АРС-ПРЕСС

Федор ПАНОВ.

Недавно Россия отмечала юбилей актера театра и кино Василия Ланового. На одном из телевизионных каналов Василий Семенович отвечал на вопросы телезрителей. Его спросили и о самых лучших, на его взгляд, песнях. Он высоко отозвался о «Песне о Днепре» Марка Фрадкина на слова Евгения Долматовского. История создания песни, о которой говорил Лановой, увлекательна. Мы решили напомнить ее нашим читателям, воспользовавшись несколькими публикациями самого Евгения Долматовского, творившего в годы войны и на курской земле.

Та самая Леплява
...В первых числах августа часть, в которой находился в то время военный журналист Е. Долматовский, попала в окружение. Это случилось еще на правом берегу Днепра. Чтобы вернуться к своим, нужно было не просто выбраться из окружения, но и переправиться на левый берег той самой реки, до середины которой, по словам русского классика, редкая птица долетит.
Идти пришлось по тем самым дорогам, по которым ходил другой окруженец из числа военных корреспондентов - Аркадий Гайдар. Канев, Леплява, будка путевого обходчика, того самого, который нашел потом тело погибшего пулеметчика Гайдара и предал его земле.
На глухих хуторах и на железной дороге близ Канева поэт часто слышал горестные восклицания женщин и мужчин: «Ой Днепро, Днепро»... Это были готовые слова для песни, которую еще предстояло написать.
Немцы строго охраняли лодки на берегу реки. Но среди подростков нашлись смельчаки, которые не побоялись перевезти на левый берег двух окруженцев.
И вот поэт среди своих. Он спокойно выслушивает наставления дивизионного комиссара Сергея Галаджева, который говорит, что вышедшие из окружения должны пройти тщательную проверку, для чего им придется отправиться в городок Урюпинск, что на реке Хопер. Между Воронежем и Сталинградом. И придется написать объяснение. Изложить свои впечатления можно и в стихах. Даже желательно в стихах, если ты поэт...

Штепсель и Тарапунька
В маленьком городке Урюпинске Е. Долматовский встретил своих старых знакомых Юрия Тимошенко и Ефима Березина. Они приехали сюда с ансамблем песни и пляски Юго-Западного фронта. Обоим молодым артистам было чуть за двадцать и за ними еще не закрепились сценические прозвища Штепсель и Тарапунька, под которыми они будут столь успешно работать на эстраде и в кино почти сорок послевоенных лет. Но и тогда, осенью сорок первого, молодые артисты успешно вели концертные программы ансамбля и пользовались заслуженным успехом. Оба они очень обрадовались тому, что у гостя есть тетрадка со стихами о Днепре, и что в ансамбле может появиться новая песня.
За плечами у Евгения Долматовского был уже немалый опыт работы с известными советскими композиторами. С Никитой Богословским он написал песню для кинофильма режиссера Э. Пенцлина «Истребители». С Матвеем Блантером за год до начала войны была создана добрая лирическая песня «Моя любимая». А самым первым положил на музыку стихотворение молодого поэта «Дальняя сторожка» Исаак Дунаевский. Но где они сейчас? И можно ли встретить именитых людей в маленьком степном городке. Тимошенко и Березин успокоили поэта: есть начинающий композитор в военном ансамбле. Это рядовой Марк Фрадкин. Познакомились. Оказалось, что и молодой композитор в предвоенные годы работал в Киеве, и тема будущей песни ему по душе. Но где найти пианино? Может и нет его в бывшей казачьей станице, которая только-только обрела статус города.
Поэт и композитор долго ходили по улицам Урюпинска, заглядывали в окна одноэтажных домиков. В одном из них сквозь морозный узор на окнах увидели бронзовые подсвечники. Зашли в дом... увидели пианино. Выяснилось, что это дом местного священника.
Наверное, пожилому хозяину дома показалось странной просьба двух молодых бойцов. Война, наши отступают, а они просят разрешения поиграть на пианино. Священник молча вышел из комнаты - пусть играют. «Игра» продолжалась два дня. Поэт и композитор работали на совесть. Вносили поправки в текст, в нотную запись. Наконец песня была готова. Можно собирать хоровую группу ансамбля.

