|
|
|
27.07.2026, 20:12 |
|
|
|
Шел трамвай десятый номер…29.06.2012, 22:45 «Областные вести» (г. Волгоград)
 Вот бывают же приятные журналистские задания! Пока коллеги сидят в офисе и строчат заметки в газету и на сайт, мне надлежит прокатиться на городском трамвае и поглазеть в окошко. А потом поделиться с вами, дорогие читатели, увиденным.Я сначала думала, что задание приятное. Оказалось, удовольствие ниже среднего! Сажусь в одиночный вагон трамвая под номером 10. На кольце у Детского центра он пуст, как карманы перед получкой. Удобно устроившись на заднем сиденье, смотрю в исцарапанное каким-то вандалом-недоумком пластиковое окно. У стен СИЗО сломанное недавним ураганом большое дерево. Почему, интересно, не вывезено до сих пор? На станции переливания крови дребезжащий вагон заполняет толпа пассажиров. И откуда здесь столько людей? Все исправно платят по 12 рублей, кто-то победоносно размахивает проездным. Тем временем трамвай сворачивает в частный сектор. Вот место, о котором можно писать сочинение на тему «Волгоград — город контрастов». Покосившиеся заборчики и вросшие в землю домишки соседствуют с роскошными оградами недавно построенных особняков. И все это утопает в невероятном количестве мусора. Я в последнее время часто задаюсь одним и тем же вопросом: неужто мы столько всего пьем из пластиковых бутылок? Они везде! Во дворах, на улицах, в скверах, на пляжах, в лесах… Я где-то читала, что за год одним жителем выбрасывается около 300 кг мусора. Из этого количества примерно одну треть составляют изделия из пластмассы (чаще всего это ПЭТ-бутылки и так далее). На Западе их собирают и перерабатывают, а у нас… Скоро только наши головы будут торчать из гор пластиковой тары. А ведь для того, чтобы одна такая бутылка полностью разложилась, требуется как минимум 200 лет! А это что такое? А это разбитый автомобиль. Какой-то «рачительный» хозяин бросил авто прямо посреди улочки, ведущей вглубь частного сектора! А куда коммунальщики смотрят? На машине есть номера, значит, можно установить владельца и призвать его к ответу! Пытаюсь сама разглядеть их, но, увы… Обзор мне загораживает упитанная попа жизнерадостной цыганки. В каждой руке она держит по чумазому ребятенку. Встаю, уступаю место. Вместо спасибо, приличествующего случаю, слышу: — Окошко закрой! — Так ведь душно здесь невероятно, задохнемся же… — Окошко закрой, сказала! Дети простудятся. И тут же как по заказу, словно дрессированная мартышка, один из чумазиков начинает реветь во весь голос. Закрываю окно. И тут на меня набрасывается бабуля: — Зачем закрыла? Открой! — Да тут, говорят, деткам холодно… — Открой, собака! Собака — это, видимо, я. Не желая далее слушать оскорбления и участвовать в столкновении интересов, протискиваюсь на переднюю площадку. А на задней закипает нешуточная свара. Божий одуванчик против цыганки. Не хочу знать, кто победит, не хочу! И смотреть в экран вагонного окна тоже не хочу. Нет там ничего, радующего глаз. Вот кипит, как муравейник, замусоренная, заклеенная объявлениями, загаженная обрывками афиш, душная и пыльная многолюдная «Кача». Вот длинный и серый проспект Жукова, напрочь отбивающий уверенность в том, что ты в южном, практически курортном городе. Вот парк «Олимпия» — унылый, открытый солнцу, с пожухшими чахлыми деревцами и не знавшей полива желтой травой. Разве это парк? Поворот в микрорайон под красноречивым названием «Жилуха» — Жилгородок, если официально. Житуха на Жилухе, судя по всему, та еще… Вот общежитие, у которого вываливаются из стены кирпичи. Место, куда падают обломки, заботливо огорожено. Вот целая груда строительного мусора прямо посреди бульварчика с жидкой растительностью. — А это кафешки незаконные снесли, — поймав мой удивленный взгляд, поясняет попутчица. — Давно уже снесли, а останки точек общепита все никак не вывезут. Дорого, наверное… Наверное, действительно недешево. Дорого поливать, дорого вывозить, дорого сажать, дорого подметать, дорого ухаживать. Тогда зачем все это? Эти псевдопарки, это псевдоисполнение законов, эти псевдодворники и псевдокоммунальщики… Не псевдоденьги, а самые настоящие рубли выделяются на содержание этих улиц, по которым ходят самые настоящие люди. Правда, глядя на все это, они сами превращаются в псевдо. Скандалят в трамваях и дома, становятся злыми, угрюмыми и нервными. А с другой стороны, всем известно — бытие определяет сознание. Так что первичнее? |
|
 
|
|
| © 2008 «АРС-ПРЕСС» |
|
30 лет назад, 18 декабря 1989 г. в Брюсселе было подписано Соглашение о торговле, коммерческом и экономическом сотрудничестве между СССР и Европейскими сообществами. Эта дата стала отправной в построении официальных отношений России как государства-продолжателя СССР с Европейским союзом.
В эти дни в Праге проходят две выставки Музея-заповедника «Абрамцево»: «Лики Гоголя» и «Театр начинается с Абрамцева».
Несмотря на почтенный возраст, Василий Леонидович Угрюмов не только хорошо управляет своими старенькими «Жигулями» и «Нивой», но даже сам по-прежнему ремонтирует машины.
В этом году статус объекта культурного наследия регионального значения присвоен могиле Несвитского Н. Н., контр-адмирала, участника Гражданской и Великой Отечественной войн, который расположен в мемориальном сквере в Хабаровске. Еще четыре здания внесены в реестр в качестве объектов муниципального значения. Все они расположены в Комсомольске-на-Амуре.
Герои живут не только на страницах эпосов и в кадрах блокбастеров, они – среди нас, ходят по одним с нами улицам, а для совершения подвигов им не нужны суперспособности и эффектные костюмы. Обычные люди. Разве что сердце у них гораздо больше.
