Вылетит ли сова из «Красной книги»?

Анатолий ГУЩИН

Вот уже не первый год два брата, два местных лесовода Геннадий и Виктор Бачурины занимаются странным, как кажется некоторым, делом. Вооружённые верёвками, когтями и другим снаряжением, необходимым для лазанья по высоким деревьям, они ездят по глухим отдалённым рощам и строят на вековых соснах большие гнёзда для птиц. Точнее, для бородатой неясыти — совы, которая стала на Урале особенно редкой.

КОТР номер СВ-001 Кстати, не только на Урале. В настоящее время она занесена в Красные книги Украины, Беларуси, Эстонии. В России — в Красные книги Московской, Нижегородской, Тверской, Архангельской, Ленинградской, Мурманской, Кировской, Пермской, Курганской, Новосибирской, Томской, Магаданской областей, а также в Красные книги Республики Коми, Карелии, Татарстана, Удмуртии, Бурятии.


Занесена она и в Красную книгу Свердловской области.


Заняться столь благородным делом — спасением исчезающего вида совы Бачуриным помогло любимое хобби — орнитология. Особенно ею увлёкся Геннадий. Эта наука заинтересовала его ещё в детстве. Позже, учась на лесохозяйственном факультете лесотехнического института, он стал уделять ей ещё больше внимания. Постепенно хобби превратилось, можно сказать, во вторую профессию.


Работая директором Ирбитского межхозяйственного лесхоза, Геннадий начал вести регулярные орнитологические наблюдения. Собрал уникальный материал, который вылился затем в ряд статей. В настоящее время у него более 30 научных публикаций в специальных изданиях. Уже много лет он — член Уральского орнитологического общества.


Виктор, младший брат Геннадия, после окончания того же лестеха долгое время работал лесничим как раз Зайковского лесничества — одного из подразделений Ирбитского лесхоза. Всегда был активным помощником Геннадия.


Сейчас непосредственно в лесном хозяйстве Бачурины не работают. Несколько лет назад в результате очередной реорганизации отрасли межхозяйственные лесхозы ликвидировали. Виктор ушёл в фермеры, а Геннадий стал руководителем местного экологического научно-просветительского центра «Скородум». При этом и фермерское хозяйство, и центр находятся по сути на одной и той же территории и являются во многом одним целым.


Однако и тут, чтобы было понятно, необходимо сделать ещё одно небольшое отступление.


Участок леса возле деревни Скородум для Бачуриных имеет особое значение. В него братья вложили немало не только сил, но и души. Особой красотой наградила это место природа — кругом сосновые и берёзовые рощи, речка, луга. Когда-то тут существовал санаторий. По словам старожилов, он был образован ещё в конце ХIХ века. В начале ХХ-го сюда приезжал на лечение писатель Мамин-Сибиряк. В одном из своих писем он признавался, что главным лекарством для него была местная природа.


Сейчас от санатория не осталось ни одного здания. Только сосновые аллеи, тополя, заросли сирени, черёмухи и большая зелёная поляна — елань.


Видимо, когда-то в санатории работал человек, увлекавшийся садоводством. Он оставил после себя около 40 видов различных деревьев и кустарников.


Потом, уже в 1960-е годы, территория бывшего санатория перешла Зайковскому лесничеству Ирбитского лесхоза. Бачурины решили продолжить дело неизвестного садовода. Стали садить здесь новые деревья, редкие виды растений. Через 20 лет появились женьшень, золотой корень, кусты лимонника, привезённого с Дальнего Востока, несколько видов орхидей.


В 2000-м приказом директора лесхоза Геннадия Бачурина тут был учреждён скородумский дендропарк. Протекающую рядом речку силами лесхоза запрудили. В пруд выпустили карпов и карасей. В прибрежных камышах начали селиться утки. Появились бобры. Зимой к стожкам сена стали наведываться косули и кабаны.


Всё это великолепие, слава Богу, сохранилось и по сей день! И прежде всего — благодаря Бачуриным. Но для этого братьям пришлось создать научно-просветительский центр и фермерское хозяйство. И не только. Опять же не без их усилий несколько лет назад решением российского орнитологического общества данная местность получила статут КОТР — Ключевой орнитологической территории России под номером СВ-001.


Лес и степь


Кстати, ключевая не только потому, что здесь больше, чем где-либо, бородатых неясытей, но и потому, что в силу природных особенностей птичье разнообразие тут особенно велико.


