Письма в редакцию «Областных вестей» как барометр жизни страны

Письма в газету — это своеобразный барометр общества. И показания этого барометра не могут умалить ни широко входящие в жизнь компьютерные информационные технологии, ни игнорирование этих писем властью, к которой они, эти письма, зачастую обращены.

В последние месяцы уходящего года читательская почта резко активизировалась, а рубрика «Поговорим?» стала одной из наиболее востребованных в газете. Почему так происходит и кто они, участники газетного диалога, размышляют главный редактор «Областных вестей» Анатолий Карман и заместитель главного редактора Тарас Евтушенко.

Анатолий Карман: Знаешь, почему я предложил эту тему для разговора? Потому что у меня после прочтения почты очень часто остается какое-то чувство вины. Потому что далеко не каждое письмо мы можем использовать в газете, а люди, когда пишут, все-таки надеются, что их голос, их настроение будут обнародованы.

Тарас Евтушенко: Я их прекрасно понимаю, но и они должны понимать, что наши возможности ограничены.

А. К.: Пользуясь сегодняшней возможностью, я и хочу поблагодарить всех, кто нам писал в этом году, а также сказать, что ни одно письмо не осталось без внимания. Даже такие толстенные, на десятках станиц машинописного текста, как от пенсионерки С. Н. Бондаренко. Умные, едкие, критикующие власть. А Клавдия Михайловна Перфильева! «Я живу на царицынской земле с 1954 года, когда мои предки построили первое поселение по берегам реки Царицы»… Это из ее письма. Она передала редакции книгу-исследование на 550 набитых текстом и иллюстрациями страницах под названием «Астраханские казаки царицынской станицы». Это что-то! Объемнейшая энциклопедия. Еще из письма: «Я издала книгу за свой кредит и свою пенсию. Очень бедствую, но счастлива, что один из видов казачества России (из 12 видов) подробно описан мною, царицынской казачкой».

Т. Е.: А вот, смотри, обращаясь к нам двоим по поводу нашей рубрики, она пишет: «Читаю вашу газету с жадностью получить новые вести, не напечатанные в других СМИ»… Дорогого стоит.

А. К.: Зато другой наш автор, как он пишет, «дедушка по кличке Лука, на самом деле Николай Лукич из Новониколаевки», подкалывает нас: «Вообще-то я лично категорически против того, что вы имеете право и не печатать, и не отвечать, и не возвращать материалы вашим корреспондентам»…

Т. Е.: Ну что тут поделаешь? Как говорится, всем не угодишь. В нашей почте немало писем и от тех, кто, как Лидия Андреевна Денисюк, недовольны сокращением места под телепрограмму. А вот будь моя воля, я бы вообще убрал телепрограмму, чтоб освободить место под нормальные материалы. Тебя вот только не могу уговорить.

А. К.: Я проанализировал не одну сотню писем с купонами, присланными для участия в розыгрыше среди подписчиков, куда были вложены и ответы на вопросы о газете. В том числе и по телепрограмме. Голоса тех, кто за размещение ТВ-программы, как у нас раньше было, на четырех полосах, и тех, кто вообще за устранение ее из газеты, делятся абсолютно пополам, голос в голос. Не учитывать мнение такого числа читателей мы не можем. Вот и выбираем «золотую» середину: две полосы. Конечно, в сокращении. Конечно, порождаем недовольство, но…

Т. Е.: А я хотел бы еще раз заглянуть в письмо «дедушки Луки». Очень ироничный, надо сказать, и въедливый «дедушка». Вот одна из его рекомендаций: «Хотелось бы на страницах «Областных вестей» знакомиться с разными рейтингами, опросами, уровнями зарплат чиновников, бюджетников, почтальонов, энергетиков, железнодорожников и т. д. Об инфляции, о покупательной способности рубля. Заведите рубрику «Раньше и теперь». Раньше минимальная зарплата была 70 рублей, что можно было на них купить? Бензин стоил 9 коп., соль — 10 коп. 1 кг сахара — 76 коп., 1 кВт — 1 коп, мясо — 2—3 рубля. Билет до Москвы и назад до ст. Алексиково стоил сначала 9 руб., а затем 12 руб., туда и обратно. Трамвай – 3 коп., автобус и троллейбус — 5—6 коп. — и катайся хоть целый день. Образование, медицина, санатории были бесплатными. Как и учебники, питание и форма в школе… Так что, если вы ребята честные, эта тема нескончаемая. Флаг вам в руки».

