АРС-ПРЕСС

Дорога в Дельфы тянулась через горные перевалы. С левой стороны красовались вершины и распадки, покрытые снегом. Здесь располагаются любимые многими европейцами горнолыжные курорты. А у подножий, в долинах,— живописные места, которые облюбовали «новые греки». Оно и понятно, ведь до столицы всего 3—4 часа езды.

Гид Андрей, чтобы скоротать время, стал рассказывать, как однажды автобус с туристами, в котором ехал и он, чуть было не потерпел аварию и не свалился в ущелье — на крутом вираже переломилась ось. Бог, как говорится, миловал, но с тех пор экскурсовод советует всем, кто путешествует по горам, выбирать автобусы местных производителей. Мол, они более приспособлены к сложным дорожным условиям. Мы недоумённо переглянулись: наша машина была немецкой. Заметил ли это наш бесстрашный гид?
Кстати, на обочинах греческих дорог то и дело встречаются маленькие домики с крестами. Внутри — подношения богам, иконы и свечи, иногда горящие. Первое, что
приходит на ум,— здесь случилось ДТП со смертельным исходом, ведь в России ставят гранитные и железные памятники в местах аварий и даже выбивают на них имена жертв. В Греции всё наоборот. Домики сооружают там, где человек спасся от, казалось бы, неминуемой гибели во время дорожного происшествия — это знак
благодарности и древним божествам, и Господу единому.
Слава Богу, мы добрались до Дельф без происшествий. А когда поднялись к знаменитому археологическому музею, не сразу поняли, что стоим у подножия ещё более знаменитой горы Парнас. Она не так высока, во всяком случае — без снега на вершинах, но выглядит очень величественно. Говорят, тот, кто переночует возле неё, или становится поэтом, или сходит с ума.
Мы посчитали, что первого наша группа в какой-то мере уже достигла (как-никак журналисты, мастера слова!), а попытку лишиться рассудка предпринимать не
стоит, это не входило в первоначальный план визита российской делегации. Поэтому все дружно пошли в здание музея. Правда, нас встретили не древние
скульптуры, а выставка современного искусства. Красноярский культурно-исторический центр со своими неожиданными экспозициями там бы, как говорится, отдыхал.
Но едва журналисты подошли к залам, где сосредоточены ценнейшие исторические экспонаты, так сразу же получили по рукам. Нет, мы не трогали кувшины, статуэтки и фрески, даже не пытались затереть их до дыр или оставить собственный автограф. Просто едва ли не у каждого был фотоаппарат и едва ли не каждый хотел запечатлеть себя и коллег на фоне археологических находок. Но в греческих музеях действует негласный закон: позирование запрещено! Как я понял, опять же из уважения к богам, ведь, согласитесь, не наша это с вами собственность, её владельцы живут где-то за облаками и строго следят за тем, что происходит на грешной земле.
Выполнив обязательный музейный минимум, мы покинули современное здание археологического комплекса и начали карабкаться по ступенькам наверх — к развалинам древнего греческого города. Чтобы внимательно осмотреть все местные достопримечательности, нужно потратить даже не несколько часов, а несколько дней. У нас же времени было не столь много. И прошли мы всего лишь чуть дальше частично сохранившегося храма Аполлона.
Впрочем, добрый гид основное внимание уделил не самому храму (о нём он с гораздо большим увлечением рассказывал в музейных залах), а месту, где раньше
приносили жертвы богам. Каких животных предпочитали резать, куда стекали струйки крови — это нам было преподнесено в мельчайших подробностях. Обожающий
туристов Андрей готов был тем не менее кое-кого из нас тоже принести в жертву — не тех, кто заворожённо выслушивал его профессиональные речи, а тех, кто
отрывался от группы, занимаясь собственными исследованиями и поиском удачного фоторакурса. Я был явно в числе кандидатов на «разделочную доску».
Впрочем, было ещё одно запомнившееся действо. Недалеко от храма Андрей окликнул свою греческую коллегу, приобнял и заставил её продемонстрировать нам...
ослепительно белые зубы. При этом пояснил:
— Она родом отсюда, а местные жители пьют насыщенную калием воду, стекающую с Парнаса. Потому и зубы у девушки такие крепкие и красивые.
Нам ничего не оставалось делать, как едва ли не вприпрыжку бежать к малозаметному ручейку, берущему начало действительно в горах. Пили воду глотками, черпая
ладонями, и всем казалось, что нет её вкусней и полезней для здоровья.
Дальше в программе значилось посещение монастыря Святого Луки Биотийского и обед в монастырской трапезной. Надо признать, что это не первый монастырь,
который нам показали. До этого завозили в женский, где монахини потчевали журналистскую братию чаем, кофе и сладостями, наотрез отказываясь
сфотографироваться на память. В мужском же — после осмотра основных зданий и поклонения святым мощам — трапеза была настоящей, с монастырским вином.
А перед этим, для поднятия аппетита, преподнесли и по чарочке крепкой виноградной настойки — узо. Несмотря на пост. Или благодаря посту. Честно говоря, я в
