Кому опасна солидарность региональных журналистов

Есть такое понятие, как журналистская солидарность. Это ключевая вещь для данной профессии, потому что она позволяет быть сообществом и хотя бы немного влиять на окружающее пространство. Если бы Господь Бог вдруг взял и исключил это понятие из нашего обихода, журналисты, наверное, перегрызлись бы друг с другом, доказывая, кто более велик, креативен и талантлив. Хотя в действительности в Волгоградской области происходит порой и нечто подобное.
Обратите внимание, журналисты Москвы, в первую очередь федеральных СМИ, почему-то оказались в большей степени сплочены и солидарны. Если бы было не так, то они, конечно, не выходили бы на улицу с плакатами в поддержку избитого Кашина. И не писали бы открытых писем в поддержку уволенного Максима Ковальского (не нарушившего, если что, ни одной статьи Закона о СМИ). Напротив, они, потирая руки, говорили бы: «Так им и надо!» Вот тогда, бесспорно, они не имели бы права называться журналистами.
Хотя объективности ради нужно признать, что и там журналистика и журналисты есть всякие. Есть журналистика «господина Габрелянова», владельца медиа-империи, в которую не так давно влились «Известия», уволив тех, кто не подходил и не устраивал владельцев. В числе них оказались почему-то в первую очередь лучшие из лучших, которые позволяли себе иметь собственную позицию.
Я не уверен, что журналистикой можно называть то, когда сотрудников посылают дежурить под окнами Кристины Орбакайте при минус десяти и устраивают соревнования с другими «профильными» изданиями и даже заключают пари, кто добежит до Филиппа Киркорова первым.
Но, с другой стороны, смотрите: когда хакеры атаковали 4 декабря сайты «Эха Москвы», «Новой газеты», то без просьб и выяснения — а что по этому поводу думают учредители — их сайты начали работать на платформе очень многих электронных СМИ Москвы и России. Это высшее проявление профессионализма и солидарности. Газета «Ведомости» молниеносно открыла доступ к атакованному хакерами сайту «Коммерсанта». Это — солидарность! Это — поступок!
Журналистика — это, помимо всего прочего, еще и способность совершать поступки.
Когда-то в газете «Известия» был замечательный главный редактор. Его зовут Раф Шакиров. В сентябре 2004 года на развороте газеты он опубликовал фото детей Беслана. Живых и мертвых. Он знал, что его уволят, потому что эти фото демонстрировали самое масштабное поражение России на Кавказе. Но он не мог молчать, потому что политика была на втором месте. На первом были люди. Его уволили. Потом никто не стеснялся пожать ему руку.
Вы никогда не задавались вопросом, что отличает профессионального честного журналиста от ремесленника в профессии? Журналисты не умеют молчать, когда молчать невозможно. Невозможно молчать, когда десятки тысяч наших сограждан идут на Болотную площадь, а в Волгограде на площадь Павших Борцов, чтобы их услышали — а их не слышат. Невозможно молчать, когда региональная власть за ночь пририсовывает своей партии власти сотни тысяч голосов на выборах в Госдуму и, не стесняясь, открыто заявляет об этом на пресс-конференции, а официальные губернаторские СМИ, издаваемые на деньги налогоплательщиков, делают вид, что ничего не слышат и не видят.
Сегодня в Волгоградской области официальными средствами массовой информации руководят не журналисты, а чиновники. Чиновник — это такое странное существо, для которого есть только одно правильное мнение. Это мнение вышестоящего чиновника. Знаете, почему губернатор Бровко, заступив на губернаторство в Волгоградской области, меньше чем за полгода обезглавил от профессионалов все государственные СМИ? А спустя совсем немного времени разогнал в своем большинстве и сами коллективы редакций, создав затратный и неэффективный медиа-холдинг?
Потому что журналисты сильнее чиновников. У многих из тех, кто был выброшен на улицу без объяснения причин, есть Имя, авторитет и уважение читателей. Потому что эти чиновники всё равно уйдут, а журналисты останутся.
Со всей очевидностью эта проблема поднялась именно в последние дни. После выборов в Госдуму и массовых митингов протеста против сфальсифицированных их итогов. Именно сегодня стало очевидным, что российской журналистике нужны люди с несгибаемой спиной. Со своими принципами и понятиями о профессиональной честности. И именно поэтому на повестке дня стоит вопрос о журналистской солидарности.
Проводником идеи солидарности журналистского сообщества, по идее и замыслу, мог бы стать Союз журналистов. Но я не знаю, чем сегодня занимается эта организация не то что в масштабах страны, но даже региона. Кто сегодня руководит региональным отделением Союза? Не формально, числясь её председателем, а фактически?
Провели опрос среди журналистов региона с единственным вопросом, мол, назовите навскидку хоть одно полезное дело, инициативу, идею, реализованную региональным отделением Союза журналистов в Волгоградской области. Пустота! Да и о чем вообще можно говорить, когда условного председателя Союза журналистов области в течение года дважды увольняли с работы, демонстрируя полное пренебрежение к нему. Кто-нибудь возмутился и потребовал объяснений? Удивительной молчаливостью обладает наш Союз журналистов. А может быть, трусостью и боязнью последствий?
Сегодня как никогда в регионе созрела необходимость соединения журналистов независимых СМИ в такой же независимый профессиональный союз. Другого у нас просто нет, а то, что есть, профессиональным союзом называть язык не поворачивается. Так что, дорогие уважающие себя коллеги, не пришла ли пора действовать?..

Тарас Евтушенко