Новосёлово живёт в страхе

«Красноярский рабочий» дважды писал о дикой ситуации, сложившейся в Новосёлово. Местная правоохранительная система оказалась беспомощной перед преступниками, творящими настоящий беспредел.
Во всём виновата газета?

26 марта в нашей газете появилось письмо Галины Марченко «Сына избивали и днём и ночью». 22 апреля под заголовком «Вторая Кущёвка -- возможна ли она в Сибири?» были опубликованы не только отклики с сайта www.krasrab.net, но и ряд официальных ответов: начальника отдела по надзору за уголовно-процессуальной деятельностью органов внутренних дел, наркоконтроля, уголовно-исполнительной системы и службы судебных приставов прокуратуры Красноярского края советник юстиции В. В. Федорина, исполняющей обязанности прокурора Новосёловского района Е. С. Удодовой, заместителя начальника ГУВД по Красноярскому краю С. И. Приходько, заместителя прокурора Красноярского края С. В. Белогурова.

Причём, С. И. Приходько был весьма требователен, но только не к своим подчинённым, беспричинно прекратившим расследование уголовного дела, а к газете: «Редакция газеты "Красноярский рабочий" в погоне за сенсацией не убедилась в достоверности информации, полученной от газеты Новосёловского района "Грани". В результате читателям были доведены недостоверные факты. В связи с вышеизложенным прошу Вас обратить внимание на недопущение такой подачи материалов, ведь именно средства массовой информации являются одним из источников формирования общественного мнения населения. В соответствии с требованиями статьи 46 закона РФ "О средствах массовой информации" прошу опубликовать в ближайшем выпуске газеты «Красноярский рабочий» результаты проведённой проверки по фактам, указанным в статье».

В подтверждение своей правоты Приходько даже привёл мнение двух известных красноярских журналистов - членов общественного совета при краевом ГУВД. Мол, в ходе обсуждения материалов служебной проверки они пришли к мнению, что факты, изложенные в статье, не находят своего подтверждения.

Только краевая прокуратура не стала отнекиваться. С. В. Белогуров, признав решение об отказе в возбуждении уголовного дела прокуратурой района незаконным, направил материалы для проведения дополнительной проверки и поставил расследование на свой контроль. Если бы не это, считает теперь Галина Марченко, местные правоохранители вообще прекратили бы поиск истины - чувствуется давление на них из края.

Но и этого давления явно не хватает. Новосёловская полицейские начальники действуют так, будто их палкой заставляют вести расследование. Я бы даже сказал - продолжают бездействовать и тем самым потворствуют новым преступлениям.

Напомню, что произошло в Новосёловском районе весной.

Путь домой через кладбище

Эдуард Марченко в течение шести лет занимался предпринимательской деятельностью - автоперевозками. Односельчане отзываются о нём, как о человеке порядочном, добром, не конфликтном, отзывчивом. Ему доверяли крупные суммы денег, посылая за товаром в Красноярск. Эдик никому и никогда не отказывал в помощи.

В феврале нынешнего года на его «Ниссане» полетел двигатель. Лишиться работы, даже временно, - это всегда тяжело. Тем более, что нужно кормить семью. Эдуард дал слабину. Как говорится, сорвался. Но называть его пьяницей, как это пытаются сделать некоторые лица, причастные к ходу расследования, я бы не стал. Всякое в жизни бывает. Тем более, что молодой мужик стал ездить на «Москвиче», подрабатывать. А с постоянным хмелем в голове сделаешь это вряд ли - посёлок небольшой, донесли бы сердобольные граждане в ГИБДД.

11 марта Эдуард заехал домой к матери. Как она уверяет, совершенно трезвый. И уехал. 12 марта в 2 часа дня Галине Иосифовне позвонила родственница Галя: она видела, как избитого до крови Эдика бывшие уголовники Золотарёв и Болсуновский насильно затолкнули в его же машину в ограде одного из домов и уехали.

Мать тут же позвонила в дежурную часть в то время ещё милиции. А потом связалась по телефону с работниками переправы через Красноярское море - не увезли ли сына на тот берег? Дежурный ответил: нет, не проезжал его «Москвич».

Взяв такси, Женя поехали в Аёшку вместе с соседом. Спускаясь с горы в деревню, увидела «Москвич», несущийся с кладбища. За рулём был неоднократно судимый Золотарёв, местный «авторитет», как его называют новосёловцы. На переднем сидении - его давний подручный Болсуновский. Остановились. Болсуновский зашёл в дом к знакомой. Боковым зрением Женя увидела Эдика, лежащего на заднем сидении. В каком он был состоянии, не знала он не шевелился.