Однако сама по себе эта КОТР не является особо охраняемой природной территорией. Природоохранное законодательство никак не защищает её от возможной вырубки леса или другого использования в хозяйственных целях. Получается, орнитологи, присваивая местности этот статут, лишь фиксируют, что территория имеет значение для науки. Как своеобразный резерват. — Это неправильно, — с сожалением говорит Геннадий. — Ведь таких КОТРов на Среднем Урале единицы. Их обязательно надо объявлять ООПТ хотя бы местного значения. Кстати, опыт такой в регионе есть. Лет десять назад постановлением правительства области в разряд охраняемых территорий включили глухариные тока. Рубка леса в этих местах теперь запрещена. Но глухарь — единственная птица, ради которой введены такие меры. А чем хуже те же неясыти?


С Геннадием на его старенькой «Ниве» мы пробирается лесной дорогой как раз туда, где и поселился этот вид сов, кстати, самый крупный из всех. Размах крыльев бородатой неясыти до полутора метров. При этом полёт её совершенно бесшумный, а услышать или увидеть свою жертву — чаще всего мышь, она может за двести метров.


По неясыти Геннадий, можно сказать, уже специалист. Повадки её изучил от и до. Часами может рассказывать об этой уникальной птице. Именно поэтому два года назад о нём и вспомнили в областном департаменте по охране, контролю и регулированию использования животного мира. Вообще-то это ведомство создавалось прежде всего для развития охотничьего хозяйства. Однако полномочиями его наделили более широкими. Поручили заниматься и неохотничьими видами животных. В том числе охраной редких видов, занесённых в Красную книгу Свердловской области. Возникли вопросы, с чего начать, кто будет вести эту работу, кому её поручить? Специалистов таких нелишку.


Директор департамента Михаил Бокачёв о Геннадии Бачурине был наслышан. В одну из поездок в Ирбитский район встретился с ним и предложил поучаствовать в необычном проекте. Разумеется, тот с радостью согласился. И вот уже второй год, заключив договор с департаментом, Геннадий вместе с Виктором увеличивают плотность неясытей в ирбитских лесах.


Проехали один перелесок, другой, третий. Пошли небольшие поля. Затем опять колки, болотца. — Красота местности заключается как раз в её разнообразии, — продолжал просвещать меня Геннадий. — Об этом ещё Сергей Аксаков писал. Когда лес соединяется с открытым пространством — водой, полем, лугом, возникает особый эффект. Пейзаж радует глаз. Территория нашего центра «Скородум» как раз отвечает этим требованиям. Она разнообразна. Здесь встречается лес со степью. Отсюда особое обилие растений, больше различных птиц и зверей. У нас даже суслики водятся. А вот чуть севернее, в Гарях или Таборах, вы их уже не встретите.


Вскоре полевая дорога привела к опушке небольшого бора. Дальше — путь пешком. Через несколько минут выходим на полянку с огромной сосной посередине. Поднимаю вверх глаза и замираю: из гнезда, расположенного всего метрах в шести от земли, на меня не мигая смотрит сова.


Геннадий предупреждает, что неясыти могут быть агрессивны. Иногда нападают даже на проходящего мимо медведя. Но человек для них менее опасен, хотя, когда самка сидит на яйцах, запросто может спикировать на непрошеного гостя и нанести рану.


Потому резких движений не делаем, говорим вполголоса. Геннадий рассказывает, как долго искал эту сосну, которая оказалась просто идеальной для постройки на ней искусственного гнезда. — Собственно, как раз в этом и заключается смысл эксперимента, — поясняет он. — Сами неясыти гнёзда не строят. Обычно занимают других хищных птиц — ястребов-тетеревятников, канюков, коршунов и даже ворон. Часто, найдя подходящее гнездо, используют его не один год. Наверное, использовали бы и дольше, да птенцы, особенно когда их несколько, разбивают его. Тогда самка с самцом (неясыти живут парами) ищут другой «дом». Для этого порой перемещаются на большие расстояния. Если гнездо найти не удаётся, то рушится их семейное птичье счастье. Это может привести к потере выводка. А вообще далеко от гнезда, как правило, совы не улетают, охотятся в радиусе 200–300 метров от него. Питаются в основном мышами. В этом смысле они большие помощники хлеборобов. Грызуны, когда их много, наносят заметный урон зерновым культурам. Но в экологическом плане значение неясытей гораздо шире. Их исчезновение обедняет природу, даже уродует её, так как рушатся привычные связи между одними видами животных и другими. А это, в свою очередь, приводит к разрушению экосистем, что, как известно, чревато для самой жизни, для всей, как говорят учёные, биоты планеты. И это не громкие слова. Так устроена матушка-природа.