этом не разбираюсь, но коль и сами монахи пробуют, отчего ж было не попробовать и мне? Любопытно было и другое. Монастырь мужской, а в столовке работают
женщины. Не мужское это дело — готовка пищи? Чем же занимаются сами монахи?
Фронт работ, конечно, здесь обширен. Греческая церковь владеет не только многочисленными зданиями, но и землёй, на которой священнослужители, послушники и
просто рабочие выращивают виноград, апельсины, мандарины, оливы, овощи для прокорма себя и других. Здесь же — винодельческие заводики, магазины и лавки.
На сытый желудок путешествовать гораздо легче. Тем более что организаторы визита наконец-то решили дать россиянам передых. Они погрузили наш автобус на паром
и отправили на остров Эвбея, где располагается курорт Эдипсос. Там нас и оставили на сутки.
«Если верить античным философам, целебные воды Эдипсоса были известны уже в 4 веке до нашей эры,— авторитетно написала потом на сайте АРС-ПРЕСС моя
ростовская коллега Наталья Игнатова.— Их состав и воздействие на организм человека изучали ещё Аристотель и Гиппократ. А вот как описывает появление целебных
ключей греческая мифология. Богиня Афина приказала брату Гефесту ударить гигантским молотом по земле и открыть целебные горячие источники, чтобы Геракл мог
восстанавливать свои силы после очередного подвига. Как свидетельствует Плутарх в сочинении «Жизнь Силлы», период расцвета Эдипсоса пришёлся на эпоху Римской
империи».
Надо признать, все были несказанно рады не только посещению мест, где лично лечили свои хвори товарищи Аристотель, Гиппократ, Геракл и прочие, но и тому, что
нам наконец-то дали возможность отдышаться в конце напряжённой рабочей недели. Тем более что сотрудники курорта сразу стали демонстрировать дорогим русским
гостям лечебные преимущества своих термальных вод, грязей, саун и так далее.
Лично мне едва ли не часовое недвижимое лежание в горячей грязи, пусть и обернутому в чистую простынку, показалось мукой. Пришлось сократить процедуру и
посвятить оставшееся время купанию в тёплых бассейнах, в том числе и под открытым небом. Некоторые коллеги рискнули окунуться в воды ещё не очень ласкового
Эгейского моря, тем более что из прибрежных скал бьют те же термальные источники, образуя в каменном массиве ванночки — только подбирай их себе по вкусу...
извините, по температуре содержимого.
Оздоровившись физически и попрощавшись с гостеприимным директором курорта, мы поехали оздоравливаться духовно — в храм Святого Иоанна Русского, расположенный
в горном городке Новый Прокопион на том же острове Эвбея. Говорят, что здесь обычно бывает не так много туристов, но 27 мая — в последний день жизни на Земле
великомученика — сюда стекаются сотни тысяч паломников.
Настоятелем храма оказался очень статный, красивый священнослужитель, в которого сразу влюбились все незамужние представительницы российской делегации. И
замужние тоже. Отец Георгий рассказал о житии Ивана-Иоанна, появившегося на свет примерно в 1690 году. Тот был обыкновенным русским солдатом, оказавшимся в
плену во время войны с Турцией и перенёсшим много мучений, издевательств.
Но веру свою христианскую Иван не предал. Живя в конюшне, он сравнивал свои условия с вертепом в Вифлееме, где родился Иисус Христос. Смирившись с участью
пленника, бывший воин стал усиленно молиться за себя и других и ещё при жизни творить чудеса. Даже турки начали называть его «вели», то есть «святой».
Перечень этих чудес множится и по наши дни.
Я невольно обратил внимание на то, что открытая часть мощей святого Ивана имеет тёмный, почти чёрный цвет, хотя священнослужители уверяют: тело его осталось
нетленным со дня похорон. Объясняется это тем, что турки в отместку христианам пытались сжечь святые мощи. Но когда они увидели, что тело двигалось в огне,
словно живое, разбежались в страхе. Христиане же нашли его среди обгоревших углей и пепла — почерневшим от копоти и дыма, но, как уверяют, таким же
благоуханным и нетленным.
Российские журналисты приложились к мощам святого Иоанна Русского, которые были перенесены в 1925 году в Новый Прокопион из турецкого Прокопиона греческими
беженцами. Осмотрели мы и пансион для паломников, расположенный рядом с храмом. Священнослужители не только напоили чаем, настоянным на горных травах, но и
подарили каждому много раз переизданную книжечку «Новые чудеса Св. Иоанна Русского» — в надежде, что о её содержании узнают десятки тысяч читателей, живущих
в регионах России. Ведь книга и посвящена великому русскому православному народу и новомученикам его. Если и вам, дорогие читатели «Красноярского рабочего»,
это интересно, напишите в редакцию — опубликуем подборку чудес.
Дальше наш путь лежал на материк. Остров Эвбея вскоре остался позади, и через пару часов автобус уже въезжал в Афины — столицу нынешней Эллады.

Владимир ПАВЛОВСКИЙ.

Стать поэтом иль сойти с ума?

Последние новости