АРС-ПРЕСС

«Нужно воссоздавать героя нашего времени, а это не такой простой процесс»

Сегодняшний гость «Советской Сибири» прошёл с палеонтологами и вулканологами Сибирь, Урал, Алтай, Сахалин, Камчатку, Курильские острова, плавал по трем океанам, побывал во множестве зарубежных стран. Но особенно популярным Геннадий Прашкевич стал не в области путешествий, а в области литературы. Писатель, поэт, переводчик, историк, он — автор десятков умных и увлекательных книг.

В дебрях книжных магазинов
— Геннадий Мартович, вы как профессионал можете судить, как изменились читательские вкусы за последние 20 лет?..

— Во все времена в любой стране вкусы читателей постоянно менялись. Но в России многое происходит катастрофично. Подряд две революции — в 1991 и 1993 годах — не просто изменили вкусы читателей, они просто отбили читателям вкус к чтению. Два поколения, по меньшей мере, просто выпали из чтения. Так возникла нынешняя проблема узнавания новых писателей. Те, кого стоит читать, часто остаются неизвестными, ведь их книги не являются частями бесконечного сериала и выходят тиражами, дай бог, одна-две тысячи экземпляров. Практически мы только-только заново начинаем формировать вкус читателей. И, конечно, это прежде всего дело писателей — попытаться создать такие книги, которые и увлекут читателей, и помогут им понять изменяющийся на их глазах мир. Увлекут не обилием убийств и насилия... Нужно воссоздавать героя нашего времени, а это не такой простой процесс. По крайней мере, писатели, связанные с сериалами, в этом процессе не участвуют: издателю выгоднее развлекательная литература.

— Какие ещё проблемы актуальны сейчас в литературе?

— Ну, скажем, проблема выбора книг. Вы входите в книжный магазин и видите, как много на полках стоит изданий. Вы давно отстали от этого адского потока. Физически невозможно уследить за тем, что выходит. Есть, конечно, имена более или менее известные, но как даже их книги отыскать в этом потоке? Я думаю, что коммерческие издательства специально вбрасывают огромными тиражами те книги, которые захватывают, но... не остаются в памяти. Кстати, литературный портал «Белый мамонт», который сейчас в Новосибирске функционирует всё более мощно, как раз призван помочь читателям в выборе нужных книг.

Период невежества
— Сегодня в Новосибирске стартует фестиваль «Белое пятно». Чем он будет интересен?

— Уже в третий раз в Новосибирске встретятся самые разные писатели, а также специалисты в области литературы. К примеру, на этот фестиваль приедет американская специалистка по советской цензуре, что мне, например, чрезвычайно интересно, поскольку я не понаслышке знаю о советской цензуре... Да и о нынешней...

Очень приятно, что нынешний фестиваль связан со столетием Михаила Петровича Михеева — нашего сибирского писателя, которому судьба, к сожалению, не дала полностью реализовать свой чудесный дар. Он начинал как поэт, но, когда вышли первые две книжки, на одном из писательских собраний известная поэтесса подвергла их уничтожающей критике. Михеев был человек добрый, легкоранимый. Он практически перестал писать стихи, затем занялся фантастикой, выпустил превосходную повесть «Тайна белого пятна» (которая, собственно, дала название нашему фестивалю). Но московский писатель Евгений Рысс как-то на пленуме отозвался о повести пренебрежительно... Это мешает любому писателю. В последние годы Михаил Петрович занимался детективами и достиг в этом немалого. Памятником ему остался и литературный клуб «Амальтея», в котором выросло много его учеников.

— Геннадий Мартович, в каком качестве вы будете выступать на фестивале?

