Калининграда направляемся в Багратионовск, пересекаем границу, далее – на Бартощице, оттуда в Биштынек. Еще пару десятков километров на юго-восток по дороге 594. Стоп – прибыли. Решель.

Местечко крохотное. Всего 5 тысяч жителей. Да и то, ежели считать с деревушками-сателлитами. Аккуратненькие малоэтажные домики. Кафешки, магазинчики… Два величественных храма: католический и православный. Огромное, с разнообразными «архитектурными излишествами» (чуть ли не дворец) здание, которое поначалу занимала ратуша, а потом перестроили под школу для трудновоспитуемых подростков. Ныне пустующее за неимением субъектов приложения педагогических усилий, но не заброшенное. Тихо.

В Решель я попал ранним субботним утром. Улицы обезлюдели. Совершенно. Ни пешеходов, ни автомобилей. Побродив меж домов, оказался возле католического храма. Двери открылись, и из них повалил народ. Закончилась утренняя служба. Прихожане «растеклись» по тротуарам, наполнили жизнью показавшийся было призрачным городок. Недаром считается, что в Польше 90 процентов населения – католики.

Как водится, Решель возник на месте прусского поселения. Построено оно было еще племенем Бартиана, а в 1241 году его завоевали рыцари Тевтонского ордена. «Первопоселенцы» сумели отбить свои жилища и даже удерживали их целых пять лет, но позже «укрепрайон» был окончательно взят крестоносцами. В 1337 году населенный пункт получил городские права. Началось масштабное строительство оборонительных стен и башен. Решель становится третьим по величине городом Вармии.

Век шестнадцатый – период наибольшего расцвета Решеля. Открываются учебные заведения, развиваются ремесла: резьба по дереву, кузнечное и ювелирное дело, проводятся многочисленные семинары, посвященные живописи. Однако в начале девятнадцатого века городу наносит серьезный урон разрушительный пожар. С этого момента Решель начинает преследовать череда неудач: новые пожары, разрушения, финансовые сложности. Во время Второй мировой войны город был на 90 процентов уничтожен, но историкам и реставраторам удалось воссоздать значительную часть его архитектурного наследия.

Главная достопримечательность городка, наверное, – готический замок. Поначалу на его месте тевтонцы соорудили деревянную крепость, которую сами же и сожгли в разгар второго прусского восстания в 1262 году, дабы не досталась врагу. После подавления смуты крепость восстанавливают, а потом передают епископу Вармии, и в 1300 году цитадель становится его резиденцией.

В 1350 году епископ ЯнI из Мисина приступает к строительству более солидного обиталища – замка из камня и кирпича. А с 1355-го по 1373 год работами руководит его потомок Ян II Стипрок. На мощных фундаментах возводятся стены, образующие почти правильный квадрат. С восточной стороны – впечатляющих размеров здание. В северо-западном углу – массивная цилиндрическая сторожевая башня с конической крышей. В пятнадцатом веке замок обзаводится дополнительной линией обороны – строится еще одна внешняя защитная стена с бастионами и прочими укреплениями.

Очередная перестройка датируется 1505 – 1533 годами. Замок приспосабливают для защиты от огнестрельного оружия, чтобы смог устоять под напором тогдашней артиллерии. Высота стен достигает восьми (!) этажей. Их толщина в основании превышает 4 метра. Расширяют ворота и строят надвратную башню. Зубцы в навершиях стен заменяют бойницами. На первом этаже кроме жилых помещений устраивают кухню, кладовую, оружейный склад. Выше – зернохранилище. Отдельно – апартаменты епископа, приемная, трапезная, часовня.

Однако, несмотря на свою кажущуюся неприступность, решельская твердыня не раз переходила из рук в руки. Ну, не очень, надо полагать, хотелось воевать епископам. В 1410 и в 1414 годах крепость захватывали польские войска. Не встретив особого сопротивления. Потому, видимо, замок и город серьезно не страдали. В 1455 году город, взбунтовавшийся против засилья ордена, штурмовали уже тевтонские крестоносцы. А в ходе последней польско-тевтонской войны 1519 – 1521 годов епископ Вармии вновь без боя отдал замок полякам.

