АРС-ПРЕСС

— Лю-ю-ди-и! — возопил я однажды в кругу своих знакомцев, наслушавшись свеженьких рассказов о суетливой растащиловке бюджетных средств недобросовестными карьеристами. — Есть ли среди нас, остались ли те, кто заточен на идею, кто в поте лица своего трудится не за страх или деньги, а за совесть?!

— Да не ори ты, оглушил совсем, — спокойно отпарировал один из приятелей. — Съезди вон в Тишанский детский лагерь, там начальником Саня Семенцов. Вот и убедишься, что не все лишь интригуют и стригут купоны, а кто-то еще пашет, как ты выразился, за идею. Он вот недавно — я сам тому свидетель — на свои «бабки» покупал томатную пасту для лагерной столовой и сахару из дома спер полмешка — лишь бы у детворы чай на столе был сладкий.

Саня? Да, Александр Владимирович Семенцов — этот может. Последний из «могикан», он действительно резко выделяется в толпе управленцев новой волны.

Ну сами посудите: кто из «вменяемых» руководителей пойдет работать на голую ставку в десять тысяч? И куда? Туда, откуда либо выносят в предынфарктном состоянии, либо заводят уголовные дела по поводу всяческих нехваток, перерасходов, злоупотреблений. Ни один директор детского оздоровительного лагеря «Чайка» не ушел отсюда «по-доброму», ни один не проработал больше одного сезона.

А Саня… Саня вкалывает здесь, вернее, заканчивает вкалывать уже второй сезон — и ничего. Ни дурных слухов, ни заяв в прокуратуру. А потому что честный, потому что на такого даже самый отвязный сплетник не посмеет сказать: «Он — вор». Вот к нему и поеду. Если застану, конечно, ибо наслышан: у этого директора не то что кресла — стула даже под собой не имеется. Потому, наверное, и носится (на своей, а не на казенной) машине по рабочей надобности целыми днями: забот-то полон рот.

…Мне повезло: пересеклись с Александром Владимировичем прямо на дорожном съезде в лагерь. Только я ехал с хоперского пляжа — весь чистенький и отдохнувший, а он — в мыле, из очередной деловой поездки, где снова что-то доставал для лагеря, с кем-то решал вопросы, подписывал какие-то документы… Волей-неволей разговор пришлось начать именно с этого: «Сколько раз за лето купался в Хопре?»

— Два раза, — с ходу ответил директор и, похоже, сам удивился такому счету. — Ё-моё, а тут уж и лето кончается…

— Чего ж ты так? — упрекаю невсерьез. — Быть у воды и не замочить ноги… И котлеты тазиком домой не возишь?

— Какие котлеты?! Да еще тазиком… Ем здесь урывками и то не каждый день. И исключительно порционно. Я и поваров приучил: чтобы ни-ни, ни один кусочек на сторону. Тут и так еле-еле сводим концы с концами. То в одном месте рвется, то в другом. И все вот этими руками — выставляет он передо мной свои огромные ладони — приходится связывать, затыкать, разгребать.

Вообще-то у нас с Александром не шапочное знакомство. Когда-то вместе работали в районной администрации. Я занимался идеологией, а он был председателем спорткомитета. Кстати, на этой должности он продержался дольше всех коллег — аж 19 лет. При нем возвели первую хоккейную коробку, по его предварительному эскизу построили прекрасный стадион в райцентре. Но, самое главное, при Семенцове местные спортсмены гремели своими рекордными достижениями.

— Ниже десятого места среди сельских районов мы ни разу не опускались, — не скрывая гордости, вспоминает Александр Владимирович. — А в 1994 году на областной сельской спартакиаде заняли второе место, уступив только новоаннинцам. А теперь наше «любимое» место либо 32-е, либо — и это уже успех!— 31-е.

Впрочем, мы отвлеклись. «Рассказывай, — говорю, — о своих нынешних подвигах, нечего старыми козырять».

— Да не буду я ничего рассказывать, — тормозит меня директор. — Сам вон смотри и впечатляйся.

А чего смотреть, если и так понятно: лагерь при Семенцове преобразился. Подтянулся, подкрасился, похорошел. А ведь весной 2013 года речь шла о его ликвидации. Районная администрация уже с радостью готовилась сбагрить со своих плеч такой неблагодарный в своих затратах объект, как последовал окрик аж из самой Москвы. Тогда-то в почти «убитой» «Чайке» и появился А. Семенцов.

— Саня, а говорят, что ты сам печку в сторожке сложил?

— Было дело. Привез специалиста-печника, а он мне условия: старые останки разобрать, кирпич от глины очистить, новую глину и песок, а также цемент — завести. А еще — выделить молодого помощника и приготовить 15 тысяч платы за работу. Я прикинул: лучше самому все это сделать, тем более что платить-то нечем. С помощью двух сторожей-пенсионерок такого кирпичного «верблюда» сварганили, что будь здоров! Затопили — ничуть не дымит. Сюда же из дома перевез старый сейф для хранения оружия — чего железяке зря валяться. А полицейским это в подмогу.

Тут Александра Владимировича позвали по срочному делу, а его место за столиком под старым вязом заняла симпатичная начальница смены Аня Гаврилова. Недавняя выпускница университета, она с удовольствием приняла предложение поработать в лагере, вникла во все здешние проблемы, внесла свой скромный вклад в достижения. Но говорит не об этом, а снова о шефе.

— Вы представляете, когда сюда назначили Александра Владимировича, он буквально накануне открытия — ночью! — с бригадой мастеров из Урюпинска заменил в жилых корпусах лагеря 28 дверных и оконных блоков! Работали, как черти, но к началу торжественной линейки лагерь сиял красивым новоделом. А водонапорная башня! Ну кто, кроме шефа, мог залезть туда, подобно альпинисту, и заварить проржавевшее место?! И, между прочим, при помощи собственного сварочного аппарата и своими же электродами. Сэкономил таким образом тоже порядка 15 тысяч, которые содрали бы только за вызов спецмашины с вышкой…

А еще, оказывается, Александр Владимирович вварил трехфазный кабель для того, чтобы наконец смогла прогреваться вода в 6-кубовом резервуаре над душем. А ведь рисковал жизнью, контактируя с напряжением в 10 000 вольт. Местные электрики, видите ли побоялись, а Александр Владимирович… Кстати, пройдите, посмотрите, какую прекрасную новую душевую построил наш директор, там даже биде для девочек есть…

— Стоп, Анечка, хватит! А то мне не поверят наши читатели, «нарисовал», дескать, чуть ли не ангела!

На этом фоне совсем уж мелкими, почти смешными становятся первоначально услышанные рассказы о каком-то сахаре из дома, томатной пасте.

Как его вообще жена еще не выгнала? «Чистая» зарплата десять тысяч, а расходы…

…Лагерь «Чайка» располагается на месте некогда необъятного поповского сада. От него, от сада, осталось совсем немного, последние старые дерева окаймляют обжитую детьми территорию.

Оглядывая всю эту красоту — на фоне недалекого Хопра — я поневоле вспомнил есенинские строчки, адресованные сестре Шуре:

А сад наш… сад.

И по нему весной

Пройдут твои заласканные дети

О, пусть они помянут невпопад,

Что жили чудаки на свете.

Кто тут чудак? Есенин? Поп, взрастивший сад? Директор Семенцов? Или, может быть, я сам?

Петр Суворов

«О, пусть они помянут невпопад, что жили чудаки на свете…»

Последние новости