Исход битвы был предрешен

Солдаты защищали Родину и становились в десять раз сильнее

Тогда, летом 43-го, на Курской дуге гремела непрекращающаяся орудийная канонада. Казалось, что соловьи здесь замолкли навсегда – во весь голос заговорила война.

В ожесточенном столкновении, развернувшемся на довольно ограниченной территории, с обеих сторон участвовали более 4 миллионов человек, почти 70 тысяч орудий и минометов, до 13 тысяч танков и самоходных артиллерийских установок, свыше 11 тысяч боевых самолетов. Гитлер возлагал на летнюю кампанию большие надежды, но Красная Армия нанесла немецким войскам сокрушительный удар. Фашистская «Цитадель» рухнула.

Сегодня в Твери проживают 36 фронтовиков, сражавшихся под Курском. К сожалению, не все смогли прийти в пятницу к обелиску Победы на митинг, посвященный 71-й годовщине разгрома немецко-фашистских войск на огненной земле. «Но мы обязательно поклонимся от них всем павшим», – сказал председатель городского совета ветеранов Курской битвы, почетный гражданин столицы области Спартак Сычев.

Митинг начался ровно в полдень. Открыл его заместитель председателя Тверской городской думы Андрей Петров. Он передал ветеранам поздравления от главы города Алексея Корзина. Затем к микрофону вышел начальник управления общественных связей аппарата губернатора Тверской области Андрей Гагарин, который зачитал обращение Андрея Шевелева: «В числе двух миллионов бойцов, участвовавших в сражении, было около 12 тысяч наших земляков. Их подвиг и память о нем будут жить вечно».

Несмотря на то что шел сильный дождь, никто из фронтовиков не укрылся в стоящем неподалеку автобусе. Им ли – героям, прошедшим огонь, – бояться ливня?

– Такой «обстрел» пережить можно, – улыбнулся Спартак Сычев. – И посильнее видели. Помню нашу артподготовку под Курском: земля гудела под ногами от адского грохота. А мы радовались: «Сейчас еще по немцу шарахнем!» Противник на такое «угощение» не рассчитывал и перенес наступление на несколько часов.

На Курской дуге Спартак Андреевич был старшим артиллерийским техником 138-го отдельного минометного полка. Бойцы расположились в лощине и готовились к предстоящей битве. Но об их местонахождении стало известно врагу…

– Мы отбивались как могли, но в итоге наши минометы были захвачены. Командование было неумолимо:

«Вместе с пехотинцами идите вперед и любой ценой верните орудия. Фашисты из них бить никогда не будут». И мы пошли в атаку. Пули свистели так, что невозможно было подняться в полный рост. Не знаю, чем бы все закончилось, если бы не пехота. А минометы мы все-таки вернули.

Спартак Андреевич сражался на Калининском фронте, форсировал Днепр, освобождал Прагу, брал Берлин. Богатая фронтовая биография. Он уверен: немного сражений можно поставить рядом с Курской битвой.

– С нее начался коренной перелом в ходе всей Второй мировой войны. Конечно, тогда мы ничего этого не знали. Просто дали клятву: стоять насмерть.

Тамара Кузнецова не участвовала в самом сражении. Но с апреля по август 43-го она работала на восстановлении Курского железнодорожного узла, который нещадно бомбили. Одну такую бомбежку Тамара Ефимовна запомнила навсегда.

– Это был знаменитый звездный налет, один из самых страшных за всю войну. Я видела, как горят люди, как поднимается пламя до самого неба.

После встреч с такими людьми трудно воспринимать знаменитые слова:

«У войны не женское лицо». Вот и Галина Макеева опровергает их своей судьбой. Она служила в 350-м отдельном артиллерийском дивизионе особой московской армии. Сначала Галина Михайловна подносила снаряды к пушкам, а затем стала разведчиком по опознаванию самолетов. Фронтовичка по звуку могла определить, кто в небе – «юнкерс» или «фоккер».

– Дивизион бросали на самые трудные участки фронта. Мы прошли путь от Москвы до Восточной Пруссии. Были и на Курском направлении, охраняли наши войска от вражеских самолетов. Верили: какие бы силы фашисты ни стянули, победа будет за нами. И оказались правы.

Можно сказать, что исход битвы был предрешен с самого начала. Грозно полз­ли по полю неисчислимые немецкие «тигры», проносились в воздухе мощные бомбардировщики, но враг воевал на чужой земле. А мы – заслоняли свою. 

Это понимает старшеклассник Евге­ний Панца – один из тех, кто стоит у обелиска на Посту №1.

– Мне кажется, что знаменитую фразу политрука Клочкова можно произнес­ти иначе: «Отступать некуда. Позади Россия». Так было под Москвой, Сталинградом, Курском. Здесь решались судьбы страны и мира. Прадед Жени Иван Есаулов был артиллеристом, сражался под Ржевом. Судьба хранила фронтовика от вражеской пули – после войны он вернулся домой. К сожалению, парень его не помнит. «А так хотелось бы поговорить с ним…»

Мы видели, как перед митингом Женя увлеченно беседовал с генерал-майором Николаем Филоновым, прошедшим Курскую битву (на снимке). Они поняли друг друга – ветеран и правнук ветерана.

– Я сам таким же был, когда 22 июня 41-го вместе со своими школьными товарищами записался в ряды добровольцев, – говорит Николай Архипович. – За плечами – девять классов, впереди – военное училище связи в Ленинграде, Воронеж, а потом Курская дуга. Наша третья дивизия противовоздушной обороны обеспечивала информацией истребительную авиацию и зенитные войска, предупреждала жителей о вражеских налетах. Многое от нас зависело, и я счастлив, что мы приблизили победу.

Отныне враг уже не наступал – наступала Красная Армия. История начала отсчет полного краха фашистской Германии.

Артур ПАШКОВ