В 1658 и 1704 годах замок брали шведы. Будучи протестантами, они отнюдь не испытывали трепета перед католической святыней. Решельский замок разграбили и разрушили, хотя и не до основания, но до неузнаваемости. Восстановленный, он стал значительно скромнее, потому как превратился… в тюрьму. В девятнадцатом веке – пожары: в 1806 и сразу же в 1807 годах. Вторая мировая довершила недоброе дело.

Тем не менее сегодня, после реставрации, замок выглядит вполне презентабельно. В нем: ресторан, так называемый креатив-отель со средневековой «патиной» и даже галерея современного искусства.

Но вернемся в начало девятнадцатого столетия, когда в судьбе города произошел странный перелом. Не постижимый с точки зрения заезжего туриста, но вполне понятный любому местному жителю. В их представлении события развивались следующим образом.

Теплым августовским вечером по пыльной дороге, ведущей в прусский городок Рессель (так на немецкий манер тогда назывался Решель) брела босая простоволосая женщина. Мерно раскачиваясь и что-то бормоча по-польски, крестьянка проследовала на центральную площадь и уселась прямо на булыжную мостовую напротив ратуши. «Горе вам, нечестивые немцы, – потрясала кулаками странная особа, – я сожгла ваш город один раз, сожгу и второй!»

Женщину тут же обступила толпа зевак – у горожан еще были свежи воспоминания о страшном пожаре 1806 года, который уничтожил чуть ли не все дома в Ресселе. «Да это же ведьма, – взвизгнула какая-то старуха, – бей ее!» От самосуда несчастную спасло лишь появление жандарма. Страж порядка отогнал толпу и сопроводил возмутительницу спокойствия от греха подальше – в тюрьму, которая в те времена «квартировала» в средневековом замке.

Установить личность задержанной не составило труда. Ею оказалась хуторянка Барбара Здунк, полька по происхождению, незамужняя, 1769 года рождения. Вот только ни одного вразумительного слова добиться от нее не удалось. Тем временем у стен темницы вновь стала собираться толпа. Настроенная отнюдь не миролюбиво. Дело принимало нешуточный оборот. Арестантку было решено отправить в Кенигсберг. Как говорится, с глаз долой.

В столице Восточной Пруссии приступили к основательному разбирательству. Конечно, в колдовство никто из юристов не поверил. Как, впрочем, и в поджог целого города одной психически нездоровой женщиной. Но настроением народных масс пренебрегать было нельзя – времена слишком тревожные. После заключения позорного Тильзитского мира с Наполеоном Пруссия лишилась огромных территорий. Некогда разделенная между Пруссией, Австро-Венгрией и Россией, Польша вновь обрела свое государство – герцогство Варшавское. Поляки, естественно, были довольны и воевали на стороне Франции, потому стали врагами пруссаков. И тут Барбара Здунк – полька. Можно сказать, расследование приобрело ярко выраженный политический оттенок.

В общем, задача перед кенигсбергскими судьями стояла дьявольски сложная: и закон соблюсти, и чернь ублажить. На допросах Барбара отвечала невпопад, глупо хихикала и изредка выкрикивала: «Я сожгла Рессель, теперь сожгу Кенигсберг!» Так что признание в преступлении было налицо. Сложнее было с показаниями свидетелей – никто не видел польку во время пожара.

В надежде на то, что страсти вокруг умалишенной скоро улягутся, судьи решили выждать. Не тут-то было. Хотя процесс и затянули почти на три года, интерес к нему в Ресселе ничуть не убавился. Пора было принимать решение. В итоге суд вынес вердикт: признать Барбару Здунк виновной в поджоге жилых домов, особо отметив, что преступница длительное время занималась магией и чародейством, чем нанесла существенный вред добропорядочным гражданам. Мера наказания – смертная казнь.

Осужденную доставили в Рессель. Соорудили эшафот. Собрались горожане. Палач накинул на шею жертвы веревочную петлю и затянул узел. Когда тело перестало биться в конвульсиях, труп привязали к столбу, обложили хворостом и подожгли. Народ одобрительно загудел и принялся подбрасывать в костер хворост. Пепел развеяли по ветру.

Барбара Здунк (кстати, она – абсолютно реальный персонаж) стала последней казненной ведьмой не только в Восточной Пруссии, но и во всей Европе. Наступало новое время, и обвинения в колдовстве отошли в историю. Ну а жители Решеля по сей день продолжают верить, что беды, постигшие после этого сожжения городок, – наказание за грехи. Потому что нельзя обижать польских женщин!

Последняя из ведьм

Последние новости