АРС-ПРЕСС

…«защитников детей» – вот вопрос, которым задаётся «НВ» в Международный день защиты детей

Эта супружеская пара в отчаянии искала помощи везде – они звонили юристам и психологам, бегали в приёмные всевозможных общественных организаций, писали на анонимные сайты психологической помощи. Они требовали, просили, умоляли помочь им, сделать хоть что-нибудь, но им везде отвечали, что сделать ничего нельзя. В лучшем случае им сочувствовали, но чаще, узнав, в чём дело, просто отказывались с ними разговаривать. Большинство людей в ужасе шарахались от родителей, у которых социальная служба отобрала ребёнка за жестокое обращение.

А ребёнок, пятилетняя девочка, в это время сидел, забившись в угол, в детском доме и не мог понять, что случилось. Она просто гуляла с другими малышами в детском саду, все катались с горки, и она со смехом рассказала подружкам, как один раз захотела скатиться с другой горки, более высокой, и как папа подтолкнул её, потому что она не могла на это решиться. Ей так хотелось поделиться с девочками теми впечатлениями, похвастаться, что она всё-таки съехала с горки и что её замечательный папа помог ей это сделать…

Но её рассказ услышала воспитательница – и сразу же после прогулки девочку увезли из детского сада, а пришедшей за ней вечером матери объявили, что она больше не имеет права видеть собственного ребёнка. Дома, мол, её ребёнок находится в опасности, и поэтому её с мужем будут лишать родительских прав.

Сразу скажем – эта правдивая история закончилась относительно хорошо (по сравнению с другими): родители выиграли суд, доказали, что неопасны для дочери, и девочка вернулась домой. Только больше она не смеётся и не улыбается. И не может даже минуты провести без родителей – стоит матери выйти из комнаты, как она начинает безудержно плакать. А психологи снова разводят руками: с этим уже ничего нельзя сделать, это травма на всю оставшуюся жизнь.

И тем не менее этой семье ещё повезло. Другим родителям, которых посчитали опасными для детей, редко удаётся вернуть их. Ведь для этого они, обвиняемая сторона, должны доказать свою невиновность. А сделать это практически невозможно: взрослые родственники ребёнка, попавшие в поле зрения сотрудников ювенальной юстиции, сразу же, автоматически объявляются виновными в жестоком или просто «ненадлежащем» обращении с ребёнком.

Главный принцип, на котором держатся все без исключения правовые системы, – презумпция невиновности – в вопросах, касающихся отношений родителей с детьми, не соблюдается. Его вообще не существует. Любой родитель, которого социальные службы заподозрят в плохом обращении с ребёнком, считается виновным, пока не докажет обратное. Если докажет…

В нашей стране эта бредовая система ещё не расцвела пышным цветом. А вот в других странах она давно отработана и функционирует идеально.

– У нас после первой жалобы ребёнка на родителей в детском саду или школе и мать, и отец обязаны пройти специальный «курс обучения» у психолога, – рассказывает израильский психолог Ольга Бермант-Полякова. – Курс длится одну-две недели, в дневное время, так что родители вынуждены отпрашиваться с работы или брать отпуска за свой счёт. Отказаться они не имеют права, даже если за это им грозит увольнение. И если после «обучения» ребёнок снова случайно ляпнет, что его заставили вымыть за собой чашку или не позволили играть, пока он не сделал уроки, его маму с папой лишают родительских прав, а сам он отправляется в приёмную семью.

Примерно так же работает ювенальная юстиция в США и многих европейских странах. Истории с детьми, отобранными по доносу соседей, с которыми их родители поссорились, или из-за какой-нибудь неосторожной фразы, оброненной самими детьми, появляются в новостях с пугающей регулярностью.

Американский отец долго ловил разыгравшегося сына, чтобы посадить его в машину и ехать всей семьёй на пикник, – соседи сообщили в полицию, что он избил ребёнка. Норвежская девочка пожаловалась в школе, что дома ей не дают много сладкого, – её отобрали у «жадной и жестокой» матери.

А защитники ювенальной юстиции, называющие себя «борцами за права детей», считают это абсолютно нормальным и радуются каждой разрушенной семье. Любая попытка переубедить их натыкается на одни и те же обвинения: «Вы ненавидите детей, вы хотите, чтобы отцы-алкоголики и дальше их били и морили голодом!»

Ювенальная юстиция, как она понимается на Западе (на самом деле это раздел юстиции, который работает с малолетними правонарушителями; он был прекрасно развит в Российской империи и продолжал функционировать в СССР), тихой сапой, через подзаконные акты пытается проникнуть в нашу жизнь. И может быть, ходящая по Сети картинка, на которой мать убегает с детьми из дома в лес, отец с оглоблей прикрывает их отход, а с вертолётов прыгают спецназовцы с буквами JJ (Juvenile justice) на бронежилетах, скоро станет мрачной правдой…

– Никто не должен решать за родителей, какого мировоззрения должны придерживаться дети, каков должен быть их образ жизни, – убеждён Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. – Должны ли они, к примеру, соблюдать пост, исполнять обязанности по дому, придерживаться определённых норм в общении с противоположным полом, а до определённого возраста физически ограждаться от опасных и вредных поступков.

Уже сегодня реабилитационные центры, приюты, центры психологической поддержки, созданные Русской православной церковью и другими традиционными религиозными общинами России, успешно решают вопросы воспитания сирот, реабилитации малолетних преступников, обращения на путь ответственной жизни «трудных» детей или проблемных родителей. Именно этот опыт является сегодня той самой альтернативой, которая должна быть учтена нашим обществом при обсуждении темы ювенальной юстиции и границ вмешательства государства в жизнь семьи.

Как защитить детей от…

Последние новости