На требование к Золотарёву вылезти из-за руля чужой машины последовал отказ. Тогда Женя предупредила: «Вылезай, следом ДПСники едут». Видимо, угонщик испугался и покинул машину. Она мигом села за руль и нажала на газ. Тут из дома выскочил Болсуновский, вцепился в дверцу «Москвича» и побежал рядом, пытаясь его остановить, крича при этом: «Отдай, отдай!».

Женя удирала от угонщиков, не оглядываясь на заднее сидение. Только на горке, уже в относительной безопасности, остановилась и ринулась к мужу, не подававшему до этого никаких признаков жизни. Раскачала его, окровавленного, и убедилась: живой!

Супруг оказался сильно избитым. Особенно досталось носу - его перебили. В крови были не только лицо, но и одежда, чехлы в машине. От Эдуарда, как говорится, за версту несло спиртным.

Тут подъехали и сотрудники ДПС. Эдуарда Марченко повезли в Новосёлово на освидетельствование. В больнице произвели описание побоев. Потом запрокурора края назвал всё это «причинением вреда здоровью средней тяжести», а я видел снимки и не решился бы на такие выводы. Говорят, что удары Эдику наносили не только руками, били и об угол машины - головой.

«Москвич» простоял в ограде милиции сутки. За это время никто не спешил его осматривать. Как никто не попытался изъять окровавленную одежду Марченко, как вещественное доказательство. «Выемку» белой кофты, чехлов из машины провели только 9 июня, благо, что мать всё это сохранила - не стала стирать и чистить.

Лестница, опасная для жизни

Из показаний Эдуарда Марченко, записанных матерью с его слов:

«13 марта 2011 г. мною было написано заявление о насильственном угоне моего автомобиля «Москвич 2141» и избиении меня Болсуновским (длинный, имени не знаю) и Золотарёвым. Поясняю: 12 марта в обеденное время моя машина «Москвич» стояла между домами Мира и Фрунзе. В машине сидела девушка которая попросила довезти до банка. В это время подошёл Роман Болсуновский (двоюродный брат упомянутого выше Болсуновского - прим. редакции), он раньше работал у меня грузчиком. Между нами произошла ссора. Ромка ударил меня по лицу, пошла кровь. В это время к машине подошли двое мужчин. Они предложили зайти к ним и уладить конфликт, вытереть кровь. Я зашёл в дом, они предложили выпить и сказали, что им нужно куда-то ехать. Я отказался, выскочил из квартиры. Они побежали за мной, догнали, кто-то из них удерживал за ворот куртки меня, и наносили удары по голове и лицу На улице пытались затолкать меня за руль, я отказался. Тогда они ещё ударили и силой усадили на переднее сиденье. За руль сел Золотарёв. Куда поехали, я не знал. В районе дорожного кольца я пытался выпрыгнуть. Меня поймали, опять били, затолкали в машину и увезли в Аёшку. Что происходило в Аёшке, плохо помню, т. к. был сильно избит, но помню, что возили на кладбище, помню кошары. Били и поили каким-то технарём. Очнулся - меня тормошила Женя (Марченко Евгения). Как они с А. Майером отбивали меня, не знаю. Прошу опросить в качестве свидетелей Александра Майера, Евгения Марченко, Галину Гуторову, Романа Болсуновского (маленького). Привлечь к уголовной ответственности Болсуновского (длинного), Золотарёва за избиение и угон автомобиля. Приобщить к делу ранее данные показания и одежду в крови (почему-то её сразу не изъяли)».

В больнице, куда Эдуарда сразу же доставили, мать его не оставила, забрала домой, так как Золоторев еще в милиции куда их привезли выдернул трубки к себя из живота (ранее в драке получил ножевое ранение) и тоже был госпитализирован.

На поправку Эдуард шёл трудно, но шёл. Донесли до него и Галины Иосифовны слова Болсуновского: «Не забрал заявление из милиции - будет хуже». Решили: не забирать. «Хуже» действительно наступило.

Из «Акта медицинского обследования живого лица», составленном в краевом бюро судебно-медицинской экспертизы: «21.03.11 г. в 23.50 в с. Новосёлово, ул. Свердлова, 7, подъезд № 3 на лестничной площадке между первым и вторым этажами найден Марченко Э. В. При осмотре 25.03.11 г. в 14.00 жалобы неопределённые, не понимает, что его беспокоит, в месте, времени не ориентирован, в контакт вступает, не адекватен». Описание кровоподтёков и ран занимает полтора десятка машинописных строк.

В результате обследования у Эуарда обнаружены: открытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжёлой степени», контузиозный очаг лобной области справа, перелом лобной кости слева, перелом костей оснований черепа справа, кровоподтёки орбит обеих глаз, кровоизлияния в склеру обеих глаз, рана левой брови, рана лобной области справа, рана подбородочной области. Вывод: нанесён вред, опасный для жизни человека. Остальные кровоподтёки - на голени, локтях, плече, предплечье зафиксированы, но расценены экспертом, как не причинившие вреда здоровью человека.