С Геннадием трудно не согласиться.


Без ноу-хау не обошлось


На этом моё знакомство с совами не заканчивается. Садимся в машину и едем дальше. Примерно через километр — опять остановка. Метров сто осторожно идём по чаще. И вот снова на такой же могучей сосне замечаю очередное гнездо. Из него так же торчит круглая голова неясыти, а рядом, на соседнем дереве, замерев сидит самец. Красавец! Пепельно-серый, с тёмными крапинками. Кстати, с латинского (Strix nebulosa) бородатая неясыть переводится как «туманная сова». Пожалуй, очень точное определение.


Увидев нас, самец с криком пикирует вниз, проносится над головами и снова садится на прежнее место. — Однако, сердится, — предупреждает Геннадий. — Близко подходить не стоит.


Пока я щёлкал фотоаппаратом, он рассказывал: «Прежде чем строить гнёзда, мы долго их изучали в естественной среде. В наших местах неясыти чаще занимают жилища канюков. Мы обследовали их более пятидесяти. Установили средние параметры, способы их крепления на деревьях, основной строительный материал. Всё это стали учитывать и при создании искусственных. Кроме того, выяснилось, что совы любят селиться на тех деревьях, к которым имеется свободный подлёт. И не высоко, а в нижней части кроны, где самые мощные сучки и, видимо, дерево не так раскачивает ветром. При этом важно, чтобы и до кормовых полей, где они ловят грызунов, было недалеко. Оптимальное расстояние — 100–150 метров. Если все эти параметры совпадают, то совы селятся охотно».


Правда, смеётся Геннадий, не обошлось и без инноваций, без ноу-хау. Для большей прочности каркаса гнёзда его основание стали плести из оцинкованной проволоки. А для устойчивости на дереве привязывать к толстым сучьям. Само ложе выстилать сухим еловым лапником. Он дольше не гниёт и хорошо гнётся. Из него легко свить любую форму, хоть круглую, хоть овальную, в зависимости от имеющейся развилки на дереве.


По договору с департаментом Бачурины соорудили уже 28 гнёзд. Из них 16 - на территории скородумского участка. Все гнёзда равномерно распределены на общей площади 20 квадратных километров. Половина из них — заселены. — Честно говоря, такой результат и удивляет, и радует, — признаётся директор департамента М. Бокачёв. — Судя по всему, эксперимент удался. Способ, с помощью которого можно увеличить поголовье неясытей, найден. Конечно, мы будем продолжать эту работу и дальше. У нас в области есть районы, где эти птицы — редкость.


Что характерно, восстановлением популяций исчезающих видов птиц на Среднем Урале никто раньше не занимался. Наблюдения учёные вели, тревогу о том, что некоторые становятся редкими, высказывали. Но не более того. И вот с появлением нового департамента, а это случилось три года назад, эта работа, что называется, была включена в план. Более того, получила бюджетное финансирование, пусть и скромное. Что важно, в этом деле наша область оказалась в числе первых не только на Урале, но и в стране. Опытом восстановления популяции бородатых неясытей уже заинтересовались московские экологи.


В настоящее время на территории экспериментального участка сов — бородатых неясытей насчитывается пять пар. Для сравнения: в соседнем Пермском крае их плотность на порядок ниже — всего три пары на тысячу квадратных километров.


Все пять пар увидеть в тот день мне, правда, не удалось. Но, побывав возле пяти гнёзд, заметил, что в трёх из них совы спокойно высиживали новое потомство. А это значит, что осенью их выводки разлетятся по округе, пополнят популяцию. Вполне возможно, некоторые из них откочуют в соседние районы.


Конечно, Красная книга Свердловской области — толстая. В ней десятки исчезающих видов птиц. Но если со временем бородатая неясыть из неё будет исключена, это уже прогресс, уже удача. Так считают Бачурины, так считает и Бокачёв. По их словам, это ненормально, когда в лесу одни вороны каркают. В нём должен звучать целый хор птиц. Конечно, добиться этого не просто. Но даже скородумский эксперимент показывает, что человек способен изменить ситуацию. При желании можно восстановить популяции редких видов. А значит, в деле охраны природы не всё потеряно!