АРС-ПРЕСС

Почем фунт веры? Журналисты расспросили об этом митрополита Даниила, который на днях побывал в редакции «Вечернего Северодвинска»

Владыка Даниил волей Божьей и патриарха – путешествует. Много лет назад благочинного Троице-Сергиевой лавры Даниила (Доровских) церковное руководство нежданно благословило поднимать веру православную на Сахалине.

Больше храмов – больше епископов

Так что у бывшего епископа Южно-Сахалинского и Курильского свое кино про «Остров» имеется. Девять часов лету от Москвы (а скорей, от лавры), странные храмовые помещения, бумажные иконы, ни в чем не уверенные малочисленные батюшки. Зато абсолютно уверенно державшиеся в епархиальных коридорах крысы. А погодка, погодка…

Таковыми были первые ощущения. Но, соглашается со святым Серафимом Саровским теперешний митрополит Архангельский и Холмогорский, лучше ножкой топнуть, чем в уныние впасть!

- Владыка, вы отвечаете на все вопросы?

- Почти на все. Часто люди задают вопросы для нас, священнослужителей, простые, а для них совсем не простые. Это хорошо. Это говорит о том, что мы все-таки хотим разобраться, понять, узнать Господа. Жалко, что православных священников, по статистике, меньше, чем служителей других конфессий. Вот скажите, где здравоохранение сильно? Там, где много врачей. Так и в Церкви. Часто люди не могут получить ответов на вопросы, потому что или батюшек не хватает, или они сами этих ответов не знают.

- Ваш предшественник владыка Тихон пребывал в звании епископа. Вы - митрополит. И в Архангельской области теперь три епархии. В чем смысл столь заметной административной реформы?

- Конечно, решение Патриархии вызвано необходимостью приблизить архиереев к рядовому духовенству. Но раньше было и того сложнее. До 1682 года Архангелогородчина входила в состав Новгородской епархии, а в советское время ею управлял епископ Мурманский и Архангельский.

Христос тоже гневался
- Сейчас распространены паломнические поездки в монастыри, которых тоже стало достаточное количество. Что вы об этом думаете? Вы, монах.

- Да, хорошо, что люди теперь ездят в монастыри по велению души или за советом. И казалось бы, опыт духовной жизни у монахов больший, чем у обычных батюшек. Но к примеру, о семейных проблемах с монахами сложно говорить. Опыта семейной жизни они в основном не имеют. Святитель Игнатий Брянчанинов когда-то писал: «Кто сам был искушен, тот может искушаемым помочь». Лично я беседовать на семейные темы отправлял к тем редким, кто ранее был женат.

- О слове… Владыка, на днях митрополит Волоколамский Илларион заявил: журналистике нужны нормы, которые бы защищали людей от последствий информационных войн. Вы имеете какие-то суждения о нашей работе в этой связи?

- Что сказать? Журналисты очень разные. Встречался тут с одним молодым человеком. Он открыто заявил: я мастер пера, талант свой продаю, платите - и все будет в лучшем виде! Разумеется, мы расстались каждый при своем. Я считаю, что в любом деле должна быть нравственная составляющая, ответственность. Это проблема не только журналистов - всего общества.

- Это как-то в общем...

- Конкретно! Кто-то делает фальшивые лекарства, кто-то – некачественные продукты, кто-то - липовый имидж. Я вчера был на областном экспертном совете по нравственности, услышал много страшной информации. Скажите, как можно накормить ребенка в детском доме на 30 рублей в день? Какой может быть тендер на кормление детей, где побеждает вариант «подешевле»? Тем более здесь, на Севере, где в рационе нужны ягоды, фрукты, нормальное мясо. Тендер… Это же глупость, и это преступление. Потому что нет в обществе духовно-нравственного стержня. А будь он, тогда и юридические законы при всем их несовершенстве начнут лучше работать.

- Признаем, слишком много негатива исходит сейчас от СМИ. Каждый день слышим мы о коррупции, воровстве, всевозможных преступлениях. В душе поднимается гнев. Скажите, это праведный гнев?

