ПРОБЛЕМА БЕЖЕНЦЕВ И ДВ

Не по своей воле люди становятся беженцами. Им приходится спасаться бегством от конфликтов и опасности. Они готовы внести свой профессиональный вклад в развитие нашего общества, если мы дадим им такую возможность. Беженцы достойны нашей поддержки и уважения. Так считают в Управлении Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН).

Беженцам был посвящен семинар-совещание руководителей и обозревателей СМИ Сибирского и Дальневосточного федеральных округов «Роль СМИ в формировании общественного мнения по отношению к лицам в ведении УВКБ ООН», прошедший 9-10 сентября в Хабаровске. Помимо УВКБ, вторым организатором семинара был Альянс руководителей региональных СМИ России (АРС-ПРЕСС). Медиа-партнером выступила газета «Тихоокеанская звезда» («ТОЗ»).

Лица, которые находятся в ведении УВКБ ООН – это беженцы, лица, ищущие убежища, лица без гражданства и лица, перемещенные внутри страны. Что мы знаем о них и об их проблемах? Сколько их на Дальнем Востоке? Что мы можем для них сделать?

Эти и другие вопросы поднимались в докладах и обсуждениях докладов на семинаре. Своим видением проблемы поделились с журналистами Геше Карренброк и Ирина Коновали, представители УВКБ в России, Михаил Утяцкий, начальник Управления по вопросам гражданства Федеральной миграционной службы России, Юрий Березуцкий, уполномоченный по правам человека Хабаровского края, Дмитрий Полетаев, ведущий научный сотрудник Центра миграционных исследований, Леонид Бляхер, доктор философских наук, профессор Тихоокеанского университета.

В обсуждении приняли участие более 20 представителей СМИ Дальнего Востока и Сибири: трое из Владивостока («Владивосток», «Золотой Рог» и «Арсеньевские вести»), из Уссурийска, Комсомольска-на-Амуре, Амурска, Южно-Сахалинска, Красноярска, Благовещенска, по двое из Биробиджана и Магадана. Ну и хозяева, хабаровчане, представлявшие 9 местных СМИ.

Актуальна ли проблема беженцев для Дальнего Востока? Михаил Утяцкий, представитель ФМС, считает, что нет: официально оформлено исчезающе малое количество народа. Геше Карренброк, представитель УВКБ, говорила о другом: что люди, ищущие убежища, сами должны подать ходатайство – но они и слов-то таких могут не знать, и СМИ могли бы быть мостиком между гражданским обществом и властью, могли бы предоставить информацию беженцам о том, куда обращаться, какие должны быть документы, какова процедура – чтобы нелегалы могли получить официальный статус и включиться полноценно в жизнь приютившего их региона.

Что наше законодательство несовершенно, признали и Геше Карренброк, и Михаил Утяцкий, но и несовершенное законодательство надо соблюдать, а также необходимо совершенствовать.

Но вот с совершенствованием – проблема. Дмитрий Полетаев упомянул о шаге назад в миграционном законодательстве. В 2007 году была принята норма, что трудовой мигрант, получив разрешение на работу в Российской Федерации, имеет право переходить от одного работодателя к другому.

Но кому-то влиятельному эта норма не понравилась, и теперь трудовой мигрант получает временную карту на 3 месяца, а затем она меняется на постоянную, в которой работодатель записан. Уйти от него нельзя. А это, как ни крути, элемент рабства... Что далеко ходить – обратите внимание на Русский остров.

Говорили и о проблеме безгражданства. Например, Юрий Березуцкий упомянул, что по программе переселения соотечественников (действует с 2007 года) в Хабаровский край прибыл 71 соотечественник и 72 члена их семей. Официально. Но тысячи людей живут нелегально без какого бы то ни было гражданства. И это не какие-то злоумышленники, а, например, строители БАМ. Магистраль строил весь СССР, и после распада Союза часть строителей осталась на БАМе жить. А они не граждане России – и не граждане никакой страны!

Лариса Маковецкая из Благовещенска упомянула о проблеме с детьми. Родители их приехали с детьми в Россию еще в 90-х годах, а теперь, когда дети выросли, выяснилось, что они – не граждане России и не имеют фактически никаких прав.

Да, в Приморье тоже такое явление есть. Приезжала к нам в редакцию женщина из Фокино, больше 10 лет назад переехавшая из Узбекистана: ее 18-летний сын не получил паспорт как не гражданин России и не смог поступить в вуз, зато получил повестку в армию!

Михаил Утяцкий признал, что законодательство тут весьма несовершенно, но подготовлены поправки. Сначала он сказал, что поправки приняты, но потом признал, что нет, и даже еще не рассмотрены. Родина не торопится...

Елена Баркова («Золотой Рог») упомянула о староверах – переселенцах из Латинской Америки. Да, когда они приехали, было много шума и победных реляций. А теперь у них кончились визы. И им говорят: езжайте к себе домой, снова оформляйте визу и снова приезжайте. «Да не приедут они!» – воскликнула Елена Баркова. Вот и вся программа переселения.

Софья Дубинская, исполнительный директор АРС-ПРЕСС, завершая семинар, упомянула, что на семинарах в других регионах России, в основном центральных, журналисты обычно задавали вопрос, как и о чем им писать. Как-то неуверенно сказала и сделала паузу – то ли была не уверена, что такой вопрос украшает журналистов, то ли ждала, что его зададим мы. Но такого вопроса не последовало.

Дальневосточники и сами в состоянии решить, как и о чем писать, но не прочь узнать, что делают для решения проблем беженцев и соотечественников власти... И все, кто говорит о своей заинтересованности в решении проблем.

Единственный выступающий, сорвавший аплодисмент зала, – Леонид Бляхер. Он сам когда-то был беженцем из Душанбе. Ныне он – профессор Тихоокеанского университета. И хотя его доклад назывался «Беженцы, перемещенные лица, лица без гражданства в специфике Дальнего Востока», говорил он в основном об истории Дальнего Востока, о «дальневосточных страшилках», их происхождении и реальном положении дел.

Он говорил о том, что в XVII-XVIII и частично XIX веках Дальний Восток был абсолютно удалён. Но как только Дальний Восток открылся – он стал удалённым только для столицы своего государства. И к 2007 году экономика Дальнего Востока оказалась интегрированной в экономику стран АТР сильнее, чем планировалось.

А тут как раз закончились высокие цены на нефть, и Россия вспомнила, что у нее есть Дальний Восток. Нищий, коррумпированный регион, нуждающийся в деньгах – по официальной статистике. И на Дальний Восток пришла его спасать Россия. «Единая?» – прозвучал ехидный вопрос из зала. Возражений не последовало. В результате «спасания» последние три года – это черные времена для дальневосточного бизнеса.

«Почему мы должны жить ради центра? – задала риторический вопрос Елена Баркова. – Мы должны жить здесь, для себя!»