АРС-ПРЕСС

Елена СЛЕПЦОВА

Сегодня мало кто помнит, что некогда на пересечении нынешних улиц Седова и Нижнебульварной стояла в Ростове евангелическо– лютеранская кирха во имя Святых апостолов Петра и Павла. Рядом – прочный двухэтажный дом пастора с двумя стрельчатыми окнами. Здание существует и поныне. А вот красивая кованая ограда с чугунными литыми столбами-стойками в готическом стиле, окружавшая двор, недавно снесена. Есть опасения, что такая же судьба уготована и всему дому, который еще недавно числился памятником истории и культуры. Сегодня – уже не числится...

В 1881 году в ответ на прошение лютеран Ростова, которых насчитывалось в те годы около 4 тысяч, Городская дума отвела на Бульварной улице № 2 ( ныне угол Седова и Нижнебульварной) место под строительство лютеранской церкви и школы. Строительство кирхи велось три года под наблюдением известных в Ростове архитекторов – талантливых Н.А. Дорошенко и Н.М. Соколова. Все лепные работы выполнил скульптор Шлютер. Алтарные витражи заказывались в Вене. Замечательный по звучанию орган был изготовлен в графстве Вюртемберг на известной музыкальной фабрике Валкера и Людвигсбурга. А колокол отлили на ростовском механическом заводе Е.М. Василенко. Высокий готический шпиль церкви был виден из–за Дона и украшал панораму города. Кирха была освящена 1 мая 1888 года. Тогда впервые в Ростове зазвучала органная музыка. Спустя год рядом с кирхой был построен двухэтажный каменный дом – прочный и просторный, поскольку предназначался для школы и проживания в нем пастора и органиста.

Школа, училище третьего разряда, была бесплатная. Учились в ней и мальчики, и девочки, что было в те времена достаточной редкостью. А среди преподавателей были и русские учителя, и немецкие – Ростов всегда славился веротерпимостью и толерантностью к представителям самых разных наций, что и говорить...

С приходом советской власти евангелистсколютеранская община постепенно сдавала свои позиции, а вместе с ними был сдан в Донкрайбюро и архив церкви. Дом пастора был реквизирован Чрезвычайной жилищной тройкой. В 1920 году здесь разместилась Чрезвычайная ревизия от Совета труда и обороны республики – было и такое учреждение.

Прекрасное здание кирхи украшало Ростов до 1942 года, пока бомбежки и обстрел города не оставили от нее только кирпичный остов с разрушенными стенами. После войны его так и не восстановили.

Межевой спор

Крепкий дом пастора, выходящий фасадом на улицу Седова, – уцелевший фрагмент строений лютеранской общины Ростова XIX века. Двор его еще недавно был огорожен кованой оградой с литыми чугунными стойками, напоминающими по форме готический храм. До сих пор в основании стоек читается фамилия Ф.В. Нитнера, владельца завода в Ростове, где они были изготовлены в позапрошлом веке. Жильцы дома хорошо осведомлены о том, что проживают в доме – памятнике истории и культуры, поскольку за собственниками квартир закреплены охранные обязательства. И по мере сил и возможностей они их выполняют. Доказательством тому – прекрасное состояние лестницы, ведущей на второй этаж: чистые стены, крепкие перила, кованые решетки, чисто промытые стрельчатые окна.
Каково же было удивление жильцов, когда их двор был неожиданно “атакован”. Соседи по улице – хозяева административно– гостиничного комплекса, который вырос несколько лет назад на месте, где некогда стояла кирха, вторглись в их “владения”. Показав жильцам некую бумагу с печатями и подписями, соседи в сопровождении приставов по-хозяйски распорядились частью двора дома пастора, который жильцы много десятилетий считали своим. Там размещалась не только озелененная детская площадка, но и гараж, хозяйственные постройки. Все это было снесено – часть территории двора дома пастора отошла к комплексу и была отгорожена высоким кирпичным забором. Попутно была снесена кованая ограда, вырваны и выброшены чугунные столбы – то, что представляет объект охраны.
Теперь жильцы готовят иск в Кировский районный суд о незаконном – по их мнению – отводе земли и об определении границ земельного участка их двора.

Уже не памятник?