— Встречи с читателями, само собой. Но участие в фестивале предполагает и постоянный контакт с приезжими гостями. Дискуссии — это, может быть, самое главное, самое интересное, что будет. Не секрет, что нынешняя российская литература разбита на самые разные группы по интересам — и литературным, и коммерческим. Это не означает, что то или другое плохо, нет, конечно. Коммерческая литература существовала и всегда будет существовать. Хуже другое. Мы, на мой взгляд, находимся сейчас в периоде невежества, в периоде переизбытка информации, причём информации часто неверной, ошибочной, а иногда попросту лживой. Когда издательство начинает очередную новую серию, которая будет состоять, по меньшей мере, из ста томов, посвященных, скажем, истории цивилизаций Земли, необходимо, чтобы все книги были написаны в течение двух-трех лет. Значит, нужно привлечь многих пишущих людей. Потому что нет и не может быть столько писателей в классическом понимании этого слова. Да, маленькая, хрупкая Дарья Донцова в год выдаёт по двенадцать романов. Да, конечно, мы не можем всерьёз к этому относиться. Но ведь люди привыкли считать литературой то, что лежит на их столе. А лежит та же Донцова, те же бесконечные серии, в которых привлеченные к работе авторы абсолютно потребительски относятся к любой исторической персоне. Достаточно поставить гриф «альтернативный исторический роман», и переписывай жизнь Чингисхана, Гитлера, Сталина — кого угодно.

Теперь взглянем на эту проблему с другой стороны: «сериальные» книжки привычны, легко «глотаются». И когда у такого автора выходит одна, две, десять книг, он начинает осознавать себя именно писателем, совестью и честью народа. Самый лучший пример — недавняя встреча премьера с писателями. Я знаю, кто отказался от этой встречи и кто в ней участвовал. Когда премьер, улыбаясь, заметил, глядя на Дарью Донцову и Татьяну Устинову, что «в общем, ваша литература достаточно лёгкая», они искренне возмутились: «Мы и есть литература, мы и есть совесть народа!» Эти преломления, когда человек начинает подавать себя в качестве совести (занимаясь при этом всего лишь бизнесом), конечно, обескураживают.

Как написать невероятное
— Стоит ли противостоять писателям, занимающимся коммерческой литературой?

— Литература делается отдельными людьми. Писатели — люди разные, каждый из них имеет свою цель. Один хочет заработать деньги, другой купить квартиру, третий добиться любви, четвёртый увидеть мир. Всего этого можно добиться, спокойно работая многие годы, создавая то, что будет читаться и переиздаваться. Но люди торопятся, они всего хотят сейчас и здесь, им платят деньги как раз за то, чтобы они писали как можно быстрее. Поэтому они не могут изучить предмет повествования как следует, выявить тонкости времени и языка. Вот и хватаются за детектив (тут многого знать не надо), за альтернативную историю (ее выдумываешь ты сам). А ведь рядом лежит наш огромный, невероятный российский мир. Например, весь наш Север — от Пинеги до Чукотки. Этот мир помог мне написать и «Секретного дьяка», и «Сендушные сказки», посвящённые северу, и «Белого мамонта», и «Подкидыша ада», и «Носорукого»... Север — это наша невероятно сложная и интересная история! В ней бога Кутху могут обидеть мыши, прогрызть ему штаны... А пинежане до сих пор верят, что брызгами живой воды можно восстановить ископаемых ящеров, кости которых вымывает вода Пинеги... Огромный, невероятный наш собственный мир! Вот и займись им, отдай этому не два месяца, а несколько лет жизни — и ты напишешь невероятную вещь... Хемингуэй был прав: хорошая книга себя окупает. Вот обо всем этом мы и попытаемся поговорить на наших встречах, дискуссиях, в разговорах, которые пройдут в рамках литературного фестиваля «Белое пятно».

СПРАВКА
Геннадий Мартович Прашкевич — писатель, автор множества книг, изданных как в России, так и за рубежом. Среди них романы «Кормчая книга», «Секретный дьяк», «Теория прогресса», «Золотой миллиард» и другие. Член Союза писателей СССР с 1982 года (Союз писателей России — с 1992 года), Союза журналистов России с 1974 года, Нью-Йоркского клуба русских писателей с 1997 года, ПЕН-клуба с 2002 года. Он — заслуженный работник культуры России (2007 год), лауреат многих отечественных и зарубежных литературных премий, «Сибиряк года» (2007 год).

ФАКТ
С апреля 2008 года Геннадий Прашкевич ведёт в Новосибирске ежемесячный семинар молодых писателей.

Дарья Доротова

Белые пятна современной литературы

Последние новости