Как попал Эдуард Марченко в подъезд дома по ул. Свердлова, сам он не помнит. Он вообще помнит сейчас очень немногое. Поначалу вообще никого не узнавал. Спасибо жильцам подъезда - вовремя вызвали «скорую». А то был и скончался на лестнице.

Я видел фотографии того подъезда и той лестницы. На площадке - большая лужа крови. В милицейскую версию, что пьяный Эдуард попросту оступился и упал головой вниз, верится с трудом. Во-первых, пьяным его можно назвать с большой натяжкой. В том же акте, цитаты из которого я приводил выше, сказано: при поступлении Марченко в Новосёловскую ЦРБ 22 марта в 2 часа ночи в крови у него был обнаружен алкоголь в размере1 промилле. Ещё недавно при 0,3 промилле разрешали водить машину.

Видел я и фотографии Эдуарда, сделанные, опять же, матерью Галиной Иосифовной. Не лицо - а сплошное кровавое мессиво. Чисто из гуманных соображений редакция не стала публиковать в газете эти снимки. На такое лицо нельзя смотреть без содрогания.

Но у местных правоохранителей свои версии и свои выводы. Как говорится в ответе и. о. прокурора Новосёловского района, «объективных данных, свидетельствующих о нанесении Марченко Э. В. телесных повреждений неустановленным лицом, в ходе доследственной проверки не получено, в связи с чем прокуратурой района вынесенное 31.03.2011 решение об отказе в возбуждении уголовного дела признано законным и обоснованным».

Краевая прокуратура поправила новосёловских коллег: «Дальнейшая проверка и установление обстоятельств происшествия будут проводиться следственным путём». Насколько я знаю, не проводится ничего. Следователи потеряли интерес к странному случаю, едва не лишившему человека жизни.

Следствие ведут знатоки

В том, что новосёловская милиция ведёт расследование двух случаев, произошедших с Эдуардом Марченко, весьма своеобразно, читатель, видимо, уже убедился. После угона автомобиля и жестокого избиения госинспектор дорожного надзора ОГИБДД по Новосёловскому району А. Блинов опросил только тех, кто совершил эти преступления.

С их слов вырисовывалась довольно гладкая картина: ни насилия, ни угона. Мол, одна дружная подвипившая компания колесила по району, все делали с обоюдного согласия, потом товарищей по несчастью нашла жена Эдика - Евгения, забрала машину с мирно спящим на заднем сидении мужем и отогнала «Москвич» по месту своего жительства - даже не в РОВД. О побоях и крови в постановлении от отказе в возбуждении уголовного дела от 21.03.2011 года - ни слова.

Вся эта нескладуха совершенно не смутила начальника ОВД Н. Филимонова. В тот же день, спеша как на пожаре, он утвердил постановление. Таким образом, было официально признано, что в действиях Золотарёва отсутствует состав преступления. Действия же Болсуновского не оценены никак, будто он и не участвовал в трагических событиях.

Лишь в середине апреля, после шума в прессе и реакции краевой прокуратуры, на домашний адрес Эдуарда Марченко, находящегося в это время в больнице в тяжёлом состоянии (уже после «падения» в подъезде), пришло письмо от начальника следственного отдела при ОВД по Новосёловскому району В. Ивановой: «Сообщаю вам, что 6.04.2011 года мною по факту угона принадлежащего вам автомобиля было принято решение о возбуждении уголовного дела по ст. 166 ч. 2 п. «в» УК РФ».

Заметьте: об избиении группой лиц не сказано ни слова, хотя это другое преступление, гораздо более тяжкое.

О том, что милиция не изымала своевременно одежду с кровью, я уже говорил. А ведь речь должна была идти не только о кофте Эдуарда и автомобильных чехлах. Уже гораздо позже, в середине июня, инспектор ДПС Павел Краснухин свидетельствовал на допросе: в Аёшке, куда его направили в поисках угонщиков, белая кофта Болсуновского тоже была испачкана кровью -- спереди и на рукавах. Чем не повод был изъять и это возможное вещественное доказательство, чтобы сделать экспертизу? Не изъяли и не сделали.

Милиционеры ничего не фиксировали и с помощью фотоаппарата. Ни по первому, ни по второму случаю. Всем этим занималась мать потерпевшего. Лишь на прошлой неделе снимки приобщили к делу. Вообще надо сказать, что Галина Марченко стала вести самостоятельное расследование. И её выводы совершенно не совпадают с выводами правоохранителей. Она поймала их на многих искажениях действительности. И если бы не настойчивость матери, обивающей пороги милиции, расследование, можно смело предположить, было бы уже свёрнуто.