Если бы с домом пастора и его двором с оградой все обстояло так, как в 2002 году, то волноваться бы не стоило. Тогда научно-экспертный совет областной инспекции по охране и эксплуатации памятников истории и культуры признал и дом пастора, и чугунную ограду вокруг двора памятником истории и культуры.
Об этом можно прочитать и сегодня на сайте областной администрации, где в списке объектов культурного наследия Ростова по улице Седова, 4,2, числятся: территория евангелистсколютеранской церкви св. Петра и Павла, а также фрагмент кованой ограды и дом пастора со служебными помещениями.
А вот у областного министерства культуры – другая точка зрения. По мнению заместителя министра культуры В. Геласа, ни дом пастора, ни фрагмент кованой ограды объектами культурного наследия не являются. На этот счет существуют целых три(!) письма за его подписью, предоставленные жильцам дома.
Почему три? Да потому, что совсем не ясно, какой же точный адрес у дома пастора. Проживающие в нем жильцы имеют совершенно разную прописку. У кого-то дом значится под номером 4 по улице Седова, у кого-то – под номером 4, 2 по той же улице. А у некоторых адрес выглядит как Нижнебульварная, 2/1.
Путаница с нумерацией домов ни к чему хорошему не ведет, если речь идет о памятнике истории и культуры... Вот и сделали жильцы на всякий случай именно три запроса в министерство, рассчитывая, что хоть по одному из адресов дом – всетаки памятник. Но, оказалось, – уже нет.
Как мог дом пастора исчезнуть из списков охраняемых памятников? Кто принял такое решение и на каком основании? Где документы? Объяснений по этому поводу министерство культуры не дало. Нет в списках – и точка.

Как превратить памятник в рухлядь

Некоторым жильцам дома пастора уже поступали предложения о расселении. И тут у жильцов единого мнения быть не может: ктото и правда устал от жизни в запущенной коммуналке. А часть жильцов чувствует себя весьма комфортно и несет расходы по содержанию здания¬памятника в надлежащем виде. Мне довелось побывать в одной из приватизированых квартир «дома пастора», которая после ремонта превратилась в двухуровневую – с деревянной лестницей наверх, с полом, выложенным плиткой под камень, – на кухне, с паркетом – в гостиной. Высокие потолки, крепкие стены, по несколько окон в каждой комнате. Сегодня такие комфортные для жилья квартиры в старом фонде встречаются не часто. Да еще – в центре города. Захотят ли их собственники съезжать отсюда на Западный или Северный в квартиру экономкласса на какомнибудь 16-м этаже?
Жильцы убеждены, что захват части территории дома пастора – лишь прелюдия к последующему выкупу дома у жильцов, а потом – к его дальнейшему сносу. Тем более что часть квартир – ныне пустующих – уже выкуплена.
Иначе с чего бы вдруг памятник XIX века исчез из реестров? И превратился просто в очень старый дом, который наверняка не видел капитального ремонта еще с тех времен, когда там хозяйничали органист с пастором... Довести его до аварийного состояния – дело нехитрое. Сначала выкупленный дом пустует, потом его заселяют бомжи – со всеми вытекающими последствиями. Возникает пожар – рушатся перекрытия и крыша. Вот вам и рухлядь, которую снести не жалко.

Знакомые симптомы

Рассуждения жильцов не лишены известной логики. Такая схема была опробована в Ростове не раз и не два. В результате освобождались строительные пятна в центре города.
Мы уже писали о судебном процессе по восстановлению снесенного памятника по улице Пушкинской, 173. Там была такая же путаница. До сих пор кажется невероятным, что замминистра культуры В. Гелос мог подписать документ, лишивший здание-памятник статуса. А потом – признать, что справку, не соответствующую действительности (потому что особняк Даниловой всетаки – памятник), но с печатью и за его подписью – похитили из министерства...

Слишком много совпадений в судьбе обреченных домов: невнятный статус (памятник – не памятник), путаница с нумерацией, наличие лица, которое выкупает квартиры жильцов...
Все это слишком знакомые, а потому очень тревожные симптомы. Эпидемия сноса памятников истории и культуры в Ростове не закончилась, а перешла лишь в латентную – скрытую фазу. Это когда на руках у заинтересованных лиц вдруг появляются документы, разрешающие на законных основаниях снести дом, еще вчера числившийся в реестре памятников. Если и на этот раз будет достигнута критическая точка, спасать будет нечего.

Фото автора

ДОМ ПАСТОРА ОБРЕЧЕН?

Последние новости