А. К.: Есть интересные предложения и от Василия Георгиевича Королева из р. п. Октябрьского, и от Н. Г. Чистякова из Камышина, и от Мухамеда Хезретова из Камышина же, и от Виктора Ильича Коржина из Волгограда. А Людмила Анатольевна Семенченко из поселка Береславка через нас обращается к режиссеру Говорухину, который возглавил кандидатский штаб Путина: «Мы всегда считали, что вы в оппозиции к несправедливой власти, — пишет она. — Вы были для нас совестью народа. Видели ваши замечательные фильмы. Один «Ворошиловский стрелок» чего стоит. В фильме вы показали, какой беспредел творится; бессилие и продажность власти; как люди от безысходности решаются на самосуд. Но ведь ничего не изменилось за прошедшие годы!» И просит опубликовать письмо в газете: «Говорухин его, конечно, никогда не прочитает, но прочитают наши люди, ведь впереди важные выборы. Пусть люди читают и думают».

Т. Е.: Я, по правде говоря, давно уже отвык от такого рода писем. Помню, когда работал, например, в «Волгоградской правде», то основу почты составляли жалобы людей на текущие крыши, неработающие лифты, общественный транспорт, разбитые дороги…

А. К.: Все это, естественно, и сейчас в полном наборе. Но сегодня письма начинают пульсировать уязвленным достоинством людей. Через строчку задается вопрос: ну почему же нам врут, что у нас все делается для блага народа, мы же видим, что это, мягко говоря, не совсем так? Вот этот вот тип, живущий рядом с нами, но имеющий кабинет во власти, откровенно ворует, а ему хоть бы что, у него волосатая рука в еще более комфортабельном кабинете; в эту вот приемную уже не один раз ходили с жалобой на конкретного чиновника и на конкретные деяния, а с него как с гуся вода; здесь — обхамили; здесь — наобещали и забыли…

Т. Е.: …а здесь понарассказывали разных чудес про какой-то Народный фронт, про отбор самых активных и самых продвинутых в борьбе за народное счастье, поустраивали какие-то праймериз, а в итоге нарисовались никому не известные люди. Наших читателей все больше раздражают расхождение между словом и делом, игры в выборные «паровозы», некстати сходящие с рельсов, грязь партийцев от власти в адрес оппонентов… Неудивительно, что на этой волне мы приросли в тираже почти на две тысячи экземпляров. И это при наличии обвальных тиражей газет так называемого губернского холдинга, находящихся на финансировании областного бюджета, печатающих и телепрограмму и прочее «успокоительное» чтиво.

А. К.: И знаешь, то, что мы говорим накануне Нового года, я думаю, дает нам с тобой право процитировать еще одно письмо. Пусть не обижаются те, кто не разделяет высказанной ниже точки зрения, но даже будь такое письмо одно в нашей почте, и то оно давало бы основания считать нам с тобой, что год этот отработан нами не зря:
«Ваши профессионализм и принципиальная гражданская позиция вызывают уважение и восхищение. Материал, который дает газета, знакомит читателя с положением дел не только в области, но и в стране. Вы не обходите ни одной острой темы, ни одного важного события. И не только знакомите, но высказываете свое мнение по тому или иному вопросу. Это есть своего рода уроки формирования гражданской позиции, то, что так нужно нашему народу в обстановке несменяемого единовластия, надоевшего всем хвастовства «Единой России», бесправия, засилия всяких управляющих компаний в различных отраслях хозяйства, грубого и хамского обращения чиновников, куда бы человек не обратился.

Но, слава богу, начинает наш народ решительно требовать от власти услышать его, народа, голос и не держать нас за быдло, которому можно бесконечно врать с приятным выражением лица.

В этом есть и ваша большая заслуга»…

Это Г. М. Дробышева из Фролово.

Т. Е.: Давай всех наших замечательных читателей — и пишущих нам письма, и просто почитателей газеты — поздравим с новогодними праздниками и пожелаем оптимизма и веры в будущее.

А. К.: И пожелаем самим себе не подвести их веру в нас.