За время, прошедшее с 12 марта, в рамках «аёшинского» уголовного дела сменилось четыре следователя. Не многовато ли? Сама Галина Иосифовна хорошо отзывается только о последнем - Андрее Бессмертных. Тот действительно допрашивает свидетелей, пытается выйти на верный путь. Но и то у неё возникает опасение: не надавят ли на следователя, чтобы побыстрее закрывал дело, списал его в архив?

Кстати, после жалобы адвоката, нанятого Галиной Марченко, дело об угоне и дело об избиении объединили в одно. Надолго ли?

Эдуарда Марченко официально признали потерпевшим только 1 июня!

Сибирская Кущёвка

Одну из публикаций редакция назвала «Вторая Кущёвка -- возможна ли она в Сибири?» И это, судя по всему, очень резонный вопрос.

Золотарёв, который, как я уже говорил, является «авторитетом» в райцентре, часто бахвалится по пьяни: «Ничего мне не будет. Я работаю на ментов». И ему действительно ничего не бывает. Более того, люди в погонах советуют ему защищаться - написать заявление на неправомерные, на их взгляд, действия Галины Марченко.

Угон автомобиля у Эдуарда - не первый подобный случай в богатой золотарёвской практике (на сегодняшний день на его счету - десять судимостей). До истории с «Москвичём» он угнал машину у легостаевского парня. Сотрудники ДПС гонялись за ним, пока тот не врезался в столб. За рулём, без документов, пьяный. Но связываться с угонщиком никто не стал, он не был даже задержан и имел полную возможность «обрабатывать» свидетелей.

Болсуновский тоже судим не единожды. В последний раз был осуждён почти на семь лет. Вышел в феврале нынешнего года условно-досрочно, как примерный сиделец.

Не так давно Золотарёв избил женщину, которая в результате попала в хирургическею палату. Было заявление, было дело, но явно не без влияния угроз потерпевшая простила в суде своего мучителя.

Тем временем число пострадавших росло. После очередного избиения человека у «авторитета» появилась, наконец, хоть какая-то ограничительная бумажка -- подписка о невыезде и надлежащем поведении. Но что ему ограничения? Ведёт он себя так, как привык вести, так, как считает нужным.

Совершенно дикий случай произошёл в райцентре пару недель назад. По устному поручению местной предпринимательницы Золотарёв с Болсуновским и ещё одним подельником пришли в один из новосёловских домов. Не стану называть имена и фамилии, чтобы не нанести пострадавшим дополнительную боль. Главу семьи жестоко избили - он тоже оказался в хирургическом отделении больницы и находится там до сих пор. А его жену сам главарь банды (её вполне, на мой взгляд, можно так назвать) изнасиловал, а ещё и в извращённой форме. Вдобавок - перебил нос. Знакомый почерк.

Но самое страшное заключается даже не в этом. Заявления от потерпевших поданы 28 июля уже не в милицию, а в полицию. Но опять никто не был арестован - по суду ли, без суда ли. Словно уголовникам специально дали возможность и дальше творить беспредел. Правда, Золотарёва забрали было в районную полицию, но вскоре отпустили. Якобы завели дело за... нанесение лёгких телесных повреждений.

Поведение «надлежащее». Что у преступников, что у правоохранителей.

«На объективность не надеюсь...»

В посёлке, как говорит Галина Марченко, все затаились. Спрашивают у неё, почему преступников не арестовывают? А что может ответить измотанная вконец женщина? Она и сама ничего не понимает. Был бы Золотарёв сынком чиновника или богатых родителей - тогда всё ясно. Почему же его, известного только своими преступлениями, фактически покрывают правоохранители?

У сына Эдуарда - страшная депрессия. После больницы он в течение месяца ходил на лечение, но до окончательного выздоровления ещё далеко.

- Нам пообещали: «Вырежем всё семейство», - рассказывает мне сквозь слёзы Галина Иосифовна. - Поэтому боимся. И не только мы. Честно вам скажу, что держу топор под подушкой и лопату в углу спальни. В сотовом первым, на букву «а», записан телефон следователя Бессмертного Андрея Александровича. Чтобы не набирать долго, если что. Я ему доверяю. Прошу помощь у газеты. На объективность дальнейшего расследования не надеюсь, так как имею уже горький опыт. После продолжительного общения с сотрудниками правоохранительных органов здоровье у меня сильно подорвано, около месяца за это время была на больничном, и сейчас не знаю, хватит ли сил дожить до суда. А ещё... У меня ведь в доме тоже есть лестница. Найдут мёртвой и скажут, что сама упала.