Сбор в кавалерийском манеже...
Тимошенко и Березин больше всех старались собрать публику. Нужно было обойти десятки домов, чтобы всем командирам и политработникам, вышедшим из окружения и проходящим здесь проверку, объявить, что утром предстоит прослушивание новой песни. Сбор назначили в кавалерийском манеже.
...Кажется, чуточку поторопились конферансье объявить исполнение песни. Состоящая из киевлян хоровая группа никак не могла запеть. Почти у всех на глазах слезы. Пошли в ход носовые платки.
Наконец песня прозвучала. Но в манеже тишина: не слышно ожидаемых аплодисментов. Публика примерно в тысячу человек зааплодировала лишь после третьего исполнения. Слушатели просто не могли прийти в себя после первого и второго исполнения.
Автору слов «Песни о Днепре» предстояла новая встреча с политкомиссаром Галаджевым. Он поблагодарил поэта и композитора за песню и сказал, что она очень нужна для работы в войсках, тем более, что заключительные ее строки вселяют оптимизм:
Кровь фашистских псов
Пусть рекой течет.
Враг советский край не возьмет.
Как весенний Днепр,
Все врагов сметет
Наша армия, наш народ.

После первой удачи
Итак, первое знакомство двух больших мастеров массовой песни состоялось в ноябре сорок первого почти случайно в городе, которому в послевоенные годы пришлось стать «героем» расхожих анекдотов, олицетворяющих провинциальную глушь и забитость. Вопреки извечной поговорке, первый блин не был комом. Эта одна из первых военных песен была подхвачена на всех фронтах. Она торжественно прозвучала на второй день после освобождения Киева от гитлеровской оккупации 7 ноября 1943 года. Многие песни военных лет попросту стерты временем, забыты. А «Песня о Днепре» живет и поныне.
Содружество поэта и композитора продолжалось в годы войны, а потом и в послевоенные десятилетия. Кстати, на нашей, курской земле родился замысел их знаменитого «Случайного вальса». И самый первый вариант его текста был опубликован в газете Юго-Западного фронта, где работал поэт. В этом тексте упомянуты река Оскол, которая, как известно, берет начало в Мантуровском районе. Привычные к совместной работе авторы «доводили» «Случайный вальс» после Сталинградской битвы в вагоне поезда, идущего в сторону Курска на Центральный фронт. Вальсовая мелодия «Ночь коротка, спят облака...» по настоящему зазвучала перед началом Курской битвы и в ходе ее. Ее пели на всех фронтах.
Много еще потом было совместных творений. И поныне памятны старшему поколению песни, написанные Долматовским и Фрадкиным для комсомольских кинофильмов режиссера Юрия Егорова «Они были первыми» и «Добровольцы».
Что же касается самой первой совместной песни, то по словам Е. Долматовского, после форсирования Днепра и освобождения Киева ему пришлось выслушать немало советов подправить текст, заменив в нем будущее «захлебнется враг» на прошедшее «захлебнулся». Первым таким советчиком был все тот же видный армейский политработник С. Галаджев, который поздней осенью 1941 года признал эту песню «нужной для работы в армейских рядах». Но при жизни авторов текст публиковался в таком виде, в каком он впервые прозвучал в доме священника в городе Урюпинске. Ну а те изменения, которые все же были внесены в песенный текст, сделали в Краснознаменном ансамбле песни и пляски Советской армии имени А. В. Александрова.
Почему же так упорно стоял на своем автор текста? На этот вопрос он дал ответ в своей книге мемуаров: «Хочу сохранить то настроение, которое было продиктовано самым тяжелым периодом Великой Отечественной войны».

ПИАНИНО В ДОМЕ СВЯЩЕННИКА

Последние новости