- А Христос, если помните, тоже гневался. Одно «но»! Гневался не на личности, а на пороки. Был у нас в Троице-Сергиевой лавре монах родом из Грузии. Как-то он мне сказал: «Мне с русскими тяжело. Сегодня вы говорите – он мне друг! А завтра – он мне не друг! У нас так не принято. У нас говорят: вчера такой-то хороший человек совершил плохой поступок». Красиво, правда? Во-первых, это было вчера. А во-вторых, это поступок плохой, а не человек плохой. Мы же, как правило, все переносим на человека, на личность. А ведь осуждение - грех. Да… смирения в людях мало.

- А что такое это самое смирение?

- Смирение – понимание, что я рожден на эту землю со всем спектром греха, который есть в каждом. Если мы это понимаем, то другого не осудим. Как не осудит за недуг один сосед по больничной палате второго, третьего… Даже представить смешно!

«Талантов нет, живу в глуши»
- Владыка, вы тут упомянули о детях. Давным-давно Церковь в жизни ребенка играла значительную роль. Сегодня она, сознательно и порой ущербно, сведена к нулю. Или есть все-таки общение?

- Мало, но не ноль. Почти при каждом приходе имеются воскресные школы для малышей и подростков. Но мне вот о чем бы хотелось сказать. Много слышим мы сейчас о детских суицидах. А есть апробированная практика, когда батюшки встречаются и говорят об этом с ребятами. Простой, дешевый и достаточно эффективный способ борьбы с самоубийствами.

- А у вас, владыка, подобный опыт есть?

- Приходилось беседовать с мальчиком, который имел уже попытку и абсолютно искренне спрашивал меня: а зачем жить? «Я неудачник: мама простая, папа пьет, талантов нет, живу в глуши, школа из рук вон…» Что ответить? Я спросил, хотел бы он оказаться там, где будет еще хуже, еще тяжелее, еще страшнее? Что неминуемо, если речь идет о самоубийстве. Со смертью тела проблемы не исчезают. И на землю мы посланы не блаженства ради, а для того, чтобы крест свой пронести до конца, красиво. Словом, долго мы разговаривали с этим парнем о том, о чем в школе не говорят и дома тоже не говорят. Смотрю, в глазах страх, жизнь появились…

- Наш земляк Иоанн Кронштадтский утверждал, что священник обязан быть ангелом на земле - всем помогать, всех утешать, всех слушать.

- Один священник не сможет ничего сделать, если не будет ему помощи от общества. Ведь чем, по большому-то счету, должен заниматься батюшка? Молиться, исповедовать, причащать тайн Христовых, проповедовать - служить. А миряне должны храмы строить.

- А мне один знакомый батюшка как-то сказал: хватит возводить церкви, пора заняться душами…

- Соглашусь, душа важнее. Поэтому я часто говорю: «Отцы, мы иногда портим людей, которые начинают что-то делать для Церкви». Допустим, кто-то построил на свои деньги храм. И по мнению батюшки, чуть ли уже не спасен. Подождите! Это естественная потребность человека в добрых делах. И если он, по-строив храм, гордится этим так, что презирает других, не по-строивших храм, то это душе большой минус. Можно жить христианской жизнью и иметь минус. Можно молиться во вред, поститься во вред… Это нужно понимать.

Не ангел он, а человек
- Не хочу никого обидеть, но, думаю, смирению пристало бы учиться у тех, кто в церкви служит и прислуживает. А народ жалуется: могут не заметить, могут отмахнуться, могут сказать нечто неожиданное. Речь в основном о приходских бабушках, но иногда и о клириках.

- Ну, здесь, на Севере, у вас бабушки – цветы. Вот у нас в лавре такие бабульки водились! А насчет священников… Я вам одну историю расскажу. В Троице-Сергиевой несколько отцов несли тюремное служение, исповедовали. Ну а поскольку в камерах можно вешать топор, то запах сигарет мгновенно впитывался и в бороды, и в одежды. И вот как-то раз один такой священник случайно слышит, как прихожанка говорит другой: «Ты к этому батюшке на исповедь не ходи, он не благочестивый, от него куревом всегда несет».
Чего только не бывает в этой жизни. А священники, они не ангелы, они просто люди.

- Совсем скоро Новый год. Вы как Новый год отмечаете?

- Во-первых, обязательно служу новогодний благодарственный молебен. Но для меня это скорее небольшой светский праздник вроде дня рождения. А главное, это предрождественский праздник. Поэтому в Новый год умеренность нужна. Чтобы силы и средства все не растерять перед Рождеством.

Записала Наталья КОЛОГРЕЕВА

Почем фунт веры